Альфа-ноль. Все части - Артем Каменистый

а куда мы вообще идем? — озвучил я давно назревший вопрос.

Девочка покосилась на меня задумчиво:

— Вообще-то я шла подальше от Гнилой стены. А ты просто за мной тащился. Но теперь… — Она, воровато оглянувшись, сунула монеты под тряпье. — Слушай, ты же шпион, да?

— Да ты что, — искренне опешил я. — То вор, то шпион. Сафи, может, хватит уже?

— Ладно, молчу, — хитро усмехнулась девочка. — Пошли ко мне. Я тут кое-что поняла, к Кубе тебе надо.

— И зачем мне к ней надо? — уточнил я.

— Я говорю, что надо, значит, надо. Тебе надо, — с непонятным намеком повторила Сафи. — Давай-давай, пошли. Может, она тебя даже накормит, она очень добрая. И, может, расскажет про древние места. Куба много всего знает.

— А кто такая эта Куба? Твоя родственница?

— Куба — это Куба. Сам узнаешь. Пошли.

⠀⠀

Я не удивился тому, что цель нашего пути располагалась в недрах очередного беднейшего квартала. Фавелы Латинской Америки в сравнении с ним — элитарные кварталы для личностей из верхней части рейтинга миллиардеров Forbes. Нечистоты тут заполонили почти все, крыс видимо-невидимо, смотрят недобро, того и гляди, накинутся. То и дело к нам приставали калеки и несчастные люди, страдающие омерзительными кожными заболеваниями. Просили, умоляли, угрожали, обещали сделать что угодно за кусок хлеба. Сафи отвечала им такими ругательствами, что даже матросы с «Зеленой чайки» стеснялись подобное произносить, а одному наглому мальчишке со скрюченной недоразвитой рукой отвесила подзатыльник.

Вход в лачугу оказался столь низким, что даже мне, отнюдь не рекордсмену по росту, прилично пригнуться пришлось.

Внутри меня встретили сумрак и удавка, мастерски накинутая на шею. Да еще и пнули грубо, заставляя присесть и упирая колено между лопаток. Все это случилось столь стремительно и неожиданно, что я не успел среагировать.

Интуиция не предупредила, вымотался здорово, да и урезанные амулетом возможности сказывались. Я сейчас мало на что способен, а против меня сработал явный профи, проделывавший такое не впервые.

Спасибо, что душить не начали. Лишь намерение изобразили, дабы не рыпался.

Из сумрака выступили три фигуры: мальчик и девочка лет семи-восьми и старуха того типажа, который киностудии нарасхват готовы рвать, возникни у них надобность в актрисе на роль престарелой и очень страшной ведьмы.

Мальчик, прижимая к боку нездорово скорченную руку, шагнул вперед, врезал Сафи по макушке и важным тоном произнес:

— В расчете.

Девочка на рукоприкладство не обиделась, а я только сейчас понял, что этого мелкого вижу не впервые.

Старуха ткнула в меня пальцем:

— Так ты, стало быть, мою девочку облапить собирался? Или что-то похуже удумал, ирод?

Удавка слегка натянулась, пресекая мою попытку с возмущением отрицать сам факт подобного умысла как в частности, так и в целом. Я же нормальный, я ребенка не обижу. А уж чего похуже — тем более.

Сафи, проскользнув мимо старухи, встала за ней и голосом кадрового разведчика, отчитывающегося перед вышестоящим командованием, отрапортовала:

— Он пришел с моря. Я видела, как он плыл среди акул. Издалека плыл. Он бегал так быстро, что клюмсы не могли его окружить. Он точно знал про лаз в стене. Бежал к нему. Он всю дорогу спрашивал меня про древние места в городе. Говорил, что они должны здесь быть. Что он всякое ценное из таких мест хватает. Уши мне заговаривал, пытался выспросить, как у нас тут все устроено. Особенно его камни большие интересовали. Огромные камни, такие только в Верхнем городе могут быть. И еще он донырнул до дна фонтана, который на Второй квартальной площади, — девочка показала монеты, — самый глубокий фонт…

— Я знаю, что это за фонтан, — перебила старуха, мастерски смела деньги с ладони девочки и вновь ткнула в меня пальцем: — Сафочка, так он тебя не трогал? Не говорил плохие вещи?

Девочка покачала головой:

— Нет, он только про древнее все время говорил. Он странный. И еще он дерзко себя вел с клановыми.

— Как дерзко? — уточнила баба-яга.

— Не сильно дерзко. Но дерзко. Мне показалось, он их не любит. Может, даже знает. Так себя никто с ними не ведет. Он точно шпион, его Ингармет прислал.

Старуха покачала головой:

— Да мой зад больше похож на степняка, чем этот мальчишка. Что за фантазии, Сафочка?

— Никакие не фантазии. Ингармет не дурак, он и послал его, потому что не похож на степняка. Хитрый.

Старуха повернулась ко мне, уставилась недобро.

Последовало новое движение пальца.

— Ты кто?

— Я Гер, и я действительно ничего плохого не…

— Заткнись. Я не о том тебя спрашивала. Тебя Ингармет прислал?

— Я даже не знаю, кто это такой.

— Не знаешь?

— Честное слово, не знаю.

— Гер, говоришь… Странное имя. Откуда ты?

— С севера. Я сбежал с корабля. Был бой, и…

— Заткнись. Ты, — палец уткнулся в мальчика, — Бегун, беги в порт. Узнай там все. Ты, — теперь старуха обращалась к Сафи, — посмотри розыскную доску у старого Дворца семейств. Проверь, нет ли там этого сморчка.

— Куба, а с ним что делать? В канал? — деловито уточнил из-за спины душитель.

— В канал всегда успеем. Пусть пока в подвале посидит.

Сафи не обманула. Действительно — добрая женщина.

⠀⠀

⠀⠀

Глава 24

♦

И снова фонтан

Под нищей лачугой располагался поразительно крепкий подвал. Облицованный вездесущим ракушечником, разделенный крепкой деревянной решеткой на две резко неравные по площади части. Меня посадили в меньшую, после чего все выбрались наверх, люк захлопнулся, стало темно и скучно.

Подавив в себе желание достать Жнец и справиться с путами на конечностях, а затем и с решеткой, я призадумался. Люди, которые меня посадили под арест, вне всякого сомнения, не имеют отношения к городской страже и прочим официальным организациям. С теми, как правило, договариваться куда сложнее. То есть можно предположить, что ничего плохого пока что не случилось.

К тому же, допустим, сбегу я от них. И что дальше? Я не представляю, где располагается моя цель, зато успел разобраться, что порядки в городе не самые благоприятные для чужаков. Воины на стенах с интересом смотрели на мою беготню от крабов; нищие жители поголовно косятся так, будто у них перед глазами прицел чего-то убойного. Плюс ко всему с первых шагов поссорился с какой-то криминальной группировкой, а первая встречная девочка свято уверовала, что я шпион, и делится этим выводом со всеми желающими.

Нелепица, но нелепица опасная. Город в осаде, с таким ярлыком могут сначала удавить, а уже потом начать разбираться.

Побег, даже бескровный, может увеличить количество проблем.