Место, роль и значение религий в современном мире - Константин Михайлович Долгов

одна грань человеколюбия у Конфуция: «Это когда вне дома ведут себя так, будто встречают великого гостя. Руководят народом, будто отвечают за великий жертвенный обряд. Чего не желают себе, не делают и другим. Это когда в царстве не ропщут и в семьях не ропщут»[199]. Нельзя не заметить сходство высказывания «чего не желают себе, не делают и другим» с таким же, по сути высказыванием из Библии и из «Критики практического разума» И. Канта, которое он назвал «категорическим императивом».

У Конфуция можно даже найти наставления о том, как стать и быть человеколюбивым: «В частной жизни будь скромен. Управляй делами с благоговением. В отношениях с людьми будь искренен. Даже направляясь к варварам, не смей от этого отказываться»[200].

Универсальное понимание человеколюбия представляет собой столь же универсальную концепцию гуманизма. Неслучайно учение Конфуция, по существу, было востребовано во все времена, в том числе в настоящее время, хотя эта концепция в чем-то представляется противоречивой. Однако дело здесь не в противоречии, а в том, что эта концепция, с одной стороны, является консервативной, поскольку утверждает стабильность и стремится к ней, а с другой, именно в силу любви к человеку она является весьма и весьма динамичной, увлекающей и вдохновляющей к дальнейшему развитию человека и общества. Поэтому следует оценивать эту концепцию как одну из самых фундаментальных в учении о человеке и гуманизме, поскольку она, кроме всего прочего, содержит в себе стремление к миру, к установлению мира внутри общества и вовне — между народами.

Конфуций демонстрирует это на конкретном примере: «Хуань-гун девять раз объединял всех удельных князей, не прибегая к военной силе, в этом сказалась мощь Гуань Чжуна. Кто с ним сравнится в человеколюбии!»[201] Исходя из знания общества своего времени, Конфуций предупреждает: «Если любят отвагу и ненавидят бедность — смуте быть. Если ненавидят людей, лишенных человеколюбия — смуте быть»[202]. Это положение многократно подтверждалось в истории Китая и других государств от древности и до наших дней. Но сам же Конфуций был убежден в неодолимости человеколюбия, в победе людей, обладающих человеколюбием, поскольку истинный человек готов ради других людей жертвовать своей жизнью: «Муж высоких стремлений и человеколюбивый не пойдет на то, чтобы ради сохранения своей жизни нанести вред человеколюбию. Он, скорее, пожертвует собой, чтобы только сохранить человеколюбие»[203]. При этом Конфуций отдает себе отчет в том, что формирование человеколюбия всегда будет требовать огромного труда и времени: «Даже если взойдет на престол истинный царь, нужно поколение, чтобы человеколюбие утвердилось»[204].

Храм Конфуция в Пекине

Храм Конфуция в Пекине

Согласно Конфуцию, все основные идеи, идеалы вырабатываются и инициируются для реализации благородными мужами, философами, совершенномудрыми. Что понимал под этими терминами сам Конфуций? Самое простое определение философа содержится в следующем высказывании: «Того, кто изо дня в день узнает то, чего ранее не знал, и из месяца в месяц не забывает то, что смог постичь — можно назвать философом (любящим учиться)!»[205] Оно действительно верно в том смысле, что философ отличается от других людей тем, что он начинает свои исследования с того, что было сделано до него всеми его предшественниками, и затем продолжает развивать все эти направления в онтологическом, гносеологическом и аксиологическом смысле, постигая все новые и новые аспекты этих проблем и не забывая уже постигнутого, предлагает свои решения для развития данных идей.

Конфуций иногда отождествляет философа с благородным мужем, хотя видит между ними и определенное различие: «Если благородный муж умерен в еде, непритязателен в жилье, сметлив в делах и сдержан в речах, стремится к обладанию Дао и прямо идет к нему, то можно сказать, что он философ (любит учиться)»[206]. Из этого ясно, что не всякий благородный муж — философ, но настоящий философ всегда является благородным мужем.

Одно из качеств благородного мужа — измерение собственных слов своими делами, а также сохранение своих убеждений как некой гармонии, когда он не выступает ни за, ни против чего-либо, но всегда остается верным долгу.

Конфуций постоянно подчеркивает органическую взаимосвязь благородного мужа и категории Дао. Его Дао «состоит из четырех положений: вести себя с уважением; служить верхам с почтением; пестовать народ милостиво; использовать народ по справедливости»[207]. Благородный муж постоянно думает о Дао, ибо это суть. его мышления и его деятельности: «Благородный муж думает о Дао и не думает о еде. Как это часто бывает, кто сеет хлеб, — остается голодным, кто сеет знания, — получает на хлеб. Поэтому благородный муж печалится о Дао и не думает о нужде»[208]. В этом он подобен ремесленнику или любому другому человеку, который занимается своим делом всю жизнь: «Ремесленник жизнь свою проводит в мастерской, чтобы в совершенстве овладеть своим делом. А благородный муж учится, чтобы постичь свое Дао»[209].

Согласно Конфуцию, благородный муж есть определенное средоточие и гармоническое соотношение естественности и культуры: «Если естественность превосходит культуру, то получается деревенщина. Если культура превосходит естественность, то получается книжник. Когда культура и естественность сочетаются в равной мере, тогда получается благородный муж»[210]. Здесь благородный муж выступает в виде той меры, которую нельзя нарушать, меры, благодаря которой сохраняются и уравновешиваются и естественность, и культура. По существу, это должно быть законом развития любого общества, любого государства, а также любой культуры и цивилизации. «Благородный муж, широко изучая культуру и уравновешивая себя ритуалом, не переступит через край!»[211]

Кроме того, благородный муж никогда не переступает границ порядочности, кто нуждается в помощи, тому он помогает, но никогда не позволяет себе обогащать богатых: «благородный муж помогает попавшему в жестокую нужду, но не приумножает богатства богатых»[212]. Вообще Конфуций порядочность возводит в некий принцип или категорический императив, который никогда и никто не должен нарушать: «Цзы Гун спросил: Есть ли такое слово, которому можно было бы следовать на протяжении всей жизни? Учитель ответил: Это порядочность! Чего не желаешь себе, того не делай и другим»[213].

В любых обстоятельствах благородный муж проявляет спокойствие и самообладание: «У мужа благородного в душе спокойно и свободно, а мелкий человек пребывает в бесконечных скорбях»[214]. Он всегда стремится открыть в людях хорошее и прекрасное, а не плохое и безобразное: «Благородный муж раскрывает в человеке прекрасное и искореняет в человеке безобразное. Мелкий человек поступает наоборот»[215]. Он всегда опирается на культуру и ее традиции,