Белая Длань - Valeriys

жили своей, не менее интересной жизнью. Присутствие посланников, представляющих интересы различных сторон нашумевшего конфликта, делало атмосферу в стенах крепости до несуразного напряжённой. Дорнийцы и северяне откровенно презирали западников, а те в свою очередь отвечали им тем же, при этом при официальной встрече им приходилось, если и не улыбаться противникам в лицо, то хотя бы делать вид терпимости и понимая, надевая маску безразличия. Хотя, пожалуй, не у всех это получалось. Те же посланники короля Севера уже раза три едва не нарывались на драку, а с гостями из Солнечного Копья успело произойти с десяток скандалов. Потому-то в свободное время король предпочитал не встречаться со своими гостями, что так и норовили втянуть его в очередной конфликт меж собой.

Каждый из них видел в Просторе сильнейшего союзника для своих планов и потерять подобную возможность они никак не могли, ибо это принесёт с собой не самые приятные последствия. Эдмунд может и хотел бы сказать своим гостям прямым текстом, что ни одна из сторон не представляет для него интереса, но в Игре Престолов были свои правила, которые следовало соблюдать. Помимо союза Ланнистеры, Старки и Мартеллы стремились заключить с ним династический брак и это, откровенно говоря, заставляло нервничать его спутницу, что находилась в замке на птичьих правах, по крайней мере пока.

Особое рвение в этом вопросе понятное дело проявляла Арианна Мартелл, что была одной из кандидаток в жёны последнему Гарденеру. Девушка по местным меркам уже давно засиделась в девках, но вместо того, чтобы подобрать ей достойного супруга, её отец, принц Доран, занимался тем, что искал кандидатов среди стариков, болезных и увечных, что явно не могло доставить дорнийке никакого удовольствия. Когда наконец наследнице Дорна удалось получать разрешение посвататься к королю Хайгардена, что славился своими необычными способностями и происхождением, а также тем, что, по сути, выковал себя сам не смотря на все препятствия, девушка не раздумывала ни секунды. Прибыв в замок, девушка, что называется, дорвалась. Не проходило и дня, чтобы Эдмунд не встретился с ней и её сопровождающими по «чистой случайности», и при этом соответствуя своему свободному нраву Мартелл не теряла возможности пофлиртовать и показать себя потенциальному жениху во всей красе. Иной раз мужчине было страшно представить, что будет встреться он с ней наедине и в закрытой комнате.

- Кажется дорнийцы снова потеряли вас, ваше величество. – как бы невзначай произнесла девушка совершенно неожиданно, заставив Эдмунда слегка недовольно поморщиться, но при этом мужчина продолжал держать свои глаза закрытыми. Хоть девушка и говорила спокойно, но Гарденер не мог не услышать очевидный намёк, чувствуя надвигающиеся проблемы.

И действительно совсем рядом с ними, за несколькими рядами живой изгороди послышались звонкие голоса жителей пустынного королевства. В обычных обстоятельствах и при должной настойчивости незваным гостям хватило бы и десяти минут, чтобы отыскать уединившуюся парочку. Однако, у Эдмунда уже были готовы все меры, чтобы не допустить подобного исхода. В ответ на чарующую речь Арианны Мартелл из того же места послышался серьёзный и в меру жёсткий голос его верного друга, выходца из Долины и командира его гвардии. Сегодня Эдмунд не планировал никаких личных встреч, а потому он не позволит, чтобы его покой в окружении прекрасной девушки и чарующего запаха цветов, что произрастали вокруг них под влиянием магической силы, был столь беспардонно нарушен. Даже если и «случайно».

- Как видишь Лин умеет справляться не только с мечом, но и с ядовитыми змеями. – заметил Гарденер, когда голоса гостей стали возмущённо удалятся. По сути, для Корбрея не было иного смысла жизни, кроме как верного служения, и рыцарь доказывал это изо дня в день.

- Это радует. Но не боится ли его величество, что в один прекрасный день это змея может обвить кольцами верного рыцаря? – не отвлекаясь от чтения спросила девушка. Хотя открой Гарденер сейчас глаза, то увидел бы, что уже как несколько минут глаза собеседницы не сдвинулись ни на одну строчку.

- Не спорю у Лина есть потребности, но он умеет разделять долг и личное. – отмахнулся от явного намёка король.

- Я бы не была так уверена. Опыт подсказывает мне, что рано или поздно каждый мужчина может оступиться. В данном случае скорее рано. – протянула Тирелл, для вида перелистывая страницу.

- Опыт? – усмехнулся Эдмунд столь сомнительному высказыванию.

- Каждая женщина передаёт этот опыт от матери к дочери. Необязательно испытывать его лично, чтобы разобраться что к чему. – спокойно отреагировала на его намёк Маргери. Девушка была одета в открытое зелёное платье, что совпадало своей палитрой с камзолом мужчины, изредка оно колыхалось на ветру, а в этот раз складки ткани и вовсе скрыли лицо Гарденера на несколько секунд, заставляя мужчину невольно чихнуть от необычных и резких ощущений. – Прошу прощения. – повинилась девушка, но Эдмунд продолжал всё также спокойно лежать будто бы ничего не случилось. – Если хотите, то я могла бы оставить вас.

- Не стоит. Всё в порядке. – успокоил порыв девушки Гарденер. Они оба прекрасно знали, что подобная мелочь вряд ли может как-либо испортить их отдых, но девушка по-прежнему будто бы возводила между ними стену, хотя, будучи пленницей не так давно была более свободной в выражениях. – Мне это кажется или тебя задевает наличие Мартелл в стенах замка? – перешёл к весьма острой теме Эдмунд. Интуиция подсказывала ему об ошибочности подобных действий, но сейчас его обычно серьёзная натура требовала немного игривости.

- С чего бы, ваше величество? Арианна - прекрасная молодая девушка, достойна для вас партия по сравнению со мной, дочери падшей семьи. Разве могу я быть против той, кто не упускает ни единой возможности, чтобы затащить в свою постель каждого встреченного мужчину? – сохраняя хладнокровие, как только можно, ответила ему Маргери, но Эдмунд отчётливо слышал в её словах горечь и едкий укор в адрес дорнийской принцессы.

- Тебе она точно не нравится. – сделал однозначный вывод мужчина. – Вот только причиной тому зависть или всё же ревность? – вполне искренне задался вопросом Гарденер, при этом тон его звучал скорее игриво.

-Даже если бы мне было чему завидовать, то я бы никогда не стала показывать это. – недовольно отвернулась от Эдмунда Тирелл.

- Значит про ревность ты спорить не будешь? – вздёрнул Гарденер бровь, продолжая общаться с девушкой из полусонного состояния и отслеживая её реакции исключительно по звукам, а также колыханию платья.

- Не