Следуй за ритмом - Катерина Райдер

почесал затылок. – Какие наработки?

– Да брось, всё нормально, – доброжелательно улыбнулся Алан. – Очень круто что, несмотря на уже составленный трек-лист, ты не зацикливаешься на нём и продолжаешь писать. В альбом новая песня, конечно, не войдёт, но мы можем выпустить её синглом и включить в следующую пластинку.

 Марлоу перекосило. Резким движением руки он отбросил назад волосы, растерянно качая головой. Ещё бы, британец не имел ни малейшего представления, о чём говорит Харди! Настало время включаться в беседу, иначе Алан поймёт, что я ему соврала!

– Песня, которую ты отдал мне вчера на шлифовку, – промямлила я, поднимая на блондина испуганный взгляд.

– Я… отдал… тебе… песню на… шлифовку?.. Вчера? – одна бровь блондина медленно поползла вверх, губы скривило вправо.

 Алан начал поворачиваться на стуле в сторону. И пока он не успел увидеть мою сконфуженную физиономию, я, жалостливо глядя на британца, проговорила одними губами: «пожалуйста»…

– А! Вчера! Точно! Совсем вылетело из головы! – воскликнул блондин, и меня расплющило на диване от облегчения.

 Харди так и не обернулся. Вновь устремляя взгляд на «Крешера», утвердительно кивнул.

– Я видел черновик утром, это определённо хит. Не совсем в вашем стиле, но как сингл, вполне неплохо. Давай, бери гитару и покажи мне.

– Но она ещё не готова и я не помню на память слова, тем более Лора их правила, – попытался выкрутиться рокер, на что я обречённо вздохнула.

 Не зря Алан попросил меня прихватить с собой записи, как чувствовал…

 Встав с дивана, я подошла к британцу, протягивая блокнот.

– Переписала аккорды, мелодию и текст на чистовик, думаю, разберёшься. Играть лучше на фортепиано, – тихо пояснила я, не решаясь смотреть Марлоу в глаза.

– Спасибо, понял, – шепнул он и, незаметно для Алана, коснулся моих пальцев.

 Мы столкнулись взглядом. На несколько секунд время остановилось.

– Ну что? Я услышу твой новый трек? – поторапливал Харди.

 Джеймс уверенно взял блокнот и отошел в сторону, вглядываясь в текст.

– Аккомпанировать нужно на фортепиано, пойду, схожу за Алеком, так будет удобнее.

 Алан согласно кивнул, Марлоу вышел из контрольной, а мне ничего не осталось кроме как ждать и содрогаться в сердцах от ужаса. Я прекрасно понимала – Джеймс взял небольшой тайм-аут, чтобы разобраться в моих каракулях. Надеюсь, он сможет понять структуру за жалкие пять минут.

 Спустя некоторое время за стеклом появились музыканты. Алек встал за клавиши, а Марлоу подошёл к микрофону и подбадривающе мне улыбнулся. Остальные ребята присоединилась к нам.

 Желание провалиться сквозь землю навалилось с новой силой. Я безвольно потупила взгляд и, набрав в лёгкие как можно больше воздуха, застыла.

– Давайте сразу писать, – предложил Харди. – Вдруг выстрелит что-то интересное.

 Джеймс равнодушно пожал плечами. Билл нажал на кнопку и махнул рукой. Алек, отсчитав вслух до трёх, вступил, но Марлоу не успел поймать ритмику текста и дал басисту отмашку, чтобы тот начал сначала.

– Ещё разок, – скомандовал звукач, поднял ладонь, нажал кнопку, кивнул.

 История повторилась. И снова. И ещё раз.

– В чём дело? – недовольно поинтересовался Алан.

 Джеймс шумно выдохнул, сняв наушники.

– Я не могу петь один…

– То есть? – нахмурился Харди.

– Песня написана для дуэта, – заявил он, бросив короткий взгляд на меня. – Лора знает текст и мелодию, пусть поможет.

– Что? – воскликнула я.

 Меня видимо передёрнуло, а когда Алан обернулся, и вовсе скрутило в тугой узел.

– Но я не могу…

– Это просто репетиция, давай, иди в кабину, – настаивал Марлоу.

– Не уверена, что… – еле слышно проскулила я в надежде, что Алан остановит это безумие, но он, неожиданно одобрительно кивнул.

– Иди, а то Марлоу до рождества будет вступать, – сухо отозвался Харди, сразу же отвернувшись.

 Пошатываясь, я встала дивана. На негнущихся ногах вышла из контрольной и прилипла к полу в коридоре не решаясь коснуться дверной ручки.

 Какого чёрта, Марлоу? Боже… только не перед Аланом!

 Внезапно дверь распахнулась. В проёме возникло ухмыляющееся лицо британца.

– Ты там заблудилась? – хмыкнул блондин.

– Ты что, блин, творишь? – затравленно прошипела я.

– Восстанавливаю справедливость, насколько позволяет ситуация. Пошли!

 Джеймс схватил меня за руку и потащил в центр тонкамеры. Вручив наушники, парень встал напротив, поправляя поп-фильтры. Теперь их было два, один справа, другой слева от микрофона.

– Разобьём текст по квадратам? – поинтересовался он.

– Это очень плохая идея… – прохрипела я, бросая растерянные взгляды на людей за стеклом.

– Всё будет пучком, – широко улыбнулся музыкант, подавая сигнал звукорежиссёру. – Мы готовы. Мы же готовы, Лора?

 Я потерянно мотнула головой. Алек обернулся. Марлоу стоял к нему спиной, поэтому давать отмашку пришлось мне.

– Я начну, а ты вольёшься когда будешь готова, окей? – предложил блондин.

– Окей, – беззвучно ответила я, посмотрела на Алека и, сглотнув, кивнула.

– Раз, два. Раз, два, три… – отсчитал басист.

 Джеймс сделал вдох и запел:

«Свет отразится в твоих глазах

Холодным спокойствием.

Тьма погибнет на небесах

Взахлёб с удовольствием».

 Британец призывно качнул головой, вскидывая подбородок. Я несмело подхватила:

«Наш поворот «В никуда»

Укажет единственно верный путь.

Не бойся шагнуть туда,

Просто со мною будь».

 Алек оглянулся через плечо, довольно улыбнулся и начал наигрывать гармонию по арпеджио. Джеймс запел «свой» квадрат во втором куплете.

«На рубеже обозначенных лет

Мы ждём откровений.

Так мечтаем оставить след

Средь вечных забвений».

 Я вступила по договорённости на втором. Голос так сильно дрожал, что в паре фраз Джеймсу пришлось поддерживать меня бэк-вокалом:

«Нам никогда не догнать

Чужие мечты. Не грусти.

Посмотри на меня,

Во мне отражаешься ты».

 Пауза, в которой застыло время. Я облизнула пересохшие губы, высчитывая про себя четверть, и неосознанно глянула на Алана. Он смотрел на нас не моргая, лицо каменное, но не сердитое – оценивал потенциал трека. От его цепкого взгляда немного передёрнуло, Джеймс взял меня за руку, привлекая внимания.

 «Всё хорошо! Смотри на меня…» – вот, что было в его глазах и, заглянув в них, я уже не смогла оторваться до самого конца песни. Интересно, Марлоу понял, что это не просто текст, не рандомный набор рифм, и кто именно меня на него вдохновил?

 Третий куплет обрушился на плечи по непривычному нежным вокалом Джеймса. Пальцы музыканта сильнее сжали мои. Такой мощной поддержки я не чувствовала никогда в своей жизни! Казалось, если бы Джеймс мог вырвать из своей груди сердце и одолжить его мне на время, ведь моё почти полностью остановилось от