Дед в режиме хранителя. Том 5 - Евгений Валерьевич Решетов

наверное, теперь будем ставить именно на то, как вы убьёте очередного врага империи, а не когда.

— Для вас это какая-то игра? — вздёрнул я бровь.

Тот помедлил немного, глянул на мешок с мертвецом и с улыбкой сказал:

— А для вас разве нет?

— Я не играю человеческими жизнями и убиваю только в случае крайней необходимости.

— Тогда нам всем очень сильно повезло, что вы поступаете именно так, а не расправляетесь с людьми за один лишь косой взгляд, — произнёс мужчина и встал со скамейки. — Доброй ночи, господин Зверев. Мне пора. Как вы и хотели, мои коллеги уже опросили всех охранников и записали их показания. Я скину всю информацию вам на электронную почту.

— Благодарю, — кивнул я и пожал его протянутую руку.

Он ушёл, как и его коллеги, унёсшие труп. Их микроавтобус покинул территорию. И стало как-то совсем тихо, ведь оправившийся от раны дворецкий тоже уехал.

А охранников я уже сам отправил прочь, а то мало ли что… Пырнёт кто-нибудь ночью. Им доверять нельзя. Однако я приказал одному из них, выглядевшему посообразительнее других, явиться утром и показать, где тут что находится.

Пока же мы с внуками вошли в холл, где паркет носил следы от пуль. Я посмотрел на них и сочно выматерился, а затем прислушался к голодно квакнувшему желудку и сказал:

— Надо бы поесть, а то одним матом сыт не будешь. Где здесь кухня?

— Дедушка, как ты можешь сейчас думать о еде? — покосился на меня Вячеслав.

— А как о ней не думать, когда я весь вечер голодный?

— Ты после Лабиринта так и не поел? — участливо спросил Павел и пошёл следом за мной по коридору, который, по моему разумению, скорее всего, вёл на кухню.

— Не-а, пришлось к императору ехать.

— К кому⁈ — ахнул Вячеслав.

— К императору, императору. А он меня даже чаем не напоил, — пожаловался я и показал внукам перстень. — Только вот эту побрякушку подарил.

— Красота-то какая! — выдохнул пухляш, схватив перстень. — И за что он подарил тебе его?

— Да я империю опять спас. О, вот и кухня! Сейчас поедим!

Азартно потерев ладони, я принялся потрошить холодильник, чувствуя на себе пристальный взгляд Вячеслава. Тот будто не знал, как ко мне относиться и чего ждать, словно не до конца верил, что перед ним его дедушка.

Да и Павлу он что-то порой шептал, но тот отмахивался. Пока отмахивался. Но возможно, когда-нибудь созреет какой-нибудь заговор… Хм, надо держать руку на пульсе.

Пока же мы с радостно лыбящимся Павлом перекусили, обсуждая дела насущные. Вячеслав же не встревал, только наблюдал.

А после еды решено было ночевать в соседних комнатах, чтобы, ежели чего, прийти друг другу на помощь.

Мне досталась спальня хозяина дома, но я решил, что спать в ней — это подвергать себя лишней опасности. Какой-нибудь убийца или мститель в маске как раз и будет искать меня в этой спальне. Так что я выбрал гостевую комнату и улёгся на кровать, даже не став её разбирать.

Подушки оказались мягкими как пух и слегка пахли порошком. А ещё в доме было тепло, потому даже не пришлось накрываться одеялом.

Правда, сон не порадовал меня обнажёнными гуриями и реками вина. Вместо них мне в очередной раз приснилась какая-то поганая муть, будто я лежал где-то и не мог пошевелиться.

Но в какой-то миг что-то вырвало меня из сна…

Веки резко распахнулись, а быстро проясняющийся взгляд уставился на стену, по которой ползли первые лучи восходящего солнца.

Во рту цвёл неприятный горький привкус, сердце стучало быстрее обычного, а мышцы были напряжены. Отчего? Из-за очередного странного сна? Вряд ли. Хотя с этими сновидениями надо что-то решать. Не просто так они приходят ко мне.

Нет, я точно проснулся из-за чего другого.

Опустил ноги в носках на ковёр и прислушался. Тишина. Только часы где-то тикают да мыши резвятся на чердаке. Оно и ясно, лес рядом, как и глубокая осень, вот они и пришли сюда зимовать в тепле и уюте.

Но что-то всё равно не давало мне покоя.

Я тихо встал и вышел из комнаты. Прошёл мимо двери, за которой спал Павел. Оттуда раздавался затейливый храп. А вот за дверью Вячеслава царила тишина. Кажется, он спит в беззвучном режиме.

Внезапно до моих ушей донёсся какой-то хрип, прилетевший с этажа ниже.

— Какого хрена? Кто-то влез в дом? — пробормотал я и осторожно двинулся на звук.

Начал спускаться по лестнице, и одна из ступеней предательски скрипнула под ногой. Звук показался мне таким громким, что я аж голову вжал в плечи, ощутив холодок, пробежавший по спине.

Воображение тотчас нарисовало, как услышавший этот скрип домушник выпрыгивает в окно и с полным мешком украденных вещей бежит к воротам.

Но, кажется, он ничего не расслышал, поскольку до меня снова докатился хрип, раздавшийся за резной дверью, украшенной гербом Крыловых.

Я подобрался к ней поближе и приготовился пустить в дело магию, ведь за дверью точно кто-то был. Уши улавливали бормотание двух мужчин.

Резко распахнув дверь, я ворвался в гостиную, залитую алым утренним светом. Тот падал на телевизор, где двое людей о чём-то разговаривали. И к их беседе прислушивался полуголый Вячеслав, отжимающийся от пола. Да с таким усердием он делал это, что аж хрипел и весь покрылся потом. Даже трусы промокли. А его выдающиеся мышцы дрожали и напрягались так сильно, что вены вздулись как канаты.

— Дедушка⁈ — удивлённо выдохнул он и грохнулся на грудь, тяжело дыша. — Ты чего⁈

— А ты чего? Нет, согласен, тренировки по утрам — вещь полезная, но не на вражеской территории, где твои хрипы можно принять за стоны домушника, подвернувшего ногу. А ты ещё и телевизор включил. Ещё и программа какая-то поганая. Это же граф Пугачёв, — узнал я худощавого