Кругосветка подводника - Валентин Евгеньевич Соколов

Нас спасло не чудо, а грамотные действия подводников офицеров-управленцев, которые несли вахту на пульте главной энергетической установки подводной лодки. Их оперативные, не предусмотренные никакими инструкциями действия (ребята вручную тянули компенсирующие решетки, блокируя защиту) – спасли корабль и жизнь всего экипажа. Их имена грешно забыть:

Командир 1 дивизиона БЧ-5 Качалов Юрий Михайлович

Командир турбинной группы 1 дивизиона БЧ-5 Юнак Сергей Иванович

Командир 3 группы 1 дивизиона БЧ-5 Петухов Александр Иванович

Фамилии не вымышленные.

Кроме того, хоть с опозданием, но всё-таки сработала автоматическая система борьбы с аварийными дифферентами и провалами по глубине «Турмалин». Впоследствии, когда в лодке обстановка стабилизировалась, провели разбор ЧП, я попросил офицеров высказаться. Самый молодой лейтенант, выпускник инженерного училища имени Дзержинского так оценил ситуацию:

– На борту атомохода был человек, которому не суждено было в тот день умереть!

Тогда мы, еще молодые мореманы, не совсем поняли такую философию. Однако и спорить никто не стал.

Атомная силовая установка – это очень сложный механизм, который требует постоянного контроля и грамотного управление всеми его звеньями. Реактор в течение длительного времени вырабатывает огромное количество энергии, но неграмотное обращение с ним хотя бы в течении нескольких минут может полностью вывести его из строя. Это может произойти и в результате ошибок в регулировке, которые трудно обнаружить, но которые неизбежно приведут к полному прекращению выработки реактором электроэнергии. Многочисленные установки защиты реактора автоматически выполняют эти функции В целях предупреждения аварий реактора на подводных лодках предусмотрены автоматически действующие механизмы, которые сбрасывают регулирующие стержни до дна реактора и полностью выводят реактор из работы, т. е. прекращается процесс расщепления атома в реакторе, который возобновить очень сложно.

Восстановить работу реактора возможно только после осторожного подъема в нем регулирующих стержней. Эта сложная операция требует значительного времени и умелых действий подготовленных специалистов.

Глава 19

Встреча на Камчатке. Воспоминания Командира отделения электриков старшины 1 статьи Виктора Шимолина

Здравствуйте. Мой адрес – 658080. г. Новоалтайск, 8-ой мкр, д.27, кв.16. До такого круиза было много этапов – Палдиски, Сайда-Губа, Гремиха, стажировка в экипажах «К-667Б» Толоконников, Каленич… С лета 74-го до нового года СМП, прошли все испытания… Новый, 75-й, встретили в Гремихе. Весь этот год проверки на всех уровнях, (лодка блестела!!!) частые выходы в море. Экипаж готовился к переходу, вот только когда… Моряки уходили на дмб, так и не дождавшись. Часто возникал вопрос – пойдём или нет. Желание было огромное, как говорят, все рвались в бой. Дождались, 15-го 01.76 г. было прощание с судостроителями. Фото в моём альбоме. Первые дни были и волнение (страха не было!), и радость от такого похода – я, пацан, жил за тысячи км от моря и такое мне выпало. Скажу, что служба не была мне в тягость, многое давалось без особых усилий, да и по натуре я человек не конфликтный (так говорят). Чего-то особенного в походе не могу припомнить. Вахты, учебные тревоги, политзанятия, а как без них. Были соцсоревнования на лучший отсек. Я во 2-ом (старшина отсека) и мой годок в 9-ом часто держали первенство. Протиралось, натиралось всё что можно, куда только рука пролезет, проверяли белым платочком. Лодку можно было показывать, как образец чистоты и порядка. На шоколадках, которые выдавались каждый день помечал дни и место нахождения. Скопил несколько десятков плиток, думаю, привезу домой – вот где они побывали (гостинец от Нептуна!). К сожалению, не довёз, доверил нерадивому матросу, а он меня подвёл… Так вот день за днём, втянулся, освоился с таким ритмом жизни. Не могу сказать, что устал, надоело, раскис – нет. Что и впоследствии по жизни пригодилось: работа по графику в три смены, и без отпусков бывало. А всё оттуда, от службы на ПЛ. А вот ближе к завершению похода ждёшь: «Ну, когда, когда всплывём? Сколько дней осталось? Говорили: «Поднимешься наверх, вдохнёшь воздуха, вот и узнаешь, какой он… прочувствуешь, где был». И знаете, первые несколько минут мне всё пахло рыбой, стоял запах рыбы, лично у меня было такое. Была встреча, поросёнка на подносе подержал, не успел он побегать по отсекам, быстро оприходовали. С годами утратились подробности, какие-то нюансы. А вот главное, как говорят, Мы это сделали! Повторил бы, не задумываясь. Я из БЧ-5 (д-2, электрик носовых отсеков), ст.1 ст., 2-ой отсек. Начал осваивать компьютер именно с просмотров о подводниках, о нашей «К-171». Что-то помнил, многое узнал о походах, авариях, трагедиях и т. д. Вот несколько ссылок, где есть о переходе. Воспоминания командира, штурмана…

В Гремихе незадолго до перехода рядом с нашей подводной лодкой стояла АПЛ «К-469». Обменивались визитом – мы к ним «на посмотреть», они к нам. Вот так и побывал на борту К-469-ой. Скажу прямо, показалось тесновато».

Это воспоминания старшины, служившего на атомном подводном крейсере, водоизмещением 32 тысячи тонн. Он невольно сравнивает бытовые условия на его подводной лодке и на другой атомной подводной лодке, водоизмещением три с половиной тыс. тонн и делает заключение: тесновато. А что же тогда говорить подводникам, служба которых проходит на дизель-электрических подводных лодках водоизмещением 1,5 тыс. тонн? При тех же 6 торпедных аппаратах и 18 запасных торпедах?

Глава 20

Встреча ветеранов

Прошли годы, многое за это время пришлось пережить, увидеть хорошее и плохое, – осмыслить ту аварийную ситуацию с высоты преклонного возраста.

И сегодня я почему-то стал на позиции того лейтенанта и совершенно согласен с выводами молодого человека: на борту атомохода был человек, которому не суждено было погибнуть в тот день.

Как-то, будучи на пенсии, проездом я был во Львове и там, на вокзале совершенно случайно встретил члена нашего экипажа Громового Олега. Его солидный возраст мало что в нем изменил, разве что седина тронула его кудрявые волосы. Передо мной стоял не молодой, но стройный мужчина в гражданском костюме с хорошей строевой выправкой, бывшего офицера. Чувствовалось, что он не забросил свои спортивные увлечения. А сильное рукопожатие, только подтвердило мое наблюдение. Нам было, что вспомнить и о чем поговорить. Аварию в Тихом океане он также не забыл и долго рассказывал мне о ней со всеми подробностями и деталями, которые произошли в тот памятный злосчастный день.

– А вы помните, товарищ командир, тишину в центральном посту, где было более 20 человек?

– Ведь лодка погружалась? – вдруг неожиданный вопрос задал Олег.

Конечно, я все помнил – такое не забывается.

Откровенно говоря, я не видел у людей чувства страха.