Возвращение наследника - Валерия Веденеева

ли она была всего лишь призраком. И еще менее вероятным было то, что это существо являлось человеческой женщиной.

Скорее всего к нам двигалась иллюзия, скрывающая настоящую внешность могущественного демона. По крайней мере я предполагал, что это был демон. Вероятно, высший. Вот только, в отличие от Костяного Короля, остановленного защитой крепости, этот демон рассчитывал на предателей внутри и потому шел так уверенно.

Или не демон, а демоница — среди высших они тоже были.

Пение изменилось, стало еще более нежным и будто мурлыкающим. И звук теперь шел не из дальней части леса, как мне поначалу показалось, а будто со всех сторон. Он обволакивал меня невесомой паутиной, снимая накопившееся напряжение, расслаблял мышцы, приятной вибрацией отзывался во всем теле…

Я встряхнулся, сбрасывая наваждение, и на всякий случай ткнул локтем в бок стоящего рядом Теагана. Тот вздрогнул, часто заморгал и тоже пришел в себя.

Тут же развернулся к охранникам, на лицах которых, как оказалось, отражалась одинаковая мечтательная задумчивость, и рявкнул:

— Тревога! Ментальная опасность высшей степени! — И одновременно с этим активировал свое кольцо. Камень в оправе вспыхнул, и у меня в голове возник тот самый женский силуэт, который мы видели внизу, а в уши ударил оглушающий звук непрерывных частых ударов в большой колокол. Естественно, нежную музыку эти удары заглушили напрочь.

Женский силуэт, продолжавший идти к крепости, остановился. Существо повернулось и запрокинуло голову, глядя в нашу сторону. Капюшон упал, открыв лицо.

Ну, лицо выглядело без сомнения женским. Даже девичьим — юным, нежным, с безупречными чертами и застывшим на нем невероятно печальным выражением. Мне даже показалось, будто на ресницах у нее блестели слезы, хотя разглядеть их с подобного расстояния было невозможно. Будто, очнувшись от морока и уничтожив его для других обитателей крепости, мы тем самым разбили ей сердце…

Я смотрел на нее, не в силах избавиться от ощущения, будто когда-то ее уже видел.

Теаган между тем деактивировал магию кольца, и звон колокола у меня в голове прекратился. Тишина после него казалась почти осязаемой. И да, чарующая музыка тоже стихла.

Демоница — для себя я решил именовать ее именно так — между тем продолжила двигаться и в этот раз остановилась, лишь дойдя до первого защитного барьера. Медленно подняла руку и коснулась его кончиками пальцев. Тот вспыхнул в месте касания ярким светом и оттолкнул незваную гостью. Та убрала руку и склонила голову набок, будто озадаченная. Будто она ожидала совсем другого. Потом сделала несколько шагов вправо, продолжая изучать внешний барьер.

— Я усилил защиту крепости и перевел ее на себя, — тихо сказал мне Теаган. Я кивнул, с удивлением отметив, что такое, оказывается, возможно. А еще мне подумалось, что если бы Теаган этого не сделал, то демоница уже проникла бы внутрь.

Вот только к какому виду демонов она относилась? Я напряг память, но не смог вспомнить, кто из них, способный настолько точно копировать человеческие черты, при этом обладал даром ментального воздействия, завязанного на музыке, а еще двигался, не оставляя следов.

Демоница какое-то время шла вдоль барьера — твари, толпившиеся в той стороне, торопливо убегали с ее пути, — потом остановилась, развернулась и направилась в лес.

Похоже, задуманное у нее не получилось.

— Если комендант или старший магистр этого еще не сделали, то надо отправить новое письмо и вызвать подкрепление, — сказал Теаган, провожая незваную гостью взглядом. — Сидение в осаде никак не относится к моим любимым занятиям.

Я тоже смотрел демонице вслед.

Мог ли я ее уничтожить? Воспоминания о схватке с фальшивым Ирданом подсказывали, что только с большим трудом и еще большей долей удачи. Если бы Кащи тогда не привел существ из своего родного мира, я бы не справился. Или справился бы, только демонически переродившись.

— Пойдем, — сказал Теаган. — Тут больше нет ничего интересного.

Спустились с лестницы мы как раз к тому моменту, когда стражницы привели младшую из тех двух подозрительных Сестер, Раскиву. На лице ее застыло должной степени недоумение, мол, понятия не имею, в чем меня обвиняют и что вообще стряслось.

Она поклонилась Теагану, потом развернулась в мою сторону.

— Мне сказали, что вам срочно потребовалось со мной побеседовать, господин аль-Ифрит?

— Так и есть, — согласился я. — Вам известно, кто или что призвало демонических тварей к крепости? Отвечайте только «да» или «нет».

Раскива посмотрела удивленно.

— Как я могу об этом что-то знать?

— Только «да» или «нет», — повторил я с силой.

— Конечно же «нет»! — воскликнула она.

— Неправда, — сказал я. Ощущение лжи, исходящее от ее слов, было ярким, абсолютным. Она знала.

Я повернулся к Теагану.

— В нашем отряде ведь есть Братья Вопрошающие? Пусть… — договорить я не успел.

Рука Раскивы взлетела к ее горлу, ухватилась за висящую на шее цепочку и рванула ее, бросив мне под ноги прежде спрятанный под одеждой кулон. На все это потребовалось едва мгновение, и остановить ее никто не успел.

Что кулон из себя представлял я не понял, лишь перед глазами блеснуло что-то яркое. Блеснуло, ударилось о землю, раскололось…

Я успел подумать — как хорошо, что на мне щиты, — когда все вокруг засияло серебристым огнем. И огонь этот, как и прежде демоница, показался мне смутно знакомым. Он окружил меня, не касаясь, не в силах проникнуть через щиты, но сквозь просветы в языках его пламени я больше не видел ни двора крепости, ни людей там, ни Теагана. Только смутные очертания множества высоких гладких колонн…

Серебристый огонь взметнулся еще выше, вспыхнул ослепляюще ярко — и погас, оставив меня в полной темноте.

Глава 11

Темнота казалась абсолютной; такой, какая она бывает в самых глубоких подземельях. А еще на уши мне сперва давила тишина, но потом сквозь нее начали пробиваться звуки — мерный рокот волн и падение капель.

И голоса?

Я медленно повернулся вокруг своей оси, вглядываясь в темноту и вслушиваясь. Да, голоса. Вернее, невнятные шепотки. А еще пение — очень отдаленное, слабое, будто мурлыкающее.

Опять пение!

Похоже, та демоница находилась где-то поблизости.

Впрочем, неудивительно. Вряд ли Раскива действовала по собственному почину. Возможно даже, что это не стражницы ее отыскали, а она сама вышла к ним навстречу — когда ее демоническая сообщница поняла, что в крепость не попадет, и приказала заговорщице отправить меня к ней. Если уж демоница владела ментальным воздействием