Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

его к себе, о чем-то допросил, а потом приказал оседлать Браста и коня для Дитриха и увез его с собой.

– Ты пока поучи Людвига ходить, – велел он мне без тени иронии. – Вольф поможет.

Волк правда помог: уяснив, как удержаться на двух ногах, а не на четырех, и не шлепаться при этом поминутно на пол, Людвиг сделал несколько вполне уверенных шагов. Так-то он был сильным ребенком, то есть жеребенком, и стоило ему приспособиться, дело пошло на лад.

– Ну все, скоро весь дом разгромит, – радостно сказала Магда и утерла слезинку.

И правда, Людвигу все было интересно: люди, вещи… и хорошо, что он привык слушаться меня беспрекословно, не то непременно бы обжегся, что-нибудь расколотил или слетел с лестницы!

К вечеру я уже валилась с ног и думала о том, как хорошо быть лошадью…

– Когда Гастон пойдет – вот тогда будет кавардак, – со знанием дела заметил Грег, шпыняя своих мальчишек. – А это еще что!

Вскоре вернулся Винсент с Дитрихом, и тот уже никак не походил на оборванного дезертира.

– Я разобрался с его делом, – сказал Винсент, рухнув в кресло и потребовав меня к себе. Конкретнее – на колени. – Он, конечно же, о многом умолчал. Например, о том, что на него свалили недостачу в полковой казне, а оправдаться он не сумел. Все знали, что у него мать больна, деньги на лекаря нужны, вот и поверили. А она как узнала об этом, так и… Его ждал суд, но он пропал. А потом оказалось, что растратчиком был вовсе другой человек, но Дитриха уже не нашли. Так что теперь он может вернуться к службе. У меня. Мне он пригодится.

– Хорошая новость, – улыбнулась я. – А Марк? Не искали?

– Времени не хватило, – ответил он. – Но и в этом я разберусь. А пока пойдем-ка к Людвигу, я его целый день не видел… Вот ведь, и как мне теперь между вами разорваться, а?

– У Грега спросите или у Волка, – фыркнула я и встала. – Идемте, а то его скоро надо будет укладывать спать. О, вот вы и уложите…

– Могу поспорить, у меня это получится, – высокомерно сказал Винсент и тоже поднялся.

Надо ли говорить о том, что он безнадежно проспорил?..

– Какой кошмар, – выговорил муж, рухнув в постель. – Это еще повезло, что он уже хоть что-то соображает, а каково с младенцем… Впрочем, я видел Агату, она бродила, как тень, и это ей еще помогала Магда!

– Уже не хотите быть отцом?

– Не говори глупостей, – нахмурился он. – Но пока, пожалуй, нам хватит Людвига… Кстати, фея не солгала, у принцессы тоже вскоре появится ребенок. И тогда, я надеюсь, Феликс окажется хоть немного занят!

– Ну не он же будет менять пеленки, – серьезно сказала я, не выдержала и засмеялась.

– Что?..

– Вы сказали, что не племенную кобылу покупаете, а берете жену, а вышло…

Винсент не сдержался и тоже рассмеялся, потом обнял меня покрепче и сказал:

– Завтра нужно поехать во дворец. Люди должны увидеть тебя.

– Да, но… в чем? – недоуменно спросила я. В доме-то я носила платье экономки, не до нарядов было!

– А ты полагаешь, на свадьбу я заказал тебе только один туалет? – фыркнул герцог.

– А Людвиг?

– Его пока брать нельзя. Да и одеть не во что, я ведь даже не предполагал… Ну да это решается быстро. Поедем с Дитрихом, а Волк останется сторожить.

– Винсент, можно я закажу Людвигу башмачки у мастера Уолдо? – спросила я. – Он говорил, его подмастерье шьет прекрасную детскую обувь. И старику будет приятно, он ведь так помог!

– Как тебе будет угодно, – кивнул он и прижал меня к постели. – И довольно разговоров, Маргрит, я весь день думал об этом вот…

– Это что-то новенькое… – выдохнула я. – Вы явно подготовились к моему возвращению!

– Я старался, – ответил он без ложной скромности.

И снова с утра все пошло кувырком. Сперва капризничал Людвиг, и успокоить его Агата не могла. Пришлось мне прикрикнуть, и почувствовавший всеобщее обожание и собственную безнаказанность мальчишка безропотно съел положенную кашу и сам попросился умыться.

– Тебе бы полком командовать, Маргрит, – сказал мне сонный Винсент, когда я вернулась одеваться. – Такой рык не каждому полководцу впору.

– Ничего, с Майнцем тетушки тоже не сюсюкались, – ответила я, причесываясь. Конечно, герцогине полагается горничная, и не одна, но я привыкла обходиться своими силами. Ну а с платьем мне могла помочь Агата. – А если Людвига разбаловать, будет намного хуже, характерец у него вроде вашего.

– Или твоего.

– Вот именно.

Мы переглянулись с улыбками.

– Господин! – постучал в дверь Сид. – Тут пришли какие-то три шумные старухи и с ними еще старичок и тетенька. Говорят, про жеребенка узнать!

– Пусть обождут, – велел муж. – Интересно, это наши знакомцы?

– Кто знает, – вздохнула я и надела старое платье: не мести же двор подолом нового? – Вы выйдете сами?

– Непременно, – Винсент небрежно набросил камзол и пропустил меня вперед. – Я должен покончить с этой историей.

Точно, это были Фрида, Мирта да Ирма с Франком. Ну и еще какая-то незнакомая светловолосая женщина средних лет, уютная, пухленькая, с конопушками, во вдовьем платье.

– Ну как, квартал еще цел? – светски осведомился герцог.

– Местами, – вздохнул Франк, покосившись на жену.

– Это вот Талли, сударь, – Ирма выпихнула вперед вдову, и та неуклюже поклонилась. – Мы вчера всех вокруг расспросили, на ферму к Мирте съездили, водовоз нас отвез… Так вот, в округе…

– Покороче, я тороплюсь.

– В округе никто не слыхал, чтобы дети пропадали. Тонули, было дело, в лесу терялись, но то не младенцы, – с чувством собственного достоинства продолжила Фрида, не давая сбить себя с толку. – А вот у Талли из ближней деревни сын родился, спокойный, говорит, был малыш, белобрысый, как она. А как-то она к соседке ушла соли одолжить, да и заболталась. Тут гроза налетела – она бегом домой, боялась, как бы сын не перепугался. Он и вправду перепугался, похоже. С тех пор только плакал да кричал, а уж ел – не прокормить! И ни словечка не говорил, хотя ее-то сынок уже «мама» сказал. Вот…

– Талли вас боится, так что мы уж за нее перескажем, – пояснила Мирта, а вдова мелко покивала.

– А куда тот мальчик делся? – спросил герцог с интересом.

– Он лет до пяти на ноги не вставал, – сказала Ирма. – Потом кое-как пополз. Но все молчал, только выл да кричал, а уж на вид страшен был… Голова с кувшин, руки-ноги кривые и горб на спине. А потом, когда уж по двору ковылял, его свинья загрызла. Сосед видел –