Бандит. Моя расплата за долги - Рия Уллу

он, и в глазах вспыхнул азарт. — А ты смелая, Пушинка. Ладно… — Он лениво махнул рукой. — Нам как обычно. Бармен всё знает.

Я кивнула, стараясь не выдать своего облегчения. Мои ноги казались ватными, а сердце колотилось, как бешеное. Развернувшись, я ушла, стараясь не ускорять шаг, чтобы не показаться слишком поспешной, слишком испуганной. Но я чувствовала, как спина горит под его взглядом, ощущая его пристальное внимание.

— Живая? — бармен хмыкнул и даже не спрашивая о заказе, быстро сунул мне в руки увесистую бутылку из тёмного стекла и на поднос ловко выставил два широких бокала, доверху наполненных кубиками льда и набор закусок. — Давай, второй подход.

Когда вернулась к столу, наглый незнакомец выглядел расслаблено. Видимо, увольнять меня сегодня не будут. Я выдохнула.

— Ваш заказ. Приятного отдыха. — Я попыталась исправить первое впечатление о себе, изобразив максимально профессиональный и даже дружелюбный вид.

Чуть наклонилась, чтобы расставить на столе всё и стараясь не смотреть на посетителей, сосредоточившись на задаче. Именно в этот момент его пальцы, неожиданно быстрые и цепкие, обхватили моё запястье.

Его прикосновение было тёплым, но одновременно леденящим, словно электрический разряд. Я замерла, не в силах пошевелиться, чувствуя, как моё тело напрягается. Он притянул меня чуть ближе, и его голос, теперь совсем низкий, прошептал мне прямо на ухо, так, что мурашки побежали по моей спине, от затылка до самых кончиков пальцев.

— Ты явно ошиблась местом, — его дыхание обжигало моё ухо, а слова звучали как предупреждение. — Здесь съедают таких, как ты.

В баре, где каждый второй выглядел как бандит, это звучало не как метафора, а как буквальное предостережение. Но этот страх быстро сменился прежней, новой для меня уверенностью.

— Я не съедобная, — вырвала я свою руку из его хватки, резко отстраняясь. — И вам лучше это запомнить. И если позволите, я пойду, меня ждут другие гости.

Это была откровенная ложь — никаких других гостей, ждущих именно меня, не было. Но мне нужно было уйти отсюда, от его взгляда, от его прикосновения, которое одновременно пугало и странно притягивало.

Он рассмеялся — глухо, словно рычание довольного зверя, но в этом смехе не было ни злости, ни раздражения, только невыразимое удовольствие. Казалось, он признавал мою маленькую победу, мою дерзость, которая, похоже, его только забавляла.

— Принеси ещё льда, — бросил он мне вдогонку, когда я уже отвернулась, готовясь уйти. Его тон был уже приказным, но без напора, скорее как просьба, замаскированная под команду. — И… сними эту дурацкую кофту. Здесь жарко.

— Вам бы этот лёд приложить к голове, — парировала я, не оборачиваясь, уже делая шаг от стола.

За моей спиной опять раздался его смех, низкий и раскатистый, смешанный со звоном бокалов, в которые он, должно быть, наливал крепкий алкоголь. Он явно наслаждался этим обменом репликами, этой игрой. А я… я направлялась к стойке, чтобы взять лёд, и думала о том, что эта смена будет очень, очень долгой.

Весь вечер он наблюдал за мной. Но я делала вид, что не замечаю этого. Слишком странный тип. Слишком наглый. И я отчаянно пыталась отвлечься, завязывая разговоры с другими гостями, принимая заказы, протирая столики с рвением, достойным лучшего применения.

Но даже в самые оживлённые моменты, когда я смеялась над чьей-то нелепой шуткой или слушала указания Кости, его голос не выходил у меня из головы, будто преследуя. Его прикосновения, его слова, его карие глаза – всё это засело в моей памяти, отвлекая и раздражая.

Часы тянулись бесконечно долго. Музыка становилась всё громче, дым – всё плотнее, а усталость наваливалась тяжёлым грузом. Наконец, около двух часов ночи, бар начал потихоньку пустеть. В какой момент, те двое ушли из заведения, я не успела заметить когда именно, но была очень рада их отсутствию.

И вот, закрытие смены. Пока две другие официантки убирали зал, Костя подозвал меня к себе. Его взгляд был необычно мягким, даже чуть-чуть уважительным.

— Что ты ему такого сказала, что он так развеселился? — спросил он, оттирая стакан. В его голосе чувствовалось неподдельное любопытство. — Обычно, он не так доволен подбором кадров.

— Кому? — спросила я, хотя уже понимала о ком шла речь. — Тому высокому, похожего на бандита? А какое ему вообще дело до тех, кто тут работает?

Костя остановился и уставился на меня, будто я только что задала самый идиотский вопрос на свете.

— Так ты не поняла? — его голос стал чуть ниже, почти заговорщическим. — Аслан… Он хозяин этого заведения. Каждый четверг тут. Он лично приезжает проверить, как тут всё идёт. И раз он тебя не выгнал сразу же, значит ты принята. Обычно, у нас такие как ты не остаются, но видимо, чем-то его зацепила.