Приключения попугая Кеши - Александр Ефимович Курляндский

И каждый раз Кот думал: «Зачем ему нужны деньги? Ест он одни пельмени, да и выспаться, как следует, не может».

Хозяин приехал, как всегда, поздно. Усталый, голодный.

Бросил пельмени в кипящую воду и уставился в экран телевизора. Хозяйка приехала вместе с ним. Она берегла фигуру и никогда не ужинала.

– А я письмо получил, – сказал Кот.

– Письмо? – удивился Хозяин.

– Да. От родной матери.

И Кот прочитал письмо Хозяину. Тот внимательно выслушал.

– И что? – спросил Хозяин. – Чё ты волнуешься? Мало ли на свете матерей? И что? К каждой ехать прикажете?

– Но это моя мать, – сказал Кот. – Единственная и неповторимая в своём роде.

– А где она была раньше?

Кот взглянул на обратный адрес:

– В городе Верхне-Реченске была.

Хозяин захохотал:

– В Верхне-Реченске! А может, она тебе и не мать. А просто переехать к нам хочет? Знаем мы таких матерей!

– Нет, – сказал Кот. – Это моя мать. Взгляните на фотографию. И усы как у меня. И фигура, и пятно на лбу.

– Таких пятен, Василий, у каждой второй кошки.

– Это моя мать, – сказал Кот. – Я сердцем чувствую.

– А даже если твоя? Она тебя кормила-поила? Обувала-одевала? Нет! Я тебя кормил-поил, обувал-одевал. Выходит, я твоя мать, а не она.

– Она меня родила, и это главное.

– Я тебя больше чем родил! – сказал Хозяин. – Я тебя человеком сделал. Посмотри на пузо своё. Где ты ещё видел такое? У каких котов?

Хозяин начинал злиться, и это не предвещало ничего хорошего.

– Значит так, Василий. Или ты выбросишь это письмо из головы. Или – пожалуйста! На все четыре стороны. Знаешь, сколько вашего брата по помойкам рыщет?

Кот Василий хорошо знал. Рыться по помойкам его не очень устраивало. Это с одной стороны. А с другой, – он не любил, когда его «гладили против шерсти».

– А у вас самих есть мать? – вдруг спросил Кот.

В это время в комнату вошла Хозяйка.

Она давно ревновала Хозяина к Коту. Ей казалось, что он больше любит Кота. Кот был у Хозяина один. Семь лет. А Хозяек за это время поменялось штук десять.

– На помойке ему самое место. А то строит из себя. Кроссовки-тусовки, вискасы-пискасы. Тьфу!

Хозяйка присела на стул. Закинула ногу на ногу. Ноги у неё были красивые, длинные. Как и у всех предыдущих Хозяек.

– Знаешь что, – сказал Хозяин. – Ты, Жанка, в наши мужские дела не вмешивайся. Иди-ка лучше приготовь мне и Василию поесть. Мать у него нашлась. Василию – осетринку, а мне, по такому случаю, пельмени и бокал пива. Давай, давай. Пошевеливайся. Так, что ли, Василий?

– Так.

Осетринку он уважал. Особенно ту, которую покупал Хозяин. В самом дорогом магазине. Такую свежую, что кинь её в воду, поплывёт.

Может, Василий, поев осетринку, и забыл бы о материнском письме. И не поехал бы к родной матери в город Верхне-Реченск. И не читали бы вы сейчас, ребята, эту книжку.

А играли бы в футбол, волейбол, баскетбол. Или раскатывали на роликах. Или делали уроки. Или просто лежали на диване. И плевали в потолочек.

Но он поехал.

А всё потому…

Впрочем, об этом в следующей главе.

Глава вторая

Мать – она и в Африке мать!

Утро следующего дня выдалось жаркое.

И не просто жаркое, а очень жаркое. Асфальт, дома, люди просто плавились от жары. Даже памятники… Казалось, вот-вот спрыгнут с постаментов и убегут в тень.

Несмотря на жару Кот Василий вышел во двор. Очень уж хотелось поделиться с друзьями последней новостью.

Ещё в подъезде он услышал звонкий Кешин голос.

Кеша и Коля были теперь героями. И газеты о них писали, и по телевизору их показывали. Никуда от этих героев не денешься.

Это злило Кота. Подумаешь, полярников спас. И он бы так поступил на их месте. Если б были крылья.

Кеша был в центре внимания.