Неизвестный Пири - Дмитрий Игоревич Шпаро

Кэп. Пири: Да, сэр.

М-р Робертс: Ему было дано разрешение?

Кэп. Пири: Да, ему было разрешено. Из других членов отряда Макмиллан… читал лекции и Бартлетт… на основании разрешений.

М-р Робертс: Когда им были даны разрешения, как давно?

Кэп. Пири: Я не могу сказать. Я бы не сказал, что это было совсем недавно, но я не могу сказать, когда именно было дано разрешение.

Верно, Макмиллан, Бартлетт и Боруп читали лекции. Эти трое были словно надежные солдаты на защитных бастионах, воздвигнутых Пири. Хенсон разрешения не получил и выступал вопреки воле бывшего хозяина (см. главу 28).

На слушаниях тем временем прозвучал сакраментальный вопрос и последовал абсолютно бессмысленный ответ коммандера:

М-р Талботт: Можете ли вы дойти до полюса вторично практически по тому же маршруту?

Кэп. Пири: Я могу пройти практически по тому же маршруту. Да, сэр.

Наступил последний день слушаний – 11 января 1911 года.

Приход Пири на «Рузвельт»

Робертс, предельно вежливый, конкретный и целенаправленный, превосходно подготовленный к допросу Пири, продолжил:

Кэптен Пири, когда вы вернулись после своего броска к полюсу, то первыми, кого вы увидели, были люди с корабля?

Кэп. Пири: Да, сэр.

М-р Робертс: Вы, конечно, рассказали им о своем путешествии?

Кэп. Пири: Нет, я этого не сделал. Я не вдавался в подробности относительно путешествия.

М-р Робертс: Вы сказали им, что достигли полюса?

Кэп. Пири: Я рассказал Бартлетту, и никому больше.

А сказал ли Пири Бартлетту? Масса сомнений в этом. Конечно, Бартлетт подтвердил, но, во-первых, когда подтвердил? Поразительно, но этого никто не знает. Может быть, уже после того, как «новость» о достижении полюса была оглашена публично? А во-вторых, такова уж судьба капитана «Рузвельта» – выручать коммандера, кэптена, контр-адмирала (см. главу 30).

Конгрессмен Мейкон, выступая в палате представителей, рассудил по-своему: «Мистеры Ганнетт и Титтманн сказали, что они не видели никаких доказательств того, что он [Пири] когда-то кому-либо рассказывал об открытии полюса до момента, пока не отправил свою телеграмму в Нью-Йорк… и это было сделано только после того, как он услышал, что Кук… сообщил о своем открытии полюса. Джентльмены должны иметь в виду, что он утверждал, что это был венец славы, самый важный момент всей его жизни, и все же нет никаких свидетельств, кроме его своекорыстного заявления, что он когда-либо кому-нибудь сообщал о своем открытии до того, как узнал, что доктор Кук заявил об открытии им полюса».

Продолжение стенограммы:

М-р Робертс: Я вспоминаю, что читал в газете о том, что на пути от места зимовки корабля, во время обратного плавания, вы где-то встретили какого-то охотника. Был ли это Уитни?

Кэп. Пири: Я встретил Уитни в Эта, в нижней части Китового залива.

М-р Робертс: Вы рассказали ему что-нибудь? Разговаривали ли вы с ним о вашем путешествии?

Кэп. Пири: Нет, сэр.

М-р Робертс: Вы не сказали ему о том, что достигли полюса?

Кэп. Пири: Нет, сэр.

М-р Робертс: Спрашивал