Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

травок заварит, только и всего. А вам нельзя демаскироваться, Фло! Если вы правы, даже такая малость может сыграть вам на руку, а может подвести в любой момент…

– Вы стали слишком умным, – я последовала примеру капитана и теперь натягивала сапоги. – Слушайте, вы знаете, кто обитает в усадьбе в полудне пути отсюда?

– Кажется, там только управляющий, – ответил он.

– Мой клиент направляется прямиком туда, – сказала я. – Как думаете, уместно будет, осмотрев окрестности и услышав историю про этих несчастных мертвых овечек, наведаться в усадьбу и попросить чего-нибудь согревающего?

– Думаю, вполне уместно, – кивнул Лауринь. Взгляд его сделался собранным и жестким. – Вы полагаете, овцы – это только способ заманить вас сюда?

– Меня, – согласилась я, – а может, и вас тоже. Если наш друг воспроизводит давние события, он не может забыть о том, что вы всегда меня сопровождали, Лауринь. И вот мы снова вместе! Удивительно, правда?

– Это уж точно… – пробормотал он. – Но в любом случае никакой магии, Фло!

– Не ставьте мне условий, – фыркнула я. – Я сама решу, когда будет уместно применить что-то из моего арсенала! Другое дело, что я не собираюсь представляться судебным магом.

– Снова тетушка Фелиция? – поморщился капитан.

– Она самая, – кивнула я. – Мало ли, куда отправилась! Совпадение из разряда невероятных, но чего только не случается! Опять же, приятное удивление при встрече с Итуро… Пару минут можно выиграть, как полагаете?

– Действуйте на свое усмотрение, – кивнул Лауринь. – Здесь я не могу вам советовать. Только, Фло, одна просьба…

– Ну?

– Я непременно поеду с вами, – просто сказал он. Взгляд – глаза в глаза, измученное, осунувшееся лицо, но – такая жесткая складка у губ, так сурово сдвинуты брови… – На этот раз вы от меня не избавитесь.

– Я так и думала, – ответила я, помолчав. – Вы имеете право знать, чем все закончится, если, конечно, оно закончится здесь и сейчас. Но, Лауринь, об одном прошу: что бы ни случилось, не лезьте…

– …в спасители судебных магов, – окончил он. – Я помню. Я сумею сыграть роль, Фло, ведь я тоже недаром прожил эти годы!

– Охотно верю, – сказала я.

Куда я его тащу? Зачем? Может, ничего и не случится, но если вдруг… У меня, опытного мага, куда больше шансов уцелеть, чем у обычного человека! С другой стороны, он верует в Забытого, а значит, нет смысла переубеждать его. Лауринь все решил для себя раз и навсегда. Что ж, пусть так… посмотрим, чья воля окажется сильнее!

– Давайте собираться, – произнесла я, помолчав. – На овец, по здравом размышлении, смотреть смысла нет – это наверняка отвлекающий прием. Если же в усадьбе ничего не обнаружится, тогда поглядим, кто режет скот. Но я уверена, это все – ради одной цели…

– Мне не нравится ваш настрой, Фло, – тихо сказал Лауринь, остановившись напротив меня. – Вы всегда были похожи на гончую по кровавому следу: догнать и вцепиться, и будь что будет! А теперь…

– Что – теперь? – так же тихо спросила я.

– Сейчас в вас какое-то безразличие, – ответил он. – Покорность судьбе. Это неправильно. Это… не по-вашему.

– Не вы первый говорите мне об этом, – усмехнулась я.

– Тем более, – капитан был настойчив. – Вы всегда выходили победительницей, разве не так?

– Кроме того раза, когда я сбежала, – напомнила я.

– Не сбежали, а взяли передышку, – парировал Лауринь. Не знаю, чего ему стоило признать это. – Я понимаю теперь. Простите, если наговорил вам грубостей, Фло. Вы… вы не могли поступить иначе, раз предполагали подобное.

– Это вы простите меня, Лауринь, – слова сами сорвались с моих губ. В здравом уме я бы никогда не произнесла подобного, но несколько бессонных ночей давали о себе знать. – Я и впрямь могла бы предупредить вас, а не исчезать вот так.

– Нет, – упрямо мотнул он головой. – Все правильно, Фло. Вы сделали то, что должны были. И я стал тем, кем хотел, – благодаря вам. Вашей науке. Я не имею права жаловаться.

– Разве о том речь? – негромко произнесла я. – Вы ведь меня не простили?

– Нет, – улыбка мелькнула и исчезла. – И никогда не прощу. Но я теперь вас понимаю, а это…

– Это много, – закончила я. – Знаете, Лауринь, если бы не вы, многое в этой истории сложилось бы иначе. И речь не только о тех сведениях, что вы мне передали, поверьте.

– Отрадно было бы верить в это, – усмехнулся он. – Но я предпочитаю не тешить себя напрасными надеждами. Все шло так, как должно было случиться. И если мы подтолкнули события… Что ж, на то была воля…

– Наша воля, – закончила я. Снова встретила взгляд Лауриня – он понял меня. Последователь Забытого не мог не понять. – Ваш отец гордился бы вами.

И у меня не возникло даже мысли о том, чтобы рассказать ему правду, чей он на самом деле сын. У Лауриня был только один отец – Ференц Лагарста, тот, кто вырастил его, как родного, хотя знал, что это не так, который любил его и научил тому, что знал сам. Благодаря которому Лауринь сумел выжить. И неважно, от кого рожден был мой капитан – он не знал того человека и не желал его знать. И правильно делал, к слову сказать, – тот просто не заслуживал такого сына. Такого…

– Я хотел бы верить в это, – тихо сказал Лауринь, не сводя глаз от моего лица.

– Он гордился бы вами, – повторила я. – Я знаю наверняка. Мне-то вы верите?

Усмешка в ответ: то ли да, то ли нет.

– Правильно, магам верить нельзя, – заключила я, отворачиваясь. – Едем, Лауринь, солнце уже высоко…

– Фло… – капитан удержал меня за руку. – Я когда-то сказал вам, а вы не поверили. Мальчишкам верить нельзя точно так же, как и магам: сегодня они говорят одно, завтра другое… Поэтому я хочу повторить сейчас, Фло. Я…

– Нет, – я закрыла ему рот ладонью. – Вы ничего не будете говорить сейчас, Лауринь. Если нам удастся задуманное, тогда хоть уши мне прожужжите, я слова против не скажу. Но сейчас – молчите! Прошу вас!

– Хорошо, – согласился он. – Я буду молчать, но…

Верно, этого я ему запретить не успела, да и не хотела, если честно. Как знать, может быть, это последний раз, когда Лауринь целует меня, когда я чувствую сухие обветренные губы, теплое дыхание… Может быть, мы вовсе больше не увидимся. Тогда, десять лет назад, все было иначе: я знала, что вернусь, я знала, что оставляю Лауриня живым, и только от него зависело, сумеет ли он пробиться в жизни и уцелеть! Он сумел. Но теперь… Теперь нами играла чья-то злая воля, и