Барракун. История последнего раба, рассказанная им самим - Зора Нил Херстон

мы танцевали, как в земле Африки. Американские цветные, понимаешь, говорили, что мы дикари, и смеялись над нами, и ничего нам не говорили. Но Свободный Джордж, понимаешь, он был цветным и никому не принадлежал. Его жена, понимаешь, была свободной очень долго. И она готовила для креолов[25] и купила Джорджа, чтобы пожениться с ним. Свободный Джордж пришел к нам и велел не танцевать в воскресенье. Потом он рассказал нам, что такое воскресенье. Мы этого раньше не знали. В земле Африки никто не говорил нам о воскресенье. И тогда мы больше не танцевали в воскресенье.

Знаешь, как нас освободили? Куджо расскажет тебе. Корабль, на котором я был, стоял в Мобиле. Мы собирались идти в Монтгомери, но капитан Джим Мехер не пришел на корабль в тот день. Куджо не знает почему. Я не забыл. Это было 12 апреля 1865 года. Солдаты янки пришли к кораблю и ели шелковицу с деревьев, что росли рядом, понимаешь. Потом они увидели нас на корабле и сказали:

– Вы больше не можете здесь оставаться. Вы свободны. Вы больше никому не принадлежите.

О боже! Я был так рад! Мы спросили солдат, куда нам идти? Они ответили, что не знают. Они сказали, что мы можем идти куда хотим, ведь мы больше не рабы.

Слава Господу! Я так благодарен, что они освободили меня. Некоторые из нас были на пароходе в Монтгомери, и они пришли в Мобил и разгрузили пароход. А потом их тоже освободили.

У нас не было чемоданов, поэтому мы сделали узлы. У нас не было дома, и кто-то велел нам спать в сараях. И мы спали там, пока не нашли места, куда пойти. Куджо не горевал – он стал свободным человеком.

Глава VIII

Свобода

Когда нас освободили, понимаешь, мы были так рады. Мы сделали барабан и били в него, как в земле Африки. Люди моей страны пришли с плантации капитана Бернса Мехера из Мэгезин-Пойнт, и мы были вместе.

Мы были рады, что получили свободу, но потом, понимаешь, мы не могли остаться с теми, кто больше нами не владел. Мы не знали, где нам жить. Некоторые из нас женились, у них были жены и дети, понимаешь. Куджо еще не женился. В земле Африки, когда мужчина берет жену, он строит дом, где они живут вместе и где рождаются дети. Мы хотели построить дома для себя, но у нас не было земли. Где нам было строить наши дома?

Мы собрались вместе и говорили. Мы сказали, что нас привезли из-за моря и мы хотим вернуться туда, откуда пришли. Мы трудились в рабстве пять лет и шесть месяцев бесплатно. Теперь мы работаем за деньги и можем сесть на корабль и вернуться в нашу страну. Мы думали, что капитан Мехер и капитан Фостер должны вернуть нас домой. Но мы думали, что можем заработать деньги и сами купить билет. Мы сказали женщинам:

– Мы все хотим вернуться домой. Нам сказали, это стоит много денег, чтобы вернуться на землю Африки. Мы должны много работать и копить деньги. Вы тоже должны помочь. Вы видите красивую одежду, но не должны желать ее.

Женщины сказали нам, что они сделают все, чтобы вернуться в свою страну. И они сказали нам:

– Вы тоже видите красивую одежду, но тоже не должны желать ее.

Мы много работали и старались копить деньги. Но нужно было слишком много денег. И тогда мы решили остаться здесь.

У нас не было правителя. Никто не хотел быть отцом для остальных. У нас не было ни короля, ни вождя, как в Африке. Мы не могли иметь короля, потому что никто среди нас не был рожден королем. Они сказали нам, что в земле Америки нет королей. И тогда мы сделали главой Гумпу. Он был благородного рода в Дагомее. Мы злились на него, потому что король Дагомеи убил нашего короля и продал нас белому человеку. Но Гумпа ничего не сделал против нас.

Так мы объединились, чтобы жить дальше. Но мы сказали:

– Мы больше не в земле Африки, и у нас нет земли.

Мы говорили вместе и решили:

– Они увезли нас с нашей земли и заставили работать на себя пять лет и шесть месяцев. Мы пойдем к капитану Тиму и капитану Джиму, и они дадут нам землю, чтобы мы построили дома для себя.

Они сказали:

– Куджо, ты всегда хорошо говоришь. Скажи белым людям, что говорят африканцы.

Все африканцы много работали. Мы работали на лесопилке и мельнице. Некоторые из нас работали на железной дороге. Женщины тоже работали, чтобы помогать нам. Они работали на белых людей. Они ухаживали за садом, ставили корзину на голову и шли в Мобил продавать овощи. Мы плели корзины, и женщины продавали и их тоже.

Однажды, понимаешь, вскоре после того, как они велели мне поговорить о земле, чтобы мы могли построить наши дома, Куджо пилил лес на лесопилке. Это то место, где сейчас стоит школа. Капитан Тим Мехер пришел и сел на дерево, которое Куджо только что разрубил. Я сказал, что время поговорить о моих людях. Земля была нам очень нужна. Я чуть не плакал. Я перестал работать и смотрел, смотрел на капитана Тима. Он стругал щепки карманным ножом. Услышав, что топор больше не рубит деревья, он посмотрел и увидел, что Куджо стоит перед ним. Он спросил:

– Куджо, почему ты такой грустный?

– Капитан Тим, я горюю о моем доме, – сказал я ему.

– Но у тебя хороший дом, Куджо, – сказал он.

– Капитан Тим, большой ли город Мобил? – сказал Куджо.

– Я не знаю, Куджо, я никогда не был во всех углах.

– Если ты дашь Куджо весь Мобил, всю железную дорогу и все банки, Куджо не хочет этого, потому что это не дом.

Капитан Тим, ты привез нас из нашей страны, где у нас была земля. Ты сделал нас рабами. Теперь нас освободили, но у нас нет страны и нет земли. Почему ты не дал нам часть этой земли, чтобы мы могли построить себе дом?

Капитан вскочил на ноги и закричал:

– Дурак, ты думаешь, я дам тебе собственность? Я хорошо заботился о своих рабах и ничего им не должен! Ты больше мне не принадлежишь, так почему я должен давать тебе мою землю?

Куджо сказал Гумпе собрать всех людей и передал им слова капитана Тима. И они сказали:

– Хорошо, мы купим себе землю.