Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

— Не знаю, — ответил Гарри, — мы только начали разбивать лагерь. Щиты отсутствовали, мы пробыли там меньше пятнадцати минут.

— Где вы находились?

— Думаю, где-то во Франции или Бельгии. В каком-то лесу. Мы планировали аппарировать обратно завтра.

На несколько секунд воцарилась тишина.

— У вас есть еще какая-то информация, чтобы сообщить Ордену? — спросил Кингсли.

Гарри и Рон переглянулись и покачали головами.

На лицах у всех застыло разочарование.

Гермиона глубоко вздохнула и собралась с духом. Возможно, она была слишком пессимистично настроена, но, учитывая ее послужной список в орденских собраниях, девушка не особенно ждала хорошую реакцию на своё заявление.

— Я хочу кое-что сообщить, — тихо сказала она.

38. Флэшбэк 13.

Август 2002.

Все внимательно посмотрели на Гермиону.

Она положила сверток с ножом на стол и быстро произнесла заклинание, чтобы развернуть его.

— Я не считаю, что миссия была бессмысленной. Думаю, я поняла, как уничтожить крестражи после того, как они будут найдены. Я долго изучала свойства гоблинской стали, а именно ее возможность магически поглощать все, что сделает ее сильнее. Я не была точно уверена, как именно работает поглощение: связано ли оно с предварительным наложением заклинания или нет. Но в момент исцеления Джинни я заметила, что некроз продолжал распространяться именно в тех местах, где были небольшие царапины в кости. Это навело меня на одну мысль, и поэтому позже я отыскала нож, которым были вырезаны участки кожи, поражённой проклятием.

Она осторожно подняла нож.

— Этот нож из гоблинской стали теперь в своем лезвии имеет Проклятие некроза. Я подтвердила свой вывод на кухне и теперь смогу продемонстрировать его вам. Когда проклятие удаляли ножом с лица Джинни, его лезвие, должно быть, неосторожно коснулось некроза и поглотило это свойство. Поэтому, когда нож коснулся костей черепа Джинни, он распространил некроз ещё сильнее.

Рон побледнел и выглядел так, словно его сейчас вот-вот стошнит. Гермиона бросила на него извиняющийся взгляд.

— С Джинни все будет в порядке. Никто не мог знать, что подобное произойдёт. Клинок, выкованный гоблином, был более логичным выбором из-за остроты лезвия, чем любой немагический нож, — твердо сказала она ему.

— Но это привело меня к идее, — продолжала она, — о том, как мы сможем уничтожить крестражи. Нам доподлинно известно, что они опасны, потому как даже Дамблдор был смертельно проклят, пытаясь уничтожить один из них. Гарри уничтожил дневник с помощью клыка василиска, но у нас нет доступа к ним без Хогвартса. Однако у нас есть меч Гриффиндора, и я думаю, что именно он поможет уничтожить крестражи.

Все присутствующие в комнате продолжали молча смотреть на Гермиону.

— Меч выкован гоблинами, — заметила она, — и Гарри использовал его, чтобы убить василиска. Это значит, что в нем должен остаться яд, который сможет уничтожить крестражи.

Она огляделась, пытаясь оценить реакцию окружающих. Грюм и Кингсли выглядели задумчивыми. Рон все еще оставался пепельно-серым.

— Это может оказаться правдой, — медленно произнес Ремус, задумчиво потирая подбородок. — То, что ты сказала о свойствах гоблинской стали, безусловно, верно.

— Мы знаем, где находится меч Гриффиндора? — спросил Билл.

— Я думаю, он у Минервы, — сказал Невилл. — Мне кажется, я видел меч, когда недавно помогал ей в Кейтнессе.

— Нужно узнать мнение Северуса о свойствах яда, — сказал Грюм.

Лица Гарри и Чарли заметно помрачнели при упоминании Снейпа.

— Я могу встретиться с ним, — вызвалась Гермиона. — Мне все равно нужно выяснить некоторые детали, касающиеся недавних проклятий.

— Хорошо. Жду твой доклад. На следующей неделе мы снова соберёмся и обсудим ситуацию, — кивнул Грюм.

— Мы должны что-то сделать с этим ножом, — сказал Ремус. — Небезопасно держать его здесь.

Гермиона положила нож на середину стола.

— На нем есть Защитные чары, но я не уверена, надолго ли их хватит.

— Я разберусь с этим, — сказал Грюм, призывая нож к себе. — И пошлю весточку Северусу.

Грюм развернулся и вышел из комнаты.

Когда Гермиона вернулась в палату после ужина, Гарри снова сидел рядом с Джинни. Все показатели ее диагностики были в норме, но Гермиона остановилась, чтобы снова их перепроверить.

— Тебе не следовало этого делать, — сказал Гарри, когда она взмахнула палочкой.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Гермиона, остановившись на середине заклинания, чтобы посмотреть на него. Ее дыхание слегка сбилось, а хватка на палочке дрогнула.

— Использовать травму Джинни таким образом. — Голос Гарри был жестким и напряженным. — Ты произнесла свою речь так, будто все, что с ней случилось, было к лучшему.

Гермиона вздохнула, борясь с желанием закатить глаза.

— Я не имела это в виду, — сказала она. — Ты же знаешь, я ненавижу, когда кто-то страдает.

— Тебе следовало подождать. Мы могли бы обсудить это на следующей встрече, когда Рон немного пришёл бы в себя. И скажи мне, ты утешала его, потому что тебе было не все равно или потому что просто хотела знать, где нож?

Гермиона опустила руку с палочкой и сузила глаза. После последних слов Гарри она почувствовала обиду вместо привычного раздражения.

— Я хотела убедиться, что он не порезался. Я хотела убедиться, что никто больше не найдет нож и не пострадает, — сказала девушка стальным голосом.

Гарри вздохнул и резко взглянул на нее.

— Но именно так ты и рассуждала. Когда Джинни была ранена и ты лечила ее, то думала только о возникновении порезов в ее черепе. «Интересно, пригодится ли позже эта информация для уничтожения крестражей?» Твоя соседка по комнате истекала кровью и все, о чем ты могла думать в тот момент, это то, как можно позже это использовать. Один из твоих лучших друзей рыдал у тебя на руках, потому что ему пришлось разрезать лицо своей младшей сестры, а ты только и думала об этом долбанном ноже.

Гермиона сжала левую руку в кулак так сильно, что почувствовала, как ногти врезаются в ее кожу.

— Я в состоянии думать сразу о нескольких вещах одновременно, Гарри, — ее тон был ледяным, — или ты предпочёл бы, чтобы ваша миссия оказалась совершенно бессмысленной? Чтобы Джинни пострадала просто так?

— Не относись к этому так спокойно, Гермиона.