Новейшая история еврейского народа. Том 3 - Семен Маркович Дубнов

Ту­хачевский и другие генералы Красной Армии, Крестинский и другие дипломаты. Всем им предъявлено было обвинение в левом или пра­вом троцкизме, сочувствии направлению изгнанного из России Троц­кого, во вредительстве и саботаже советского хозяйства, шпионаже в пользу иностранных государств, даже в союзе с Гитлером, в подго­товке покушений на Сталина и верных ему сановников и тому по­добных тяжких преступлениях, из которых правдоподобно только последнее. От всех этих явно инсценированных процессов, где обви­няемые странным образом сознавались в приписанных им преступ­лениях, веяло подвалами инквизиции, ночными допросами и пытка­ми, доводящими людей до безумия. В результате выносится такое впечатление: если все это правда, то выходит, что все творцы боль­шевистской революции и основатели Советской республики, кроме умершего Ленина и живущего Сталина, суть великие злодеи и об­манщики, предатели своего отечества, а следовательно, весь советс­кий режим не годится; если же расстрелянные невинны и пали жерт­вами властолюбия только одного самодержца, то новый режим в Кремле ничем не отличается от режима Ивана Грозного в XVI веке.

В 30-х годах успела уже вымереть большая часть того декласси­рованного еврейского общества, которое раньше истреблялось ог­нем Гражданской войны и мечом Чека. Наступило полное уравне­ние евреев в общем бесправии. Евреи терпят те же материальные ли­шения, как и все граждане: нужду в жилищах, одежде и прочих пред­метах первой необходимости; но духовно они страдают гораздо боль­ше: они вымирают как часть нации. В стране, где фабрикуют челове­ческую душу и нивелируют мысли и нравы под тяжелым прессом диктатуры, растет духовно обезличенное поколение, оторванное от своих исторических корней. В государстве нацистов под этим прес­сом раздавливают еврея физически, отнимая у него кусок хлеба, а в деспотии большевизма коверкают его национальную личность. Вы­растает поколение, которое не знает своего происхождения и много­векового прошлого, лишенное трехтысячелетнего культурного на­следства. Человек, лишившийся памяти, перестает быть индивиду­альностью, становится отдельным звеном, вырванным из цепи жиз­ни; народ, лишенный своего вчера, не имеет и своего завтра. Ев­рейство в Советской России в настоящее время не творит свою исто­рию, ибо у него нет динамики, свободного развития, нет вольного воздуха исторической жизни.

Если нынешний режим продержится еще долго, то следующие поколения не будут иметь никакой национальной связи с мировым еврейством, как Советская Россия не имеет духовной связи с куль­турным человечеством[40]. Два миллиона евреев, совершенно ассими­лированных и «непомнящих родства», потонут в бесформенном кон­гломерате народов «Союза Социалистических Советских республик».

§ 11 На пороге «еврейского государства» в Палестине

Гибель двух европейских центров еврейства усилила в народе-страннике «тоску по Сионе». Арабские погромы 1929 года (выше, § 5), напугали английское правительство, но не умалили энергии и веры евреев. Английское правительство послало в Палестину чрез­вычайную комиссию для исследования причин беспорядков и на ос­новании ее доклада снова пришло к убеждению, что для мандатарной власти выгоднее соблюдать статью мандата об охранении инте­ресов арабского населения, чем статью о поощрении еврейской ко­лонизации, составляющую главную цель Бальфуровской декларации. В этом смысле была составлена «белая книга» министра колоний Пасфильда (1930) и даны соответствующие инструкции новому верхов­ному комиссару Палестины, генералу Вукопу. Последний настаивал на учреждении законодательного совета при палестинском прави­тельстве и предложил евреям и арабам посылать туда своих депута­тов. Но сионистская организация и «Ваад леуми» (национальный комитет) не могли принять это предложение, так как арабское большинство в таком совете могло бы задержать все еврейское строительство в Палестине путем сокращения или полного запре­щения иммиграции, к чему стремился верховный арабский совет с муфтием во главе.

Пока шли споры о законодательном совете, разразилась гер­манская катастрофа 1933 года. Поток еврейских беженцев из царства Гитлера разлился по свету, и значительная часть его устремилась в Палестину. Английское правительство не могло устоять против на­пора эмигрантской волны и допустило многих в страну сверх огра­ниченной нормы. В 1933 г. туда переселилось из Германии, Польши и других стран около 32 000 человек. В следующие годы этот приток еще усилился: в 1934-м — 42 000, а в 1935-м — 61 000 переселенцев. Так как среди них было много капиталистов из Германии, которым разрешался въезд под условием ввоза не менее тысячи фунтов на каж­дую семью, то вскоре наступил в Палестине период «просперити». Инвестированные в сельском хозяйстве, индустрии и домостроитель­стве большие капиталы чрезвычайно оживили страну, быстрый рост населения вызвал расцвет городов (в чисто еврейском городе Тель-Авиве оно дошло почти до 150 тысяч), и все, казалось, предвещало близкое осуществление мечты о создании еврейского большинства в Палестине.

Этому очарованию положил конец весенний удар 1936 года. Расцвет еврейской Палестины колол глаза арабам, хотя они сами пользовались его плодами, и мусульманские фанатики из партии иерусалимского «великого муфтия» решили бороться с нашествием Израиля путем систематического террора. 19 апреля произошло в Яффе нападение арабов на евреев, давшее кровавый результат: 11 убитых и 40 раненых. Полиция и войско действовали без достаточ­ной энергии и не допустили еврейской самообороны из соседнего Тель-Авива, которая могла бы уничтожить погромщиков. Правитель­ство Вукопа ничего не предприняло и против провозглашенной вско­ре арабским верховным советом всеобщей забастовки с отказом от платежа государственных налогов, что означало уже открытое вос­стание против мандатарной власти. Эта непростительная слабость власти ободрила арабских «патриотов». Началась полоса крова­вого террора, длившегося от мая до октября 1936 г. Банды арабов нападали на переполненные еврейскими пассажирами автобусы, курсировавшие между Тель-Авивом и Иерусалимом, стреляли в окна или бросали бомбы, убивая и раня многих людей; погоня за разбойниками не могла их схватить, так как они тотчас разбега­лись и прятались в ущельях гор. Были убийства пешеходов на уеди­ненных дорогах и в арабских районах; в Яффе были убиты две се­стры милосердия, которые часто ухаживали и за больными араба­ми. В течение страшного полугодия от арабского террора пало

около ста евреев и еще больше ранено. Евреи геройски защищались: все вооруженные нападения на колонии были отбиты колонистами, которые днем работали, а по ночам стояли на страже с оружием в руках и отгоняли бандитов. Отогнанные отправлялись в еврейские апельсинные рощи (пардессим) или в леса и выжигали там тысячи деревьев, уничтожая труд колонистов. Английская полиция, в состав которой входили также арабы и евреи, не могла справиться с терро­ристами, так как верховный комиссар упорно отказывался прини­мать против них более крутые меры и ввести военное положение в стране. Только в октябре верховный арабский совет, тайный орга­низатор террористических банд, объявил забастовку законченной, после того как из Лондона прибыл новый командир английскими войсками в Палестине, генерал Диль. На время террор затих, и толь­ко местами проявлялись отдельные его вспышки.

С ноября 1936