Скользящий по линиям жизни - Ладушкин Оладушкин

– Твои возможности? – уточнила Лиала.

Я кивнул и отпил глоток из мгновенно появившейся в моей руке дымящейся чашки.

– Приятный аромат, сделай и мне, пожалуйста, – попросила она и, сделав глоточек, удивлённо спросила, – что это? Так вкусно!

– Это чай с мятой и сахаром.

Богиня с наслаждением сделала ещё несколько глотков.

– Но ведь воин-инкуб повредил твоё физическое тело, – зачем ты позволил это?

Я с печалью посмотрел на богиню и ответил:

– Лиала, мы все играем в игры. Игры бывают разные. Это нас развлекает и чему-то учит. Бой в физическом теле в чужом мире показал мне мои слабости. Теперь я знаю, что править в себе. Без этого боя я бы не научился новому. Допустим, разодрал бы я инкуба мгновенно и чему бы научился? Ответа нет.

Я подумал и добавил:

– Один мой знакомый говорил: – «Живи так, чтобы тебе было весело и интересно. Только это имеет значение лично для тебя. Всё прочее пыль. Остальные цели ситуативные и не важные. Пока тебе весело и интересно, ты живешь правильно. Это и есть смысл существования любого осознанного существа.»

Лиала при этих словах побелела и странно на меня посмотрела. Потом встала напротив и, глядя в мои глаза, спросила:

– Как его звали? Как звали твоего знакомого?

– Я называл его Арол, а в его мире его звали...

– Аэролуми, – почти выкрикнула она.

Я внимательно всматривался в глубину её глаз. В них стояли слёзы.

– Этого не может быть, – медленно проговорила она, потом села передо мной на корточки и положила свои ладони на мои.

– Он учил тебя? – вопросительно прошептала она, и продолжила, не дожидаясь ответа – вот что не давало мне покоя. Вот что с тобой не так. Она вглядывалась в мои глаза, пытаясь прочитать мои мысли, и я позволил ей это. Слёзы хлынули из её глаз, как только она увидела образ Арола в моей памяти. Она не верила до последнего, а теперь сомнения развеялись.

– Учитель, – прошептала она, – я так скучаю по тебе.

Я сжал её ладошки и негромко сказал:

– Это лишь тень прошлого мимолётно коснулась твоего плеча. Иди дальше, не обращая на него внимания.

Она встрепенулась, встала и отошла. Довольно долго стояла на краю пропасти, всматриваясь вдаль, а потом игривым голосом спросила:

– Сжей, ты ведь не окончил обучение?

– Ты права, – согласился я. – Он говорил мне про последнее испытание, время которого ещё не пришло. Я его так и не прошел.

– Он же предупреждал тебя, что это смертельно опасное испытание?

– Конечно, – подтвердил я.

– Сжей, ученик Аэролуми, подойди ко мне, – напыщенно произнесла Лиала, высоко поднимая голову и всматриваясь вдаль.

Я подошёл к краю пропасти и остановился рядом.

Она весело глянула на меня и произнесла:

– Если выживешь, приходи в гости.

В этот же момент нечто тяжёлое и такое знакомое ударило меня под зад, и я полетел в бездну, краем глаза замечая огромный кованый сапог, растворяющийся в воздухе.

Реальность начала исчезать, а вместе с ней растворялся я. Из памяти вырвались слова, подаренные мне учителем, и я поделился ими с Мирозданием:

«Сияние Света заполняет меня леденящим покоем. Я вечен и ничтожно мал, но меняю судьбы миров. Мне ничего не нужно и все безразлично, но мне не всё равно. Зияющая пустота во мне переполнена безупречностью, которой я щедро делюсь с бесконечностью. Я тот, кто определяет будущее всех остальных…»

– Должно быть весело и интересно, – улыбаясь, произнесла богиня, наблюдая за истинным магом, летящим на крыльях намерения в вечность.