Могучая крепость - Дэвид Вебер

сейчас. Стиль письма доктора Люис всегда был чётким и лаконичным, даже элегантным, но её почерк, мягко говоря, можно было бы назвать «паутинным», а близорукость Маклина — «миопия», как назвал это Мерлин Атравес — неуклонно ухудшалась в течение многих лет. Несмотря на лучшие линзы, которые можно было отшлифовать, ему становилось всё труднее и труднее читать даже печатные буквы. До самого недавнего времени так оно и было. Теперь «контактные линзы», которыми Мерлин снабдил Маклина вместе с «коммом», исправили его зрение до чудесной ясности. На самом деле, Маклин подозревал, что оно стало лучше, чем было даже во времена его теперь уже далёкой юности. Конечно, эта юность была достаточно давно, золотое сияние памяти вполне могло сыграть с ним злую шутку, но он знал, что его способность видеть вещи при плохом освещении значительно улучшилась. У него по-прежнему не было такой остроты зрения при слабом освещении, как у Мерлина Атравеса, но всё же он видел намного лучше, чем кто-либо другой.

— Барон Подводной Горы, доктор, — сказал молодой Бовейв, пропуская довольно-таки невысокого, пухлого офицера в небесно-голубой форменной куртке и свободных чёрных брюках Имперского Черисийского Флота в большую, залитую солнцем комнату.

— Альфрид! — Маклин поднялся из-за стола, протянув правую руку, и двое мужчин сжали друг другу предплечья.

Они знали друг друга совсем немного до того, как Мерлин Атравес прибыл в Черис, но за последние три года они стали важными членами небольшого, медленно растущего коллектива советников и новаторов, которых Император Кайлеб собрал вместе. В отличие от Маклина, Подводная Гора всё ещё не знал всей правды о Мерлине. Или, если уж на то пошло, полной правды о конечной природе борьбы Черис не на жизнь, а на смерть против «Группы Четырёх». Ничто из этого не помешало ему внести огромный вклад в выживание Черис.

«И если Биркит сможет наконец привести в чувство остальное Братство, мы добьёмся, чтобы его приняли во внутренний круг. И, чёрт возьми, мы давно должны были это сделать», — сердито подумал Маклин.

— Ражир, — с улыбкой ответил на приветствие сэр Альфрид Хиндрик. — Я рад, что вы смогли вписать меня.

— Я полагаю, что Его Величеству было бы что сказать, если бы я не счёл возможным «вписать вас», несмотря на мой чрезвычайно плотный график, — сухо сказал Маклин, махнув барону, чтобы он сел в кресло перед его столом. — И даже если бы Его Величество этого не сделал, я чертовски хорошо знаю, что Её Величество это сделала бы.

Маклин добавил последнее предложение с лёгким нажимом, и Подводная Гора усмехнулся. Императрица Шарлиен проявила глубокий интерес ко многим проектам барона. Она не только хорошо понимала преимущества и тактические последствия его усилий, но и её подвижный, постоянно работающий ум выработал немало собственных в высшей степени полезных предложений. И в процессе этого между ней и бароном возникла настоящая дружба.

— С другой стороны, — продолжил Маклин, — угроза потенциального имперского недовольства на самом деле не потребовалась, чтобы заставить вас встретиться со мной. — Он пожал плечами. — У меня никогда не хватает времени полностью следить за вашими заметками, Альфрид, но я достаточно хорошо слежу за вами, чтобы знать, что вы и ваши приспешники с острова Хелен снова поднимаете всевозможные волны. Слава Богу.

— Мы стараемся, — признался Подводная Гора. — Хотя я должен признать, что темп, кажется, немного замедлился, когда капитан Атравес покинул Королевство. — Взгляд, который он бросил на Маклина, был более чем немного задумчивым, но штатский привык к случайным проверкам пухлого коммодора, когда дело касалось Мерлина.

— Похоже, он действительно обладает этим… оплодотворяющим эффектом, не так ли? — сказал он в ответ.

— Я и не подозревал, что вы умеете так преуменьшать, — заметил Подводная Гора с тонкой улыбкой.

— Мы, учёные, неизбежно становимся мастерами языка, — сказал Маклин с ответной улыбкой, затем откинулся на спинку своего вращающегося кресла. — Итак, что же сумело вытащить вас из Королевской Гавани?

— На самом деле, главное, что я хочу сделать, что, как мне кажется, я упоминал в своей записке — это провести немного времени с доктором Люис. У меня есть пара вопросов, на которые мне нужно, чтобы она ответила за меня, если сможет. Но я также хотел бы проинформировать вас в общих чертах о том, чего мы достигли на данный момент.

Маклин кивнул. Учитывая тот факт, что стремление Королевского Колледжа к знаниям всегда подходило слишком близко к краю «Запретов Чжо-чжэн», для удобства некоторых священнослужителей казалось хорошей идеей держать его подальше от Короны, когда старый король Кайлеб I первоначально наделил его постоянным материальным обеспечением. К тому времени, когда Маклин стал главой Колледжа, это разделение стало прочной традицией, и, несмотря на его собственное участие в первоначальных инновациях, которые Мерлин Атравес разработал, он не видел причин менять положение вещей.

До тех пор, пока поджигатели не уничтожили изначальный Колледж и чуть не убили самого Маклина в процессе. В этот момент Император Кайлеб — который в то время пока ещё был Королём Кайлебом — решил, что время для такой ерунды прошло. Он перенёс Колледж на территорию Теллесбергского Дворца, возложил ответственность за его безопасность на Королевскую Гвардию и полностью ввёл некоего Ражира Маклина в свой внутренний круг. Одним из внешних признаков этого изменения был тот факт, что Маклин также был официально назначен главой «Имперского Совета по Исследованиям», когда Императрица Шарлиен создала его.

— Ну так проинформируйте меня, — пригласил он сейчас, заложив руки за голову и откинувшись ещё дальше на спинку кресла.

— Ну, — начал Подводная Гора, — во-первых, я наконец-то смог заставить своё Экспериментальное Управление — вы знаете, то, которое я так долго использовал в качестве концепции? — работать. Признаю, это заняло у меня некоторое время, но во многом это было связано с тем, сколько времени потребовалось, чтобы найти подходящего человека, чтобы возглавить его. Хотя, думаю, я наконец-то это сделал. Я не припоминаю — вы когда-нибудь встречались с коммандером Мандрейном?

— Мандрейн? — медленно повторил Маклин, задумчиво нахмурившись. Затем его глаза сузились. — Высокий, худой, молодой парень, с чёрными волосами? Всегда выглядит так, будто его брюки вот-вот загорятся?

— Я не думаю, что я описал бы его именно так. — Губы Подводной Горы дрогнули, хотя он сумел не рассмеяться вслух. — Тем не менее, он немного неугомонный, так что я бы сказал, что вы