Дети Кронарха. Путь Наследника - Артем Буряк

им всегда помогут слараки нашего непревзойденного скульптора плоти Бугостора! — Толпа громогласно взвыла, услышав имя своего кумира. На арену вышел улыбающийся во весь рот и машущий трибунам здоровенный человек с прозрачной кожей, одетый в одни красные просторные штаны и красные кожаные сапоги. Солнечный свет легко проходил сквозь прозрачную кожу, освещая хорошо выделяющиеся мышечные пучки, и, в тоже время, вызывая ультрафиолетовые ожоги. Ки показал мне, что несмотря на это, регенерация громилы работала так интенсивно, что ожоги быстро заживали. Зато теперь понятно почему все ковары боятся солнца. Один только Бугостор напичкал себя таким количеством усилителей, что хвастливо разгуливает перед толпой с голым торсом. Не удивительно, что его здесь любят и уважают. В свою очередь, ковар обожает внимание и почитание.

Как только я услышал его имя, сразу вспомнил огромную венозную тушу. Именно он привел кроксов к стенам Кромена когда-то. Огромный, с непропорционально развитой мускулатурой и вздутыми венами ковар держал в руках цепи. На них он вел шесть ужасных, но очень смирных кроксов, которых тут называют слараками. Их часто используют на арене, а потом чинят в случае чего. Они все в шрамах, зашитых ранах, видно множество швов, говорящих о многократных потерях конечностей. В их руки и ноги вживлены различные колющие предметы, челюсти увеличены так, что рты порваны, а вместо зубов острые металлические шипы и крюки. Сильным рывком Бугостор сорвал цепи с кроксов и ушел прочь с арены, а распорядитель вновь ударил в диск, оповещая трибуны о начале битвы.

На арене оказались восемь растерянных бойцов, включая меня, против шестерых жутких кроксов. Я единственный был одет в грязные шкуры, которые хоть как-то могли защитить от когтей или зубов. Остальные же были почти голыми. Кто-то обмотан старыми тряпками, кто-то в грязной рваной рубахе, а кто и вовсе в набедренной повязке. Каждому выдали одно оружие — большой нож, меч или дубину.

Я тихонько укрепил свое тело с помощью фиры, так что страха перед кроксами особого не испытывал. Трое из вышедших бойцов, похоже, имели опыт в сражениях. Они рассредоточились и начали маневрировать по арене, разделяя и отвлекая часть кроксов, а также изучая противников. У них получилось отвлечь на себя внимание четырех кроксов из шести. Еще трое бойцов, не скрывая ужаса, с воплями бросились в атаку, а один просто остолбенел и был готов упасть в обморок при виде жутких тварей. Но кроксы и не думали вступать в драку — они стояли на месте и лишь уворачивались от неловких выпадов перепуганных людей. Так продолжалось до тех пор, пока Бугостор не рявкнул что-то непонятное, давая сигнал кроксам к атаке. Они тут же ощерились всеми своими шипами и когтями, мерзко зарычали и ловко ринулись на бойцов. Один крокс сразу же побежал на остолбенелого. Длинным прыжком сбил с ног и принялся рвать его тело всем своим арсеналом: острые шипы торчали прямо из его ладоней, а нижняя челюсть принадлежала то ли волку, то ли медведю. Она сильно выступала относительно верхней, отчего ему на голову натянули чугунный вытянутый шлем-маску с острыми зубами. Когда остолбенелый почувствовал боль, он ненадолго пришел в сознание и истошно завизжал. Крокс даже отпрянул от кричащего человека, но через секунду снес ему голову острым лезвием, торчащим из предплечья. Трое атакующих вступили в схватку и принялись еще активнее махать своими ножами и ржавыми мечами перед мордами кроксов. Более опытная тройка быстро смекнула, что перепуганные нападающие долго не протянут, и надо как-то использовать их активность. В результате они начали создавать кольцо вокруг группы кроксов. И я поспешил к ним присоединиться. Кроксы уж точно не раз принимали участие в таких битвах и очень ловко пользовались своим оружием. Они не знали страха, их движения были очень точными и сильными. Как только я подбежал к кроксам на расстояние нескольких шагов, двое атакующих напали на первого крокса и принялись бить его ржавыми клинками. Тот мерзко завизжал и, пораненный, отпрыгнул назад. Меч одного из бойцов остался в груди крокса. Тот забился на земле, поднимая столб пыли, в то время как остальные трое набросились на ставшего безоружным человека. Не прошло и пары секунд, как они растащили его на несколько частей. Минус два… Я решил, что пора действовать и, разогнавшись как можно сильнее, резким ударом отрубил голову одному из двух кроксов, которые не были в окружении и хотели напасть на нас с тыла. Гро не зря учил меня использовать фиру для укрепления мускулатуры — удар вышел что надо! Но нужно использовать эти способности очень осторожно, дабы не вызвать подозрений. Трибуны удивленно загомонили, но меня ждал неприятный сюрприз: мой гладий был настолько плох, что рассыпался в труху после столь сильного удара. Остальные враги увидели, что я безоружен, и один крокс ринулся на меня, пока остальные рвали вооруженных людей. И когда я обратил на это внимание, еще один человек уже лишился ноги и скоро лишится жизни. Я так сосредоточился перед встречей с очередным противником, что активировал состояние хин. Время стало течь для меня несколько медленнее, а быстрейшие движения боевого крокса перестали быть такими опасными. Увернувшись от нескольких его бросков, я поймал его лапу с торчащим длинным шипом между пальцами и пронзил этим шипом его череп через подбородок. Кости этих тварей такие прочные, что я с большим трудом смог это сделать. Осталось три крокса и четыре человека мне в помощь. Тщетные попытки ранить чудовищ, а также гибель нескольких союзников погасили боевой дух людей. Но кроксы почуяли опасность в моем лице и уже не так открыто нападали. Похоже, что они решили сперва уничтожить остальных, а потом расправиться со мной, отчего принялись теснили людей к шипастым краям арены. Один из бойцов не заметил шипастой стены и угодил плечом на кривой черный крюк, вскрикнул, потерял сосредоточенность, после чего молниеносно погиб от лап крокса. Трое оставшихся бойцов в отчаянном рывке напали на одного из кроксов, и им удалось несколько раз проткнуть его грудь и брюхо насквозь. Крокс взвыл и, обезумев от боли, рванул в сторону, после чего тоже напоролся на полуметровый железный шип, торчащий из стены. Заорав еще громче, он принялся извиваться и вертеться на этом шипе, будучи не в силах с него слезть. Это отвлекло остальных кроксов, и я использовал получившуюся заминку. Одним прыжком настиг двух кроксов и повалил их на песок арены. Это оказалось весьма непросто сделать не поранившись, но мне удалось. Выжившие тут же подоспели ко мне