Год первый - Нора Робертс

Холодный взгляд серых глаз остановился на лице Роува.

– Поверь, если ты посмеешь достать пистолет и станешь кому-то угрожать, я сумею тебя остановить. Как остановлю любого, кто попробует причинить вред, будь то человек или одаренный. Ты оскорбил мою жену, которая от чистого сердца испекла хлеб для всей общины. Но это было проявлением неблагодарности, а не преступлением. Попытайся обнажить оружие – и быстро поймешь разницу.

– Это все дерьмо на палочке! – снова выкрикнул Лу Мерсер. – И вы спустите ему угрозы применить свою магию-шмагию против одного из нас?

– А по-твоему, лучше спустить Курту угрозы оружием?

– Мой пистолет находится в кобуре, – огрызнулся Роув на вступившего в спор Мэннинга.

– Вот и пусть остается там. Прояви благоразумие, заткнись и сядь уже на место!

– Дерьмо это все! – Лу не желал успокаиваться и принялся размахивать руками. – Навыдумывали дурацких законов и хотят навязать нам каких-то недоделанных копов? И все потому, что явились в город раньше нас? Хрень полная! Голосования никто не отменял. Это все еще гребаная Америка! Мы не должны покорно выполнять указания! Мы имеем право голоса!

– Хотя бы прочитайте предложенные законы, прежде…

– Заткнись! – крикнул Лу Ллойду. – У тебя здесь прав не больше, чем у меня. А я говорю: давайте проголосуем за ту кучу дерьма, которую нам подсовывает кучка горлопанов, диктующих, как следует жить.

– Ладно, Лу, давай проголосуем. Будем поднимать руки, – предложил Ллойд. – Пожалуйста, кто хочет, чтобы в Нью-Хоуп отсутствовала избранная власть, законодательство и органы правопорядка, которые будут следить, чтобы все преступления имели последствия, поднимите руку.

Он обвел взглядом зал, довольно неплохо представляя, кто проголосует против приятия законов, и удовлетворенно отметил, что по-прежнему хорошо разбирается в людях.

– Я насчитал четырнадцать. Арлис?

– Тоже четырнадцать.

– Да фигня это… – начал было Лу, но Ллойд оборвал его.

– Ты сам просил о голосовании. Так что не мешай проводить процедуру. Теперь прошу поднять руки тех, кто выступает за введение законов, избранной власти и органов правопорядка, которые будут следить, чтобы все преступления имели последствия. – Адвокат бегло осмотрел ряды и кивнул. – Очевидно, что за законы выступают более двух сотен человек, которые составляют необходимое большинство. Решение принято. Фред, Эдди, пожалуйста, раздайте копии с текстом предложенных изменений.

Когда помощники Ллойда пошли по рядам, раздавая листы с отпечатанными законами, Роув протиснулся вперед, выхватил стопку бумаг из рук Эдди, скомкал ее и отбросил.

– Чувак, не будь придурком, а?

Роув зарычал, отвел кулак, замахиваясь, и нанес удар Эдди по лицу, но словно наткнулся на невидимую преграду. В глазах скандалиста вспыхнуло удивление, которое тут же сменилось отвращением.

– Так и знал, что ты один из них.

– Если ты имеешь в виду, один из Уникумов, то ошибаешься, – холодно сообщила Лана, поднимаясь на ноги. – Эдди – один из нас, но совсем в другом смысле. Это я удержала твой кулак, – продолжила она, спускаясь в зал и подходя к Роуву. – Потому что не позволю угрожать и наносить физические увечья другу.

– Лана, да я б и, это, сам справился с этим псом подзаборным.

– Знаю. – Она похлопала Эдди по плечу. – Но у тебя есть поручение. Нужно раздать людям новые законы. – Парень неохотно двинулся дальше. Роув опустил занесенный кулак и выпрямился. – Что, меня избить желания нет? – Не глядя на Макса, который уже вскочил из-за стола, Лана остановила его взмахом руки. – Или смелости хватает только на оскорбления и нетерпимость?

В глазах противника светилась ненависть. Но за ней скрывалось и унижение, и желание навредить сопернице. И страх.

Пока Роув стоял в нерешительности, стиснув кулаки по бокам, к нему начали стягиваться приспешники. Однако за спиной Ланы тоже выросло несколько человек.

– Отправляйся домой, Курт, – посоветовал Мэннинг, мягко оттесняя девушку назад. – Отправляйся домой и поостынь.

Роув развернулся и зашагал в сторону выхода. Девять человек из четырнадцати проголосовавших против принятия законов последовали за предводителем.

– А ты отважная, – с уважением сказал Мэннинг Лане.

– Пришлось стать такой.

Следующая неделя превратилась в две, потом май плавно перетек в июнь. Нью-Хоуп расцветал и разрастался. Теплица была почти готова, как и коптильня, и зона для пикников в парке.

Еще дважды в город приходили группы переселенцев, община пополнилась на восемь человек.

Восстановив энергоснабжение, Чак объединил свои волшебные хакерские навыки с техномагией Макса, чтобы снова подключиться к Интернету. Это была лишь медленная и ненадежная связь через телефонную линию с несколькими основными опорными ячейками, но она давала надежду получить новости из внешнего мира.

Многие из тех, кто не знал о судьбе родных и близких, ежедневно приходили в библиотеку к общему компьютеру, чтобы отправить электронные письма и проверить почту в ожидании ответа.

Несмотря на то что ни одно сообщение пока не дошло до адресата, надежда жила.

Все попытки Чака связаться хоть с кем-то из внешнего мира тоже терпели поражение. Хотя Арлис больше не удавалось находить новости в Интернете, она радовалась уже самой возможности печатать «Вестник Нью-Хоуп» не на старом дребезжащем «Ундервуде».

Макс тоже вернулся к писательской деятельности.

Джонас без лишнего шума переехал к Рейчел.

В огородах все росло и цвело, и даже если этому способствовала магия, никто не возражал.

– Кажется, мы наконец достигли равновесия, – произнесла Лана.

Она сидела на крыльце и наслаждалась теплом солнца, прохладой чая и вкусом печенья, которое приготовила из своей доли продуктов.

Арлис расположилась рядом на стуле веселой ярко-красной расцветки.

В последнее время девушки сдружились и часто проводили свободное время за беседой.

– Похоже на идиллию, – продолжила свою мысль Лана. – И это слова горожанки до мозга костей. Мы собрали отличный урожай вишен и винограда…

– Только не говори, что ты снова думаешь о сухих дрожжах, – со смехом поддразнила Арлис.

– О дрожжах. А еще о вареньях, джемах и желе. Начинают созревать помидоры, некоторые из овощей, зелень тоже выглядит многообещающе. Билл уже принес к нам в столовую два ящика банок и крышек для заготовок. Я смотрю, как подрастает кукуруза. И поверь, для человека, прожившего всю жизнь в Нью-Йорке, это зрелище похоже на чудо. Рейчел уверяет, что ребенок развивается отлично и весит уже больше фунта. Клянусь, по ощущениям – намного тяжелее. Хотя, когда я вспоминаю объем фунта сахара, вижу некоторое соответствие. – Она удовлетворенно вздохнула и погладила себя по выпирающему животу. – Раз уж речь зашла о дрожжах, я уже сделала немного и засушила. А благодаря Чаку не нужно переписывать рецепты для всех желающих, пока не отвалится рука. Отдельный плюс, что Роув, Мерсеры и та истеричная Шэрон Бимер с самого городского собрания не подают голоса.