Колдун со Змеева моря - Анна Гурова

– Да не сделаю я ему ничего! – выкрикнула Славуша.

Затем упала на лавку и разрыдалась.

* * *

Проснувшись утром, нойда обнаружил, что в избе их теперь трое.

– Арнгрим вернулся сегодня ночью, – сказала Славуша. – Он больше никуда не уйдет. Морская ведьма отпустила его.

Она хлопотала над мужем, укутывая его, пытаясь поить горячим. Арнгрим пребывал в беспамятстве и выглядел как человек, повисший между жизнью и смертью. Нойда осмотрел его и заявил, что для того, кто столько времени провел под водой, и это неплохо. Он чувствовал досаду, облегчение и стыд одновременно. Хвала богам, сайво уберегли его. Но он-то хорош – утопленника проспал!

– Если будет на то воля богов, Арнгрим выживет, – сказал саами. – Будем надеяться, что ты права, и он освободился. Ну а что ты пообещала ей взамен?

– Пойти с ним, куда она скажет.

«Ну конечно», – подумал нойда.

Однако оставался еще один вопрос. Зачем морской ведьме Славуша?

* * *

Убедившись, что нурман вне опасности, нойда опять собрался на берег залива. Вместо парки и шапки, утопленных накануне, Славуша отдала ему одежду Арнгрима, висевшую на лопаре, как на пугале. Теперь она шля рядом, поддерживая его под руку и про себя недоумевая, куда понесло неугомонного шамана. Ему бы отлежаться после вчерашнего! Шатается, взгляд мутный. И белых волос добавилось – косицы, свисавшие вдоль лица, будто снегом присыпало.

– Да ты стал совсем седой! – не выдержала она.

– А я-то и не заметил, – язвительно прохрипел нойда.

Он едва стоял на ногах и злился на свою слабость. Сам понимал, что надо бы прийти в себя, набраться сил. Но отдохнуть ему морская нечисть не позволит. Нынче после заката его наверняка ждет новая битва – куда похуже прежней…

– Не веришь? – по своему истолковала его слова девушка. – А вон косичка твоя побелела…

– Да знаю я. Нойды часто седеют молодыми. Догадайся, почему?

– Но тогда зачем ты стал шаманом?

– Думаешь, у меня был выбор? Духи однажды просто приходят и говорят: «Ты»!

– А отказаться нельзя?

– Можно. Но духи будут мстить. Если они выбрали тебя – смертному сложно противиться.

– И что будет?

– Заболеешь, ума лишишься, умрешь…

Славуша задумалась.

– Но что же делать? – протянула она. – А освободиться никак нельзя?

Нойда пожал плечами.

– Можно вступить в бой. А там уж – кто осилит…

Ответил и вдруг подумал: «Она ведь не просто так спрашивает».

– Знаешь, я видела ночью ту морскую ведьму, – словно отвечая на его мысли, сказала Славуша. – Она подплывала к берегу и смотрела на меня. А могла бы и в море утянуть.

– Хотела бы, давно бы утянула, – проворчал нойда. – Потопить человека много ума не надо. Ты и сама знаешь – ей нужно твое согласие. Чтобы ты сама с радостью к ней пришла.

– Как Арнгрим?

– Угу.

– Так и думала, – кивнула Славуша. – Но кто она такая? У нас рассказывают о водяницах…

– Поверь, я много лет пытаюсь найти ответ на этот вопрос.

Славуша искоса взглянула на него.

– Нынче ночью муж назвал ее имя.

Нойда резко повернулся.

– Какое?!

– Седда Синеокая. Уж так ее красу расписывал! Что-то я не заметила у той ведьмы ни красоты, ни синих очей…

Несколько мгновений саами стоял на месте, так глубоко погрузившись в свои мысли, что девушке пришлось окликнуть его. Потом поднял голову и сказал:

– Мне знакомо это имя. Среди многих страшных сказок, которые я слышал в детстве, на берегу Змеева моря, была и сказка о Седде, женщине-скелете. Жила-была шаманка, которая потеряла своего мужа среди полночных снегов. Она поклялась всем богам тьмы, что не умрет, пока не отыщет его. И боги услышали ее клятву. С тех пор она блуждает по трем мирам в поисках мужа. Тело ее давно истлело, но великая клятва гонит ее дальше и дальше. Очень плохая примета – встретить в безлюдных сопках женщину-скелет…

– Может, это она и есть? – тихо спросила Славуша.

Нойда пожал плечами. Сказка о шаманке Седде, всплывшая в памяти, болезненно отозвалась в его душе. Разве сам он много лет назад не принес почти такую же клятву богам? Мурашки пробежали по коже саами, словно он заглянул прямо в глаза своей смерти…

«Все это ничего не значит, – подумал он. – Просто еще одно ложное имя среди прочих. Неспящая, Черная Акка, Седда… Кроме того, Арнгриму могли приказать нарочно назвать это имя – чтобы сбить меня со следа. Кинуть врагу именно то, за что тот радостно ухватится…»

Они побрели дальше вдоль берега. Славуша, подняв голову, разглядывала вздымающиеся стены утесов.

«Мы ведь можем в любой миг просто уйти отсюда, – размышлял нойда. – Вон тропинка ведет в гору… Кто помешает? И кстати, почему девица сама это не предложила? Или она хочет остаться здесь жить навечно?»

– Погляди туда, – заговорила вдруг Славуша. – Видишь те узоры на скалах? Знаешь, кто их высек в камне?

– Нет, – удивленно отозвался нойда.

– А я знаю!

– И кто же?

– Народ чудь!

– Ох, Славуша. Чудь живет лишь в сказках. Словене называют чудью карелов, карелы – лопарей, а лопари рассказывают о малом народце, ушедшем под землю…

– Так это правда! Чудь ушла под землю, спасаясь от моря и наступающих льдов. Погляди, видишь отпечатки рыб, ракушек и древних чудовищ? Здесь когда-то было теплое море. Потом тут ползал лед…

– Ползал лед?!

– Да. Целые ледяные горы приходили с полуночи. Проходили несчетные зимы, и они уползали обратно. Много позднее здесь жили разные народы… Вот это, – она указала на узоры, – осталось от последнего…

Нойда слушал ее, бесконечно изумленный. Ему вдруг вспомнились рассказы великого сейда Куммы о ледяной реке, что принесла его с далекого севера и растаяла…

– Откуда ты все это знаешь?

Славуша задумалась.

– Не помню… Может, приснилось? Да, верно, приснилось! Как раз перед твоим приходом мне снился сон, как остатки последней чуди уходят в пещеры под огромными ледяными горами! Знаешь, мне иногда снятся удивительные сны. Мне снится, что я живу тысячи лет…

– О Луот, – прошептал нойда.

«Так вот оно что!» – подумал он, чувствуя, как волосы шевелятся у него на затылке.

А Славуша задумчиво говорила, глядя вдаль невидящим взглядом:

– Когда мы только пришли с Арнгримом в эту заветерь и поселились здесь, мне иногда казалось, что я схожу с ума. Наверно, от одиночества… Мне снились жуткие сны! Чудовища выходили из моря и говорили со мной, и я умирала от страха…