Зажмурься и прыгай - Юлия Стешенко

Ему было стыдно.

Вот почему Лесь никогда не приглашал их в гости. Вот почему всегда назначал встречи где-нибудь в городе, отказываясь от предложений Збышека подъехать к дому. Вот почему врал, рассказывая о самой обычной простуде, до тех пор, пока Яська не услышала в трубке этот жуткий лающий кашель.

— Так. Стоп, — Збышек положил руку Яське на плечо, аккуратно отодвигая ее в сторону. — Хватит. Он понял, он так больше не будет. Мы тоже.

Чего именно они не будут, Збышек уточнять не стал. Да он и сам, в общем, не знал. Просто симметрично закруглил конфликт, чтобы никому не было обидно. Точнее, чтобы всем было обидно в равной мере.

— Яська, доставай свои склянки. Ты же какие-то травки заваривала, правильно? Ну давай, распаковывай. Лесь, ты когда последний раз ел?

— Я не хочу, — Лесь все еще смотрел исподлобья, но воинственный пыл уже угасал.

И то верно — чего теперь-то беситься? Все секреты выплыли наружу, все скелеты выпали из шкафов. Теперь нужно сгрести кости в кучку, выбросить их собакам и как-то жить дальше.

— Понятно, что не хочешь. Когда меня температура долбит, я тоже не хочу. Но надо, — Збышек вытащил из сумки банку ветчины, печенье, пакет с фруктами, шоколадку, гроздь бананов и йогурт. — Мы тут привезли кое-чего. Подумали, что тебе сейчас не до готовки, а отец… наверное, слишком занят, — на мягких лапах обошел тему Збышек. — Что будешь? Выбирай. Я сейчас чайник поставлю.

Он отвернулся, позволяя Лесю рассмотреть продукты. Пусть выберет что-нибудь сам. А если не захочет — всегда можно спустить на поганца Яську.

Кран, под который Збышек подставил чайник, остался сух и безмолвен.

— Труба сдохла, — хрипло отозвался Лесь. — Нужно чинить, но я сейчас… В общем, мы просто перекрыли воду. Во дворе старый колодец есть…

— Я понял.

Збышек зачерпнул из ведра, включил плиту и опустил чайник на алые зигзаги спирали. За спиной уже звенела баночками Яська, отмеряя столовую ложку того и полстакана этого.

— Снимай футболку и садись на стул, — потребовала она, и Збышек заинтригованно обернулся. Как лечат ведьмы, он никогда не видел, и пропускать такое представление не собирался.

Но зрелище оказалось удивительно скучным. Яська просто трогала Леся руками, прижимая ладони то к спине, то к груди, и тяжело, сосредоточенно молчала. Ни заклинаний, ни молний-искр, как у целителей. Просто прикосновения и молчание. Лесь застыл под этими прикосновениями, закрыв глаза, и, кажется, даже не дышал. По губам у него бродила странная тихая полуулыбка, так не вяжущаяся с вечной скептической гримасой. Яська подняла руки, зарылась ими в лохматые, давно не мытые волосы — то ли головную боль лечила, то ли еще что-то в таком роде, и Лесь отчетливо дернул головой, потянулся навстречу прикосновению…

Збышек отвернулся. Ничего интересного явно не покажут, а подглядывать за таким вот… это неправильно. Сняв с плиты закипевший чайник, он разлил воду по чашкам и обернулся в поисках заварки. Не обнаружив ничего подходящего, выудил из пакета лимон, отрезал по дольке. Не чай, конечно, но и не пустой кипяток.

— Готово. Решил, что есть будешь?

— Ничего. Меня от всего тошнит, — скривился Лесь.

— Понял. Тогда сделаем так, — очистив банан, Збышек мелко нарубил его ножом, смел с доски в йогурт и сыпанул туда сахара. — Вот, держи. Легкое, кислое, куча калорий. Ешь.

Лесь поморщился, но под пристальным взглядом Яськи нехотя заработал ложкой. Чтобы создать иллюзию совместного чаепития, Збышек кивнул Яське на свободный стул и распечатал печенье. Столешница оказалась липкой на ощупь, в каких-то подозрительных пятнах, к тому же отчетливо пованивала тухлой рыбой. Кажется, на ней кого-то разделывали, но не помыли нормально, и теперь запах впитался в доски.

Ну да. Воды же нет. А к колодцу, наверное, папаше бегать недосуг.

Так вот почему от Леся несет, как от бомжа!

Збышек едва не подавился чаем. Ну конечно! Воды нет, под душем выкупаться нельзя, а натаскать с улицы, нагреть, потом набрать в ванну — на такой подвиг не всякий здоровый решится.

Збышек, отодвинув чашку, встал.

— Где у вас колодец?

— Там, за домом, — вяло мотнул головой Лесь. — А что? Воды уже не осталось?

— Мало совсем. Я еще принесу, — Збышек, прихватив пару ведер, решительно вышел за дверь.

Когда он вернулся, Лесь домучил порцию йогурта и уныло прихлебывал чай. Яська заботливо подсовывала ему дольки шоколадки, и Лесь обреченно клал их в рот с таким видом, словно живых лягушек глотает. Збышек водрузил полные ведра на лавку и посмотрел на часы.

— Когда твой отец возвращается?

— К шести. А что? — вяло заинтересовался Лесь.

— Да так. Просто спросил, — Збышек подхватил следующие два ведра.

Нужно натаскать побольше воды, пока Яська запихивает в Леся еду. Потом отвезти ее домой, заскочить в аптеку за травками, забросить все это сено Яське и обратно приехать. В запасе больше трех часов — с головой хватит воды нагреть и Леся в ванную загнать. Пусть вымоется наконец-то нормально.

И нужно, наверное, какую-то легенду убедительную придумать. Насчет планов на вечер. Яська наблюдательная, запросто может срисовать, что Збышек хочет вернуться. А если срисует — точно увяжется следом. И Лесь помрет от разрыва самолюбия. А это похуже, чем пневмония.

Глава 37 Лесь. Нет ничего хуже

С одной стороны, чаепитие в саду было совершенной дурью. Ну есть же нормальный стол, рядом посуда, рядом плита — садись да пей свой гребаный чай с полным комфортом. С другой… ну… это было чаепитие в саду! Как в долбаном, блядь, кино! Стол, на столе скатерть, на скатерти посуда, в посуде всякие вкусности. Но для этого нужно вынести в сад чертов стол. Постелить на него скатерть, поставить кувшин с водой — в который Яська засунет оборванные с клумбы цветы. Расставить чашки, принести заварник и кипяток.

Как будто не все равно, где чай пить. Как будто это на самом деле важно.

Лесь опустил стул и покачал, проверяя, не попал ли на скрытую под травой ямку. Яська уже расставила на столе чашки и розетки с вареньем, а Збышек осторожно спускался по ступеням. Тарелку с лепешками он держал на отлете, чтобы не испачкать футболку, и ветер тянул по саду сытный масляный дух.

Чаепитие под яблоней. Ну надо же!

Самому Лесю это и в голову не пришло бы. Он мог починить кран, отремонтировать телевизор, оштукатурить гребаную стену. Расчистить гребаный сад от гребаных веток. Но вынести на улицу стол, накрыть его к