Карта неба - Феликс Х. Пальма

— Дело в том, что мое путешествие оказалось достаточно непростым, — объяснил Посланник. — При входе в земную атмосферу вышел из строя один из двигателей корабля, и мне пришлось совершить вынужденную посадку в Антарктиде. Там я попытался проникнуть на некое судно, чтобы на нем добраться до цивилизации, однако проклятый землянин по имени Рейнольдс разрушил мои планы, и я оказался вмерзшим в лед. Потому-то вы и перестали слышать мой сигнал.

— Да, последнее, что мы услышали, был ваш крик о помощи, — напомнил священник, в глубине души потрясенный известием о том, что какой-то землянин сумел вывести из строя, по крайней мере на несколько десятилетий, самого Посланника.

— То был крик ярости, святой отец, — угрюмо поправил гость. — Некий Рейнольдс пытался договориться со мной… Самонадеянный землянин. Он не знал, что требуется еще несколько тысячелетий, чтобы он мог понять наши мысли. Разве они беседуют со своими тараканами перед тем, как раздавить их? Конечно нет! — внезапно выкрикнул Посланник и ударил кулаком по столу. Затем громко фыркнул и успокоился. — Но забудем об этом прискорбном инциденте. Нашлись другие люди, которые спасли меня и привезли сюда вместе с моим летательным аппаратом. Поэтому мне удалось вернуть вот это.

Он вынул из кармана небольшой цилиндр цвета слоновой кости, положил на стол и мысленно слегка погладил его. Исписанная символами крышка откинулась, открыв взору нечто похожее на маленькие самоцветы голубовато-зеленого цвета.

— Это то, что приводит в действие боевые машины?

Посланник с театральной торжественностью кивнул.

— Стало быть, скоро небеса обрушатся на их головы, — пробормотал священник с оттенком горечи.

— Именно так и случится, святой отец, именно так.

Они взглянули друг на друга, словно два загадочных сфинкса, и в помещении воцарилось неловкое молчание.

— Мне вот что любопытно, святой отец, — наконец произнес Посланник, в котором покорность священника разбудила желание продолжить разговор. — Земляне догадываются о существовании жизни во Вселенной или же это одна из рас, ослепленных собственной мегаломанией?

Священник горько усмехнулся, прежде чем ответить.

— Этот вопрос меня по-настоящему интересовал, учитывая нашу ситуацию. И могу сказать вам, что человек подозревает о существовании других обитаемых с древнейших времен планет, хотя стремление исследовать космос появилось у него, в общем-то, недавно. Еще несколько веков назад люди лишь мечтали об этом, но теперь, с развитием техники, они начинают лелеять эту мечту уже как возможность, что находит отражение в многочисленных книгах о межпланетных путешествиях разных авторов, которые, как вы понимаете, я не мог не прочесть. — Он встал, подошел к полке, заполненной книгами, которые Посланник принял за требники, отобрал несколько экземпляров и разложил их на столе. — Вот одна из первых книг, где повествуется о космических устремлениях человека. Это история создания гигантской пушки — она выстреливает снаряд, внутри которого находятся люди, в сторону Луны.

Посланник взял в руки протянутую ему книгу и без особого интереса осмотрел ее.

— «С Земли на Луну», Жюль Верн, — прочел он.

Священник кивнул и указал на другие книги:

— Как вы можете убедиться, я хочу быть в курсе дела относительно планов землян, и в первую очередь стараюсь понять, какими они видят и воображают нас. Многие из этих романов вас немало бы повеселили, ручаюсь.

— Не сомневаюсь в этом, — со скептическим видом ответил Посланник.

— И возможно, вам будет любопытно узнать, что наше вторжение не застигнет их врасплох, — улыбнулся священник. Затем помолчал, пожевал губами и продолжил: — Да, не исключено, что о нем уже известно. Да-да, похоже, они уже знают об этом.

— Вот как? А почему вы так считаете?

— Возможность вторжения ныне учитывают многие люди благодаря человеку, чье имя должно вам быть знакомо, — сказал священник и протянул гостю еще одну книгу из стопки.

— «Война миров», Герберт Джордж Уэллс, — прочитал Посланник, не понимая, что имеет в виду его собеседник.

— Не узнаете книгу? Ее написал человек, чей облик вы приняли! — объяснил тот.

— Я автор этой книги?

— Автор — человек, в которого вы воплотились, — не замедлил уточнить священник. — Герберт Джордж Уэллс. Очень известный и уважаемый в Англии писатель. Разве в его мозгу не содержится эта информация?

— Должен признаться, мозг этого землянина представляет собой для меня большое… м-м-м… беспокойство, — с некоторым смущением сознался Посланник. — Это нечто достаточно странное, я не сталкивался с подобным во время предыдущих перевоплощений. По правде говоря, я стараюсь не слишком углубляться в его воспоминания, к тому же они не очень меня интересуют, — надменно добавил он.

— Это действительно странно… Хотя я знаю случаи, когда братья оказывались несовместимыми с телом, в которое вселились, и даже были вынуждены поменять свое пристанище, — успокоил гостя священник. — В таком случае вы, конечно, не знаете, что вселились в тело первого землянина, осмелившегося перевернуть укоренившееся общее мнение.

— Что вы хотите сказать?

— Что в его романе, в отличие от книг большинства его коллег-писателей, не земляне прилетают как захватчики в другие миры, непременно населенные примитивными существами, не способными соревноваться с ними в техническом смысле. Нет, в «Войне миров» именно Земля переживает нашествие марсиан, обитателей соседней планеты.

— Марса? — засмеялся Посланник. — Но Марс необитаем.

— Но они этого не знают… пока, — ответил священник. — Их примитивные телескопы обнаружили недавно на его поверхности непонятные полосы, которые назвали каналами. Некоторые астрономы полагают, что марсиане — это вымирающий народ, и он использует каналы для транспортировки воды с полюсов в пустыни экватора.

— Разве они не знают, что средняя температура на этой планете слишком низка и вода там не может не замерзнуть? — поразился Посланник.

Священник только пожал плечами. Его гость покачал головой, то ли от удивления, то ли разочарованно, и принялся листать книгу, которую держал в руках наподобие веера. Спустя несколько секунд он спросил:

— И какими же нас описывает этот Уэллс? Он хоть немного приблизился к пониманию нашей природы?

— Нет, разумеется… — ответил священник и с некоторым смущением добавил: — Он описывает нас как уродливых чудовищ, похожих на одно морское животное, что водится на Земле…

— Но они могут увидеть нас такими, каковы мы в действительности, как вы считаете?

— Сильно сомневаюсь в этом, господин. Боюсь, что наш облик для них непостижим. Мы не животные, не растения, не минералы и даже не сочетание всего этого: нет, мы для них нечто новое… Просто-напросто мы находимся вне параметров их понимания.

— И все-таки каким-то образом они должны нас воспринимать? Ведь мы занимаем некое пространство, производим звуки, имеем запах… — рассуждал Посланник.