Дело Черного Мага - Кирилл Клеванский

После этого Петр достал на свет небольшой значок. Такие носят всякие “анонимы”. Ну там “анонимные алкоголики, игроманы, сексоголики… психованные-маньяки-работающие-убийцами-преступных-организаций”.

На значке красовалась цифра “12”.

- Двенадцать лет без насилия? - с легкой надеждой поинтересовался Дум.

- Недель, мистер Думский. Вот уже двенадцать недель, как я борюсь со своим внутренним зверем, - Петр убрал значок обратно, а Алекс грязно выругался. Мысленно, конечно. Надо ведь было держать марку. - И, как вы выразились и сами - во всем есть свои плюсы. Таковы нашли и мои работодатели в вашей таинственной, но очень… продуктивной смене амплуа.

Дум так и не затянулся.

- Что вы имеете ввиду? - насторожился Алекс.

- О, - Петр впервые, на памяти Дума, улыбнулся. - я думаю, вы все прекрасно понимаете.

Алекс обернулся и, выдыхая облачка дыма, посмотрел на студентов. Те все так же мирно дрыхли в пьяном сне, сдобренном легкими черномагическими проклятьями.

Да, так будет проще всем.

Алекс избавиться от долга Синдикату. Студенты не пострадают в финале. Мисс Периот, опять же, будет держаться подальше от него.

Да, будет лучше.

Наверное…

- Вижу сомнения на вашем лице, мистер Думский, - Петр, показывая, что разговор, в целом, окончен, поднялся и направился за пальто. - дальнейшие инструкции вы получите письмом. И, пожалуйста, ради вашего спокойствия и моего значка - не забывайте, чем именно вы обязаны Синдикату, и кто именно спас вашу жизнь. Так что, надеюсь, что это была наша с вами последняя встреча… профессор.

И Петр удалился, оставив Алекса наедине со своими воспоминаниями.

***

Это случилось на вторую неделю пребывания Алекса в подземной тюрьме на уровне “экстра-класса”. Вообще, учитывая его уровень силы - Мистика 12го уровня, его не должны были поместить в этот “живой ад”. Так заключенные называли последний уровень подземки.

Но, видимо, кто-то наверху очень расстарался, чтобы упечь еще даже несовершеннолетнего парнишку так глубоко, как только можно.

Первая неделя прошла вполне мирно. Если так можно назвать пребывание в цементном мешке, без окон и с дверью, которая занимала по ширине дверного проема всю стену.

С одной стороны - жестяной унитаз, почти вплотную прилегающий к другой стене, а над ним вырезанная в стене узкая шконка, на которой боком то не все поместятся.

Так выглядела карантинная зона в “живом аду”, куда на неделю запирали всех новеньких.

А после этого следовало “крещение”.

А именно - поход в общий душ.

В нем, в данный момент, и стоял Алекс. Вооруженный стащенной, по дороге, у проверяющего камер охранника заточкой из зубной щетки, абсолютно голый, прижавшись спиной к стене, он смотрел на десяток стоявших перед ним худых и мускулистых, высоких и низких, зэков.

- Свежатину привезли, - один из них хрустнул шейными позвонками.

- Первого класса, - кивнул другой.

- Только перепутали мужское и женское крыло.

- Ага. Вы только посмотрите какая у неё задница.

- Пидоры, - сплюнул Алекс и перехватил заточку обратным хватом. - ну давайте. Подходите, суки. Всех продырявлю.

Зэки засмеялись.

- Слышали, парни, да? Девица-то с зубками. Дырявить нас собралась… Не понимает, что дырявить сейчас будут именно её. Думаю даже в очередь становиться не будем. Сразу двоих обработает.

- Только сперва мы ей зубки эти все поснимаем… Чтобы сосала лучше.

Дум посмотрел в сторону охранника, который повернулся ко входу в душевую спиной и старательно делал вид, что ничего не замечает.

Камеры, судя по погасшим лампочкам, были отключены.

Проклятые фараоны.

Ну ничего, Дум продаст свою жизнь как можно дороже, но его задница, демоны и бездны, останется девственней матери божьей!

Скривившись от горящей боли, Дум приготовился драться на смерть.