Доктор Кто. Пиратская планета - Джеймс Госс

– Гаечного ключа! – Доктор вытаращился на голограмму. – Ну конечно, гаечного ключа! Точно! Сунуть им ключ в шестеренки!

– Чего?

– Праликс, забудьте про дверь! Вы можете спроецировать ваше сознание за нее?

Праликс сосредоточился. Плакальщики сосредоточились. Они взяли свою энергию, жизненную силу погибших миров, и протолкнули ее сквозь могучую дверь. Их духовному зрению открылись впечатляющие просторы машинного отделения.

К-9 со своей стороны влил еще немного энергии в проекторы и снова вопросил И Цзин. Номер девяносто девять: «Вас удерживают, но ситуация все равно движется вперед. Возможно, откроются новые источники, но пока не сейчас. Густые тучи собрались, но никакого дождя с Запада».

В машинном отделении не было никого. Колоссальные двигатели работали в полном одиночестве, среди тяжело пульсирующей энергии, воплей металла и завывания сирен. Команда валялась без сознания или бежала. Отказ системы кондиционирования напустил в это гигантское пространство удушливых промышленных испарений.

Гигантские поршни ходили вверх и вниз. Титанический свинцовый маятник раскачивался взад и вперед, словно челнок, снуя между трубами и клапанами, расплывавшимися от его танца. Вся эта идеально сбалансированная машина сейчас выглядела так, словно в любую минуту может развалиться на части. И не разваливалась только потому, что была собрана с такой непобедимой точностью и мастерством.

Сила – нечто среднее между телепатией и глубокой, неутолимой печалью – струилась мимо чудовищных машин. Чуть не шарахаясь от них, словно от воспоминания о боли, но все же изучая – медленно и неотвратимо.

ТАРДИС свалилась обратно в пространственно-временную воронку, уволакивая за собой Занак. Сама ткань спирали Маттер расселась пополам: планета сейчас каким-то образом умудрялась находиться ни в двух местах одновременно, ни хоть сколько-нибудь «-временно» вообще. Усталая и дрожащая от напряжения ТАРДИС взвыла и потащила Занак еще дальше в воронку.

Романа налетела на стену контрольной рубки. Занавеска на ней разорвалась сверху донизу, открывая огромнейшую панель, полную шкал и тумблеров. Определитель неисправностей, которым так долго пренебрегали, теперь был в отличной спортивной форме и весь сиял. Вся рубка вокруг сверкала свирепыми красными лампочками, и чем дальше, тем ярче.

– Доктор! – закричала Романа. – Нам нужно срочно что-то сделать! Вся электроника за отметкой критической перегрузки. ТАРДИС сейчас рванет!

Фигура у пульта осталась совершенно неподвижна. Кажется, Доктор ее даже не слышал.

– Доктор! Послушай! Мы сейчас взорвемся!

Доктор поднял глаза и приложил палец к губам.

– Сохраняй спокойствие, Праликс, – голос его был до ужаса ровным. – Как там у вас продвигается?

– Доктор, наш разум сейчас в машинном отделении. Ты видишь то, что видим мы?

Доктор вгляделся в проекцию. Смазанная картинка полного хаоса. Он прищурился и мысленно вернулся к своей ранней экскурсии туда.

– Думаю, – возвестил он небрежно, – если вы посмотрите направо, там, на полу, вы найдете славненький гаечный ключ.

Картинка действительно сфокусировалась на небольшом гаечном ключе – который Доктор оставил там в прошлый раз. Ключ дрогнул и взлетел в воздух.

– Великолепно! – сказал Доктор.

Рычаги, ТАРДИС, за которые он держался, раскалились и обжигали руки. Однако, судя по любезному и расслабленному тону голоса, Доктор сейчас вполне мог прохлаждаться на берегу какой-нибудь славной речки.

– Итак, что же нам делать… Ах, да. Слева от вас вы видите макровектоидный анализатор частиц. Идите прямо, мимо омнимодулярного термокрона… дальше… и что же у нас тут, третье слева? Да это же мегафотонное спускное звено! Оно отлично подойдет.

– А делать-то нам что? – спросил Праликс.

Доктор вздохнул.

– Двиньте по нему.

Гаечный ключ завис в воздухе, нерешительный и на удивление вежливый.

– Двиньте по нему! – повторил Доктор.

Ключ рухнул, грохнув о мегафотонное спускное звено.

Рычаг на макушке латунного купола вздрогнул. От этого он зацепил небольшую шестеренку, которая в свою очередь встала и заклинила шестеренку побольше, которая прижала вниз створку клапана, клапан не открылся, и гигантский маятник в итоге с треском врезался в бок горы.

Последовал небольшой взрыв. Так, скорее хлопок. За ним – еще один, уже побольше. Потом еще, крупный.

А затем могучие машины Занака, самый большой гипер-двигатель, какой знала Вселенная, очень живописно рванул.

Взрыв раскатился по всей Цитадели и оторвал верхушку от горы. Огонь ударил фонтаном вверх, и с неба посыпался щебень. Не какие-нибудь там драгоценные камни или металлы, а самые натуральные булыжники и вдобавок лава – и все это раскаленным, удушающим ливнем падало на голову перепуганным жителям Занака.

Когда взрыв достиг Мостика, мистер Фибули в ужасе закричал. Шум стоял просто кошмарный. Шахту в пустое сердце планеты разнесло, и оттуда взвился столб огня. В Цитадели заорали разом все сигнализации. За носовыми окнами кипящая синяя бездна сменилась странной пустой белизной.

Капитан испустил страшный вопль – от страха или от гнева по случаю гибели машины, мистер Фибули так и не понял.

Королева яростно взвыла и вцепилась в перила, а огромное стеклянное окно вокруг нее разлетелось вдребезги. На ногах она, однако, устояла – даже когда мир ринулся ей навстречу: это целая планета носом вперед вошла в пике. Мистер Фибули, болтаясь над невероятным обрывом, завопил и еще крепче вцепился в переборку.

Мир вокруг внезапно стих.

Сигнализация заткнулась.

Моторы Занака умолкли.

Все звуки разом прекратились – за исключением дальнего скрипа металлических конструкций и слабых стонов раненых. Худшее было уже позади. Потолок у них над головой покосился, но, по крайней мере, не упал. Мистер Фибули, столько раз смотревший в лицо смерти, благодарно ему улыбнулся.

Тишина упорно никуда не девалась.

– Все плохо, – победоносно глядя на Капитана и покрепче хватаясь за переборку, сказал мистер Фибули. – Но со мной все в порядке. Я буду жить.

Как оказалось, это были его последние слова.

Великих двигателей Занака больше не существовало. Могущественная машина, с таким трудом убравшая планету из системы Калуфракса, обернувшая ее вокруг Земли и до последнего не желавшая лезть во временную воронку, замолчала навеки.

В данный момент Занака не было, строго говоря, нигде. Он не сумел стабилизироваться вокруг Земли, и теперь его все глубже втягивало в водоворот. А поскольку деться ему было решительно больше некуда, он ринулся в маленькую синюю будку.