Неукротимое пламя - Джулия Холл

Торн рычит, и верхняя губа его чуть приподнимается:

– Как будто сейчас у тебя есть выбор?

Он прав, и этот факт невыносим для меня. Единственное, что меня успокаивает – хуже, чем есть сейчас, мы уже точно не сделаем.

Сжав губы в тонкую линию, я киваю ему.

Мы с Торном встаем друг напротив друга. Прежде чем приступить к созданию огненного шара в ладонях, я беру со всех своих друзей, включая Стила, обещание о том, что они будут держаться на безопасном расстоянии от нас.

– Ударим одновременно, – сообщает Торн.

– Почему ты нам помогаешь? – Знаю, сейчас дорога каждая секунда, но я должна знать. Что такого могло произойти, что Торн решил резко изменить свой план и пойти другим путем?

Он отрывает взгляд от залитых кровью сфер и смотрит прямо мне в глаза.

– Если бы я знал.

Открываю рот, чтобы задать еще один вопрос, но Торн начинает отсчет. Когда он доходит до единицы, мы оба высвобождаем силу и направляем поток ангельского пламени на сферы.

Оно отскакивает от невидимого барьера вокруг артефактов и возвращается в нашу сторону. Мы с Торном скользим на несколько футов назад по гладкой поверхности крыши.

Стил выкрикивает мое имя, но я отрицательно качаю головой, призывая его держаться подальше.

Мы продолжаем наносить удары по куполу вокруг сфер ангельским огнем, но с каждым разом мое тело слабеет. Сжимаю зубы и тянусь в самую глубь, к своим резервам. Руки трясутся, а со лба стекает пот. Издаю яростный клич и вкладываю еще больше сил, всю себя в то, чтобы разрушить барьер, созданный сферами, какой бы силы он ни был.

Объединившись, наше пламя становится только интенсивнее, медленно скользя по невидимому щиту и чуть приоткрывая купол. От яркого света слезятся глаза и волнами накатывает жар.

Сейчас я могу разглядеть перед собой только Торна, стоящего по другую сторону чаши с кровью. Судя по выражению его лица и трясущимся рукам, то, что сейчас происходит, стоит ему огромных усилий.

Мы оба уже истощены и сейчас расходуем тот источник сил, который должен оставаться нетронутым. Но долго мы не протянем.

«Продолжай. Продолжай. Продолжай. Продолжай», – повторяю про себя, уговаривая себя продержаться еще чуть дольше, чем возможно.

Что-то меняется. В куполе появляется трещина, и часть моего ангельского пламени просачивается внутрь. Секунды кажутся часами. Трещин становится все больше.

– Получается! – кричу я.

Торн кивает, не отводя взгляда от чаши.

Трещины расползаются по куполу, словно паутинка. Он держится еще несколько мгновений и взрывается, отбрасывая в нас энергию сфер вместе с нашей собственной. Я не успеваю собраться, на меня, словно цунами, обрушивается огромный поток силы и отбрасывает в противоположную сторону.

Я падаю на поверхность крыши, не чувствуя почти ничего. Мое тело постепенно престает функционировать. Последнее, что я замечаю перед тем как закрыть глаза, – золотые и серебряные крылья целой армии ангелов, спускающейся с небес.

Проснувшись, я сразу же понимаю, что к моей спине прижимается Стил. Я ощущаю теплое дыхание на своей шее, а одна его рука лежит на моем бедре. Мне начинают очень даже нравиться обнимашки, хочу я сказать.

Поднимаю одну руку и начинаю рисовать на его предплечье невидимые узоры. Я понимаю, что он проснулся, когда рука дергается, а лицом он зарывается в мои волосы.

– Сколько я спала? – спрашиваю я хриплым ото сна голосом.

Стил целует меня в шею, из-за чего по всему телу бегут мурашки, а затем садится. Я переворачиваюсь на спину, чтобы видеть его.

Волосы с одной стороны у него растрепаны, и он медленно моргает несколько раз, постепенно просыпаясь окончательно.

– Почти три дня.

– Блин. – Я тоже сажусь, устраиваясь поудобнее и опираясь спиной на изголовье кровати. – Я, конечно, знала, что мне нужен отдых. Но чтобы настолько.

– Насколько я знаю, Торн тоже еще не очухался. Не знаю, какой источник сил вы раскопали внутри себя, чтобы прорваться через барьер, защищающий сферы, но вы были истощены просто донельзя.

Это точно.

Я осматриваюсь вокруг: какая-то смутно знакомая комната.

– Мы что, в Эдеме?

Обстановка чем-то похожа на ту, что была в нашей спальне в доме Никиаса.

Стил проводит рукой по волосам, взъерошивая приглаженные пряди, и смотрит на меня.

– Ага. Ты отключилась в Лондоне. Когда твое тело вынесли из зоны слияния миров, ты все еще была в мире духов. Я подумал, что оставить тебя здесь, пока ты не проснешься, будет безопаснее всего.

– Думаешь, после случившегося со Ставросом здесь безопасно? Наверняка здесь есть потомки ангелов, которые ненавидят меня.

– Никиас сделал все возможное, чтобы все узнали, что это не ты, а Серафима убила его. Переживать стоило бы только из-за Аэро, но он попытался напасть на Серафиму в Лондоне и тоже был убит.

У меня сердце уходит в пятки от таких новостей. Я не так хорошо его знала, но когда гибнут ни в чем не повинные – это всегда грустно.

– Никиас начал полноценное расследование, чтобы выявить всех возможных последователей Ставроса. – Стил берет меня за руку. – И я не планирую оставлять тебя одну в ближайшее время.

Неделю назад в мире все было иначе. Хочу знать, с чем мы теперь имеем дело. Делаю глубокий вдох и спрашиваю Стила о том, что произошло после того, как я потеряла сознание.

– У вас получилось, – отвечает Стил. – Вам с Торном удалось пробраться сквозь защиту, которую сферы создали вокруг себя, и мы смогли достать их из источника энергии.

Источник энергии – чаша с кровью Ширы.

– Лондон и приличная часть его окрестностей пострадали. Теперь это место называют «Зоной слияния», потому что там мир смертных слился с миром духов в одно целое, создав новое измерение. Там теперь живут Падшие, а Отрекшиеся могут спокойно бодрствовать при свете дня.

– Как такое возможно?

Стил пожимает плечами.

– Кто знает? Но уверен, теперь идея о повторном объедении сфер будет казаться им еще более привлекательной.

Я хмыкаю.

– Проблемы будем решать по мере их поступления.

– Ага.

– А что будет с Торном? – спрашиваю я.

Стил качает головой.

– Не располагаю такой информацией, но полагаю, что ничего хорошего.

Кусаю нижнюю губу, пребывая в сомнениях.

– Он спас меня, и без него мы бы не смогли разрушить щит вокруг сфер. Это тоже должны учитывать.

– Но до этого он творил ужасные вещи. Эта война унесла с собой много жизней. Обычные люди, ангелы и их потомки. Сомневаюсь, что тот факт, что в итоге он образумился, как-то повлияет на ситуацию. Последствия его действий, пусть даже и продиктованных Серафимой, слишком серьезны.