Линия Горизонта - Александр Латыпов

– Как бы тебе объяснить, – внезапно встрял Арин. – В чем отличие летучей мыши от демона?

– Это какая-то шутка? – нахмурившись, спросил Васильев. – Вроде вопроса про письменный стол и ворона?

– А он вспоминает, – буркнул Тихонов.

– Этот вопрос имеет ответ, – покачал головой Арин. – Но если не нравятся летучие мыши, то пусть будут тараканы или просто крысы – много разных идиом существует на эту тему. Хотя мне больше нравится – внутренние демоны и внешние.

Так вот. Все, что составляет человека, все его стремления, помыслы, идеи – все это и есть его личность. Пока такие идеи и желания ведут по жизни человека – хорошо. Какими бы странными, глупыми и смешными они ни казались – это его внутреннее дело. Но когда человек начинает проецировать эти идеи на других людей и заставлять их этим идеям подчиняться – вот тогда крысы, ну, или тараканы, превращаются в демонов.

– На зов моего демона откликнулся миллион человек, – сказал Архитектор. – И это притом, что таких демонов может быть несколько. Например, у капитана Тиммонса такой демон – глубокое убеждение, что место женщины дома у очага, а задача мужчины – обеспечивать семью. Демон Ли Даррела еще проще – власть, несмотря ни на что. Демон моего псевдобрата Даниила – строгое следование всем правилам и законам, – вмешался Арин.

– Почему «псевдо»? – переспросила Маргарет.

– Потому что он им никогда и не был, – пожал в ответ плечами Арин. – Так же как мы оба никогда на самом деле не были детьми лорда Кондратьева. Это были всего лишь роли в Городе.

– Артур, был среди вас парень по имени Майк Купер. Его демоном была любознательность, переросшая в любопытство, – сказал Первый лорд. – Любопытство такой силы, что он раскрыл нашу маленькую тайну.

– Ах да. Видите ли, своих демонов я давно победил, – проговорил Лукас Виго. – Но посчитал нужным остаться в Городе, чтобы помочь всем, за кого я был в ответе, всем горожанам, уйти отсюда, покинуть Город. Для меня пошли на уступки и создали клонов – Арина, Олега и Георга. Все мы когда-то были рыжими, – усмехнулся он и провел рукой по остаткам седых волос на голове. – С Георгом вышла проблема – пришлось создавать дополнительных клонов. Из-за ошибки генетиков его… братья постоянно старели. Но им дали земное гражданство и право уйти из Города, когда в них более не будет здесь необходимости.

– Как всегда, оставим в стороне вопросы этичности, – пробурчал Олег Тихонов.

– Кстати, вылечить меня могут исключительно за пределами Города, – добавил Георг. – Вот такие правила.

– Только победив своих демонов, мы могли выйти на свободу, – сделав вид, что не услышал ремарки своих копий, сказал Архитектор. – Все, чего мы смогли добиться на первом этапе, – примерно триста тысяч человек из миллиона.

– Те триста тысяч человек, что якобы стали жертвами самой первой эпидемии? – переспросил Артур.

– Да, – кивнул Лукас Виго. – Но на этом проект забуксовал. И тогда я предложил Уоллесу Гранту провести эксперимент – дать всем оставшимся горожанам новую личность и новую память, а после – искусить их же собственными демонами. Едва они справлялись с ними – приходил кто-то из надсмотрщиков-гвардейцев и объявлял о помиловании – прощении. Человек мог покинуть Город.

– Тот расщепитель, который мы показали тебе, Артур, в самом начале истории – всего лишь транспортер. С его помощью мы отправляли прощенных людей за пределы Города, – пояснил Первый лорд.

– А как же нижние камеры? Куда оттуда люди деваются?

– Да никуда, собственно говоря, – пожал плечами Тихонов. – Они живут внутри периметра «Линии Горизонта», но не могут контактировать с вами. Или спят, если проект подходит к самому концу.

– Я разработал сценарий восстания, – проговорил Лукас Виго. – Но мне нужно было стимулировать вас всех к действию. Тогда я решил перенести действие на другую планету – Астарот.

– Это еще и мое кодовое имя как главы гвардии, – отозвался Арин.

– А после добавил историю с истощением ресурсов и чумой. Все это должно было вас подстегнуть. А кого-то, вроде того аптекаря Яна или доктора Самира, еще и проверить.

– У доктора Самира были демоны? – спросила Маргарет.

– О, его демон – один из самых древних на Земле. Его демон погубил не одного человека. Это деньги. Но Самир сумел от них отказаться.

– Но как все это работало? Я имею в виду – люди же должны были пропадать… – заговорил Артур и тут же замолчал.

– Вот видишь. – Старик рассмеялся сухим тихим смехом. – Мне просто стало интересно, как ты себя поведешь. Система работала сама по себе. Каждому горожанину – а согласились на это почти все, так как не было иного выбора, – были вживлены специальные устройства, которые каждые двенадцать часов передавали текущую версию истории Города. Каждые двенадцать часов мы правили сюжетные линии, меняли картину вселенной для шестисот тысяч человек. Иногда, как с той серьгой Майка в доме Куперов или его портретом, случались проколы, но мы их тут же исправляли.

– Крупных провалов у нас было два, – неожиданно признался Георг. – Майк Купер должен был стать сыном судьи Даррела и претендовать на власть – так мы хотели проверить Каса Даррела. А Ферран Харди в самом конце истории должен был закрывать южные ворота, но сломавшийся в неподходящий момент передатчик вынудил нас вывести его из игры. Его место занял ты, Михаил.

– А как же исчезновение людей, которое обнаружила Лилия? Ведь я его так и не стал расследовать.

– Нет. – Георг покачал головой. – Гвардия прогнозирует поведение каждого человека – мы строим специальные карты. Если бы ты согласился помочь, судьба Лилии могла сложиться иначе. Твой отказ был необходим, чтобы она стала именно тем, кем и является сейчас, в самом конце истории.

– Вы все это видели, – сказала Маргарет и посмотрела на Архитектора.

– Мы наблюдали за каждым из вас.

Тут старик протянул руки вверх. На его ладонь опустилась небольшая белая сфера, на гладкой поверхности которой виднелся глазок камеры.

– Тысячи их по всему Городу летало последние два года, – проговорил Лукас Виго. – Но эта – моя любимая. Она была тогда в Дереве, в самом начале, потом – встретила Саймона Лившица, выходившего из тюрьмы, присутствовала при вашем, Марго и Артур, разговоре, была в чайной Михаила, когда начался мятеж, проследовала на юг за Риккардо Бертани и вернулась обратно вместе с капитаном Тиммонсом, видела бойню на Храмовой площади. Словом, прошла весь путь от Дерева два года назад до маяка сегодня. Она ведь все еще записывает.

– Кроме того, если интересно, эти камеры были своего рода передатчиками – именно через них каждые двенадцать часов ретранслировался и усиливался сигнал от маяка, – вставил Арин.

– Но зачем такие сложности? Ради горстки людей? – поинтересовался Артур.

– Я думаю, что Земле важен каждый человек, – внезапно даже для самого себя сказал Михаил.