Новая Луна - Йен Макдональд

Охрана начинает осторожно следить за ней в тот момент, когда Бейжафлор вызывает моту к Орлиному Гнезду. Ариэль и Марину тщательно сканируют и проверяют еще до того, как такси цепляется к подъемнику и забирается по юго-западной стене хаба Антарес. Элегантная женщина-дворецкий в жилете болеро и шляпе любезно просит Ариэль следовать за нею вверх, через террасированные сады.

Орел Луны пьет чай в Оранжевом павильоне. Его Орлиное Гнездо — совокупность беседок и бельведеров, расположенных посреди многоярусных садов и обставленных в соответствии с каким-то цветом. Оранжевый павильон находится на краю рощицы аккуратных цитрусовых деревьев: апельсинов, кумкватов, бергамотов, уменьшенных до человеческих масштабов генетиками АКА. Вид открывается сногсшибательный: Гнездо располагается на полпути до центральной Ротонды, где встречаются обиталища квадры Антареса, достаточно высоко для панорамы и достаточно низко для аристократичности. У Ариэль перехватывает дыхание. Все равно что стоять на краю вечности. Квадра Антареса отстает от квадры Водолея на восемь часов, и солнечная линия здесь пробуждается, озаряя золотым светом всю протяженность пяти проспектов. В утренних сумерках светятся огни, похожие на звездную пыль. Это зрелище, принадлежащее одному Орлу, и вот Орел перед нею.

— Советник Корта. — Джонатон Кайод срывает бергамот. Вонзает ногти в зеленую кожицу, выпуская брызги ароматного масла. — Понюхайте.

Ариэль наклоняется к фрукту.

— Неописуемо.

— О да, описать невозможно, не так ли? Ощущения и эмоции невозможно выразить, не прибегая к терминам, которые описывают их же. — Он выбрасывает фрукт. Ариэль не видит, куда тот упал. Возможно, за край. — Прошу.

Орел указывает на маленький павильон с куполообразной крышей на самом краю центральной ротонды, где места хватает лишь для низкого столика и двух скамеек. Ариэль расправляет свои многослойные нижние юбки. Сегодня на ней платье от Диора с порхающей юбкой солнце-клеш и узкой талией; его вопиющая женственность — намеренное жульничество. Дворецкая приносит мятный чай для Орла, превосходный сухой мартини для Ариэль. В некоторых квадрах каждый час подходит для коктейлей. Ариэль раздвигает свой вейпер.

— Не возражаете?

— Чувствуйте себя как дома.

Небо уже оживилось; кабинки фуникулеров снуют через каньон; велосипеды и скутеры проносятся по эстакадам; далеко в вышине, в бедной части города, Ариэль может разглядеть фигуры, бегущие по веревочным мостам. Дроны и флаеры шныряют в золотом пространстве.

— Приношу свои искренние извинения за то, что не сумел попасть на день рождения вашей матушки. Миру будет не хватать ее в качестве главы «Корта Элиу».

— Моя мама держалась в стороне от мира, так что очень сомневаюсь, что Гапшап будет плакать по ней.

— Вы не такая, — замечает Джонатон Кайод. Ариэль впервые чувствует его физическую массу: он родился на Земле, сохранил вес и мышцы. Он ее немного пугает.

— Ну так скажите, чего вы хотите, — говорит Ариэль. — Чего вы хотите на самом деле.

Улыбка Джонатона Кайода могла бы ослепить целый мир. Он откладывает в сторону свой стакан с чаем и хлопает в ладоши от удовольствия.

— Вы такая прямолинейная! Я хочу свадьбу.

— И всеобщий выходной.

— Я хочу свадьбу между Корта и Маккензи.

— Я аннулировала никах между Хоан Рам Хуном и Робсоном Кортой на основании родительского пренебрежения сексуальными правами Робсона, а Луне всего пять лет.

— Я имел в виду Лукасинью — и Денни Маккензи.

— Еще один из маленьких сирот Брайса.

— Именно.

— Хотите услышать от меня, что по этому поводу скажет Лукас?

— Лукас скажет «да», после того как вы ему объясните, что, если он откажется, я поручу КРЛ пересмотреть лицензию по Морю Змеи в связи с процедурными нарушениями.

— У «Корта Элиу» глубокие карманы.

— Но не бездонные. Хватит ли вам экстренного резерва, если мы наложим временное эмбарго на экспорт гелия-3, пока расследование не будет завершено?

— А сколько вы продержитесь в этом милом дворце, если на Земле погаснет свет?

Джонатон Кайод наклоняется и берет руки Ариэль в свои. Кожа у него мягкая и очень теплая.

— Но ничего этого может и не случиться, Ариэль. Лукасинью выйдет за Денни Маккензи. Мы даже позволим вам составить никах. И наступит мир между Корта и Маккензи. Династический брак. Мне нужен мир, Ариэль. Мне нужна спокойная Луна. Я знаю, чем вы и «Маккензи Металз» занимаетесь в Море Змеи. В моем мире не будет корпоративных войн. Это простой союз между домами. Два прекрасных принца. Я даже предоставлю им апартаменты прямо здесь, в Ротонде Антареса, так что ни одна сторона не сможет предъявить на них права.

— Два прекрасных заложника…

— Ариэль, это лицемерие с вашей стороны. Сколько никахов вы составили?

Ариэль затягивается своим вейпером. Ее мартини стоит на низком столике нетронутый.

— Вы и «Маккензи Металз» пригрозили похожими санкциями?

Настоящее утро вступило в права, начался еще один славный день в квадре Антареса.

— Я иногда забываю, насколько ваша семья новичок в реальной политике.

Ариэль медленно выдыхает спираль синего пара. Он улетает, завиваясь, в сторону громадного обрыва, идущего вдоль ярусов и платформ, контрфорсов и колонн до блистающей плазы Хань Ин.

— Идите на хер, Джонатон.

— Я хочу, чтобы вы передали это послание матери.

— Я вам не сигнальное устройство.

— В самом деле? А мне кажется, вы весьма коварный паучок.

— Если я смогу сражаться за своих людей, то так и сделаю.

— Ну разумеется. Вы действовали в рамках этики. Но на самом деле я знаю, что подсказка про Море Змеи поступила к вам не через Павильон Белого Зайца.

Ариэль хладнокровно делает первый глоток мартини. Ей хочется, чтобы алкоголь запустил ее каменное сердце заново. Он знает. Покайся. Торгуйся. Недрогнувшей рукой в перчатке она ставит бокал на прежнее место.

— Нет ни единого закона, направленного против Лунарианского общества. Убереги нас боги от такого. Когда законов слишком много, правосудие будет плохим. Это даже не конфликт интересов.

— Но с моими-то интересами, с интресами КРЛ, это конфликтует. Вы не граждане, вы клиенты. Не забывайте об этом. Этот трактат, под которым вы поставили свое имя: изумительно. Просто изумительно. И попросту бессмысленно: политическая теория? Мы тут все прагматики. Его прочитают обычные пустобрехи. Но если уж вы начали присоединять свое имя к тому, что на самом деле влияет на людей, как Четыре Базиса… Что ж, это может вызвать беспокойство, даже панику. КРЛ не может упустить такое из виду. Вы жаждете попасть в судейский корпус. Не отрицайте это, Ариэль. Ваши амбиции похвальны, однако не стоит забывать, что новые назначения в Суде Клавия делает Корпорация по развитию Луны.