Лавка «Вермиллион» - Джейми Пэктон

Маффина по голове, отчего тот перестал плакать и крепче прижался к Кинте.

– Куда мы отправимся? – спросила Кинта.

– Куда захотим, – ответил Твен. – Хочу исследовать все загадочные места мира вместе с тобой.

Он начал говорить что-то еще, но Кинта опустила Маффина на пол и потянулась к нему, Твену. Она обхватила его лицо ладонями и прильнула к его губам. Поцелуй получился долгим, медленным и сладким. Он говорил о прощаниях, которые им не удалось озвучить; о мечтах, которые они будут вместе лелеять; о жизни, полной возможностей.

– Я тебя люблю, – шепнула Кинта. – Я неделями собиралась тебе это сказать.

От такого признания сердце Твена радостно затрепетало. Надолго зажмурившись, он прижался лбом ко лбу Кинты.

– Я тоже тебя люблю. Я очень рад, что мы снова друг друга нашли.

– И я рада.

Они целовались, пока не проснулись Руби, Аня и Хлоя.

– Кхм, Кинта… – позвала Аня, откашливаясь.

Кинта торопливо оторвалась от губ Твена и улыбнулась подругам.

– Хорошо, что вы проснулись, – сказала она. – Это Твен.

Девушки представились, а Кинта с Твеном объяснили, что произошло с Сорчией и как они сбежали с Иксилии.

– Она была такой храброй! – с благоговением проговорила Хлоя. – Налетела на солдат, держа в обеих руках по пистолету.

– Она была потрясающей! – согласилась Кинта. – Жаль, вы ее не знали.

Твен накрыл Сорчию – свою бабушку, хотя ему было по-прежнему сложно воспринимать ее таким образом, – синей шелковой шалью и переложил на диванчик неподалеку от дверцы книжного шкафа.

– Нам придется похоронить ее, но, где именно, я не вполне представляю.

Кинта подошла к Твену и взяла его за руку:

– Мы определимся с этим в ближайшее время. Но сперва давай поедим, перевяжем наши раны и заварим этот мерцающий чай.

– Похоже на прекрасный план, любимая, – похвалил Твен и снова ее поцеловал.

Глава 44

Кинта

Сорчию похоронили у моря. Сначала собирались в городе, но через несколько часов после смерти Сорчии появился Марсель в черном костюме, полный планов на похороны.

– Ей хотелось бы лежать над морем, – заявил он, зажав в руках ладонь Сорчии. – Я знаю нужное место. Оно недалеко отсюда. – Он нежно поцеловал умершую в лоб.

В следующий полдень, после того как заперли бутылку с лунной тенью в шкафу в самых недрах лавки и хорошенько выспались, Твен и Кинта вместе с Марселем отправились к месту в нескольких милях от Северона. Они поднялись на высокий холм, на самой вершине которого росло большое вечнозеленое дерево. С той точки просматривались берег, скалы и морская даль. Маленькая лошадь привезла телегу с телом Сорчии, обернутым в саван из звездного кружева, который Кинта нашла в комнате с костюмами.

Тем утром Кинта выпила вторую чашку мерцающего чая и уже чувствовала себя лучше. Руби, Аня и Хлоя тоже пили серебристый чай и поправлялись. Кинта думала, что они восстановятся быстро, ведь из них вышло меньше звездного света, чем из нее.

Девушки остались присматривать за лавкой, чтобы не мешать Кинте и Твену прощаться с Сорчией. Аня прикипела к Маффину, и песик ходил за ней по пятам.

– Ты готова? – спросил Твен, вырывая Кинту из плена мыслей.

Он выкопал под деревом глубокую могилу и положил в нее тело Сорчии.

– Готова, – отозвалась Кинта, подошла к краю могилы и беззвучно попрощалась с Сорчией. – Спасибо, что свели нас с Твеном, – шепнула она. – Надеюсь, там, где вы сейчас, вас ждут новые приключения.

Держась за руки, Кинта и Твен стояли в стороне, пока Марсель пел песню на неизвестном девушке языке. Песня была красивая, грустная, полная любви. Каждая нота врезáлась Кинте в сердце, напоминая, как недолговечны любовь, жизнь и земное время.

Когда они вернулись в лавку, Руби, Аня и Хлоя обсуждали планы на будущее.

– Кто-нибудь из вас желает отправиться со мной? – спросил Марсель, прежде чем уйти. – Твен? Уверен, твоя бабушка была бы рада, если бы ты провел со мной немного времени. – Он широко ему улыбнулся, и Кинта засмеялась над обескураженным видом Твена. Иметь деда, выглядящего как твой ровесник, – к такому привыкнуть трудно.

– Пока мы останемся здесь, – отозвался Твен. – Кинте нужно восстановиться, а потом мы отправимся искать свои приключения.

Марсель пожал плечами.

– Как пожелаешь, мальчик мой. Жизнь длинная, я не сомневаюсь, что мы с тобой еще встретимся. В конце концов, у тебя есть моя карточка. – Марсель повернулся к девушкам. – Ну а вы, юные леди? Есть желающие странствовать сквозь пространство и время? Я проложил новый маршрут к бронзовому дракону, кости которого якобы исцеляют любые недуги. Посмотрим, что мне удастся обнаружить.

Руби и Аня синхронно покачали головами:

– Мы собираемся остаться здесь и открыть шляпный салон. Хотим жить простой жизнью: семья, работа и никаких больше сражений.

Девушки держались за руки и улыбались, рассказывая о своей мечте.

Хлоя, стоявшая справа от них, казалась слегка потерянной и одинокой.

– Я отправлюсь с вами, – неуверенно сказала она Марселю. – При условии, что мы будем отсутствовать не слишком долго. Мне вечно не хватает приключений, а провести остаток дней за шитьем хочется меньше всего. – От такой мысли Хлоя содрогнулась.

– Я буду рад путешествовать вместе с тобой, – с улыбкой сказал Марсель. – И возможно, попрошу у тебя помощи в соблазнении драконов.

– С удовольствием помогу, – широко ухмыльнулась Хлоя. С сестрой она прощалась долго и слезно, обещая заглядывать к ней при любой возможности; обняла Руби, потом повернулась к Кинте. – Не знаю, к добру или нет наша встреча, – сказала Хлоя, – но я рада, что она случилась.

Кинта обняла Хлою, а Твен вручил ей бутылку звездного чая, чтобы пить в дороге. Потом Марсель с Хлоей спустились в комнату с драконовыми костями и исчезли.

Вскоре после этого Аня и Руби повели Маффина гулять по Северону. Девушки искали место, чтобы поселиться и открыть салон, а в карманах у них звенели золотые монеты, которые Твен нашел в ящике за прилавком.

Как только они ушли, Кинта без сил опустилась на кушетку. Твен принес ей очередную чашку звездного чая.

– Расскажи, чем ты занимался, пока я была на Иксилии, – попросила Кинта.

Твен выложил ей все: и как искал ее после бала касорины, и как Анри и Гюстав избили его до полусмерти, и как он познакомился с Марселем, и как исследовал комнаты лавки, и как попал в дом миссис Дэвенпорт.

– Да, кстати! – Твен вытащил из кармана мятый конверт. – Это тебе.

Он протянул конверт Кинте, и та ахнула, увидев свое имя, написанное почерком Элейны.

– Но как?.. – спросила Кинта, сделав круглые глаза.

– Просто прочти его, – настойчиво сказал