Укрощая хаос - Бен Гэлли

Нилит с силой воткнула меч в пол, и его клинок почти на треть ушел в доску. Возможно, мне следовало проявить уважение к ней, ведь хотя она и не моя императрица, но все-таки дочь короля Конина. Моего короля. С другой стороны, если человек замахивается на меня мечом, я не могу считать его выше себя.

Я ткнул пальцем в сторону тряпичного свертка на спине коня.

– Кстати о давно пропавших правителях. Полагаю, под этими тряпками император?

Нилит вскочила с кровати так, что едва не пролила похлебку; лезвие меча блеснуло в свете фонаря и остановилось у моего горла.

– Можешь полагать все, что хочешь.

– Честные ответы, – напомнил я ей, подняв руки к ушам. Спор о правилах я могу завести в самый неподходящий момент и каждый раз стою на своем до конца.

– Да, – зарычала она. – Он там. И если ты пришел за ним, то я уже поняла, друг ты или враг.

– Ваше величество, Келтро…

– Заткнись, – рявкнула она на меч и взмахнула им так, что мне пришлось отклониться назад. – Откуда тебе это известно, Келтро Базальт? Какую роль ты играешь? От кого ты сбежал? И как ты украл тело той женщины?

– По-моему, это четыре вопроса… – Я проглотил свои слова и нашел менее саркастичные. Время, когда нужно соблюдать традиции, подошло к концу. – Ну ладно. Об этом я знаю, потому что именно меня твоя драгоценная дочь наняла, когда решила взломать убежище императора. Только я до нее не добрался – меня убил человек по имени Боран Темса. Он служил как Сизин, так и Культу Сеша одновременно, и сумел всего за пару недель превратить этот город в поле боя – но недавно его зарубили топором. А меня тем временем крали, покупали и продавали аристократы и негодяи, сажали под замок и били. Кроме того, я по глупости поверил одной тал, а она оказалась прародительницей змеиного гнезда, которое вы называете королевской семьей. У этой гадюки была летучая машина и мощное желание посчитаться с вашими родичами за то, что они отправили ее в изгнание. Она врезалась в башню и заставила меня открыть убежище. А когда стало ясно, что Фаразар исчез, начался бой. Я попытался забрать свою монету у Хираны, и мы упали с Небесной Иглы. Поэтому я сбежал, а монету забыл, сам не знаю почему.

При жизни я бы задохнулся после такого долгого рассказа, но сейчас у меня лишь похолодели губы, а веки стали тяжелыми. Когда я поведал свою историю, она показалась мне совсем печальной и бессмысленной.

Нилит прижала большой палец к виску, словно у нее закружилась голова.

– Культ… летучие машины… и Хирана воскресла из мертвых?

Я поморщился.

– И еще ты умеешь красть тела?

Скрывать это не было смысла.

– Я могу входить в тела других людей, если мне этого хочется – и даже в тела животных. Я вселяюсь в них. Ту женщину я использовал, чтобы отвлечь внимание патруля, на который я наткнулся незадолго до того, как нашел вас. Это, вероятно, дар мертвых богов, но пока что он приносит мне одни беды. Когда Культ Сеша узнал о моей способности, ему очень захотелось включить меня в свою игру, связанную с изменением Аракса. Похоже, что боги… – Я осекся и решил пока умолчать об этой части истории – она всегда казалась мне бредовой, когда я говорил о ней вслух. – Похоже, что боги напрасно потратили на меня время.

Зарычав, Нилит опустила Острого к боку, прошла мимо меня и взяла коня за подбородок, уговаривая его лечь. Он заржал и начал жевать сено, а Нилит тем временем принялась разворачивать сверток. Великое множество тряпок соскользнуло вниз, и я увидел покрытый пятнами кулек, который был подозрительно похож на тело человека. Кроме того, из-под тряпок показался обнаженный, извивающийся призрак, который ожесточенно вытаскивал кляп из своего рта. Он встал, безумно сверкая глазами и прижимая руку к груди. Раздуваясь от бешенства, он переводил взгляд с меня на Нилит и обратно, словно выбирал, кого из нас проклясть первым. У него был пухлый животик, и он был чуть выше меня. Я посмотрел на извилистый разрез на его горле, а он увидел мой шрам. Мы с ним переглянулись, и в наших взглядах мелькнуло что-то кроме гнева – возможно, сочувствие. Однако в следующий миг оно исчезло, сменившись яростью.

Император Фаразар указал на меня рукой, у которой не хватало кисти.

– Ты… Грязная тварь с востока! Лжец долбаный! Никто не может взломать мое убежище!

– Император Арка, я не человек, а призрак, – заносчиво ответил я. Вот этот человек точно не был моим повелителем. – И, кроме того, я – лучший замочный мастер в Дальних Краях.

– И как ты смеешь намекать, что моя мать нарушила мой указ и вернулась из ссылки? А летучая машина? Ей бы не хватило смелости сделать хоть что-нибудь с моим отцом, и ума – чтобы построить летучую машину! Жена, если ты веришь этому лжецу, значит, ты наконец-то спятила!

Я посмотрел на Нилит.

– Он всегда такой?

– Ты даже не представляешь, – ответила императрица, закатывая глаза. – Сколько дней, господин Базальт, сколько недель я все это терпела!

– Смотри, что ты сделала с моим городом, Нилит. Это безумие! Он превратился в поле боя! А теперь тут еще и Культ Сеша?

Не обращая на него внимания, Нилит продолжала смотреть на меня.

– Когда моя дочь тебя наняла?

– Несколько месяцев назад. Сюда я прибыл пару недель назад, а может, месяц. В первую же ночь меня убили.

– А сколько тал жила в городе и строила свою машину, господин Базальт?

– Много лет. Может, десять.

– И ты винишь меня, Фаразар? – рассмеялась Нилит. – Ты слышал, что он сказал? Если бы я не начала действовать, это сделала бы Сизин – или твоя мать. Что общего у них? Ты.

Наставив на императора меч, Нилит загнала его в угол и заставила сесть. Позади него не было ничего, кроме досок и камня, так что сбежать он не мог. Затем она вернулась с новыми вопросами.

– Моя дочь знает про то, что я сделала?

– Когда она увидела, что в убежище пусто, ей рассказал об этом ее призрак Итейн. Или я должен сказать «ваш призрак»?

– Ложь, – злобно шепнул Фаразар из угла.

– А Итейн?

– Не знаю. Когда я видел его в последний раз, он сражался с огромным призраком по имени Даниб, и, похоже, ему было несладко.

– Железная Челюсть. Я его помню, он служил еще Милизану, – прошептала Нилит и встревоженно нахмурилась.

Затем, вздохнув, Нилит вывела меня в конюшню – туда, где спала многоножка.

– А Культ Сеша? Какую роль играет он? Я видела его проповедников и его патрули на улицах. Что произошло, пока меня не было? Каким образом они снова вышли на поверхность?

Я разрывался на части. Люди культа передали меня из рук в руки, словно я все еще был рабом – несмотря на то что монета уже висела на моей шее. С другой стороны, они оказали мне теплый прием и подарили мне правосудие. Я решил сказать правду.

– Они хотят исправить город, помочь нуждающимся, дать свободу теням. Они организовали взлет и падение Темсы, чтобы добраться до Сизин, и теперь, по их словам, они хотят посадить Сизин на трон и начать новую эру. Они привели меня в Небесную Иглу, отобрав у Хор… Хираны… чтобы я открыл убежище для вашей дочери. Они все говорят правильно, но…

– Что?

Я замялся.

– Я…

– Расскажи ей про богов, – шепнул Острый.

Я покачал головой.

– Просто такое ощущение.

– Я понимаю, о чем ты. – Нилит выдохнула и провела рукой в тряпичной перчатке по спутанным волосам. – Даже не верится, что старая кошелка Хирана еще жива – и все это время была в Араксе.

Я поднял палец.

– Э-э… Она не совсем… жива.

– Что?

– После того как Хирана врезалась в Иглу, после того как они обнаружили призрака вместо императора, она и Сизин вступили в бой друг с другом. Ей удалось захватить мою монету, а я под шумок… – Я прикусил губу и почувствовал вкус тумана. – Я вытолкнул ее из окна. Мы с Хираной упали, а потом…

В глазах Нилит появился странный блеск.

– Ты убил мою свекровь?