Градуал - Кристофер Прист

Толпа двигалась мимо нас к зданию Приема, где большинству пришлось толпиться во дворе, пока внутри не ослабнет давка. Многие, особенно большая группа мужчин в ярких спортивных рубашках, ворчали из-за жары. Большинство из них вели себя так шумно, что казались пьяными. Мы сидели или лежали у себя под навесом и не двигались. Один за другим из здания Приема появлялись рассерженные пассажиры. Они отправлялись в город, а многие подходили к стоянке такси.

Потом я вдруг понял, что нужен. Не знаю, каким образом. Я встал и подошел к молодому человеку, выходившему из здания Приема.

– Танер Коутер? – обратился я к нему. Тот взглянул на меня с удивлением и заметил футляр скрипки, торчавший у меня из-за спины.

– Дайте мне посмотреть ваш жезл, – предложил я.

– Откуда вы знаете мое имя? – спросил Коутер.

Я взял у него жезл и мягко провел рукой вдоль древка. Большую его часть уже покрывали спирали и завитушки. Я сразу же обнаружил небольшую убыль.

– Вы прибыли с Нестора, – сказал я. – Направляетесь на атолл Ферреди?

– Да.

Я заметил, что Ренеттиа тоже вышла из-под навеса и стоит рядом. Это вселило в меня уверенность. Я достал резец и быстро провел короткую прямую линию возле рукояти.

– Сорок симолеонов, – сказал я.

Отослав Танера Коутера продолжать путь на Ферреди, мы с Ренеттиа направились на Йенну. Этот остров находился вне группы Руллер, в отдаленной части Архипелага Грез. Ренеттиа никогда там не бывала. Мы сразу увидели, что для адептов остров не обустроен – начать с того, что навеса не было и пришлось стоять на солнцепеке. Других адептов не было тоже. Ренеттиа говорила мало, такое уж было у нее обыкновение, да и большинство адептов предпочитали выражаться лаконически.

Сразу по прибытии Ренеттиа потребовала у меня жезл, который дала для тренировки.

Я отдал, и, к моему удивлению, она сломала его об колено. Жезл переломился в том месте, где древко соединялось с рукоятью.

– Больше он тебе не понадобится, – сказала Ренеттиа.

Обломки она бросила в урну. Я хотел на них посмотреть, выяснить, есть ли что-то внутри, но она предупредила, чтобы я этого не делал.

Мы настроили собственные жезлы. Ренеттиа объяснила, что это всегда важно, когда прибываешь на новый остров.

Начали появляться другие адепты, и мы с Ренеттиа пошли перекусить. Пока ели, она меня поздравила с тем, как я удалил убыль Танера Коутера.

– Первый раз легким не бывает, Скрипка, – сказала она, – но ты работал так, что все выглядело естественно.

– Как выполнялись расчеты? – спросил я, вспоминая долгую ходьбу по улицам в окрестностях порта и монсеньора Коутера, тащившего следом свой багаж.

– Это были твои расчеты, а не мои, – возразила Ренеттиа.

– Но…

Ни слова в ответ.

Зачем мы явились на Йенну? – Ренеттиа не ответила. Почему местные жители называют остров Нависающим? – Она не знала или не пожелала сказать.

Когда мы пересекали двор позади здания Приема, я с удивлением обнаружил среди собравшихся там адептов Кан. Попробовал было заговорить, но она повернулась ко мне спиной.

Порт в Йенне использовался больше для нужд промышленности, так что прибытие пассажирских судов казалось мне маловероятным. Однако примерно через час после того, как мы заняли места, к берегу подошел небольшой паром на два-три десятка пассажиров.

Один из адептов-мужчин, с которым мы прежде не встречались, бросил:

– Эй, Скрипка. Опять к тебе, – и кое-кто рассмеялся в ответ.

Я шагнул вперед.

– Мав Лаустер? – обратился я к молодой женщине, отягощенной грудным младенцем на руках и маленьким ребенком в кресле-коляске.

– Дать вам мой жезл? – откликнулась женщина с видимой признательностью за мое появление.

– Двадцать талеров, – потребовал я, вращая жезл меж кончиками пальцев. Она прибыла с Ми, соседнего с Йенной островка, – недолгое плавание, приращение составило меньше четырнадцати минут. Ренеттиа кивнула в знак одобрения моей работы.

Потом мы отправились на Чеонер, порт которого назывался Чеонер-Максимус. Я помнил, что в своих скитаниях наведывался на этот остров. Сразу по прибытии мы настроили свои жезлы, но потом мне пришлось вместе с остальными адептами два дня ждать впустую. Утром третьего меня выбрала женатая пара, только что сошедшая с корабля. Двое адептов прохаживались насчет моего футляра со скрипкой.

На сей раз ситуация оказалась необычной. Мужчина, по-видимому, потерял свой жезл на корабле и нуждался в замене. Я не был уверен, как тут быть, но Ренеттиа уже стояла рядом и заявляла, что этот вопрос нужно решить в первую очередь. Она продала клиенту новый жезл.

Сто симолеонов.

Ренеттиа сунула деньги в карман и передала новый жезл мужчины мне. Я определил положение острова, установил убыль, оказавшуюся довольно большой для семи дней с хвостиком. Прорезанные мной линии на девственно-чистом древке наполнили меня гордостью. Вместе с Ренеттиа мы приступили к вычислениям поправки градиента.

Еще сорок симолеонов. На сей раз они были уплачены мне.

Чтобы реализовать вычисления, нам понадобился автомобиль, который Ренеттиа с легкостью раздобыла, – потом она мне сказала, что на Чеонере все адепты пользуются одним и тем же автомобилем. Есть острова, где приходится потруднее, и когда требуется машина, ее приходится одалживать, а еще кое-где и вовсе придумывать какой-нибудь другой способ. Я над этим задумался.

Ренеттиа провезла нас по промышленному комплексу, сворачивая налево и направо без видимой системы. Я сидел рядом с ней на переднем пассажирском сиденье, а супруги позади. Я боролся с расчетами, пытаясь извлечь смысл из данных по градуалу, которые нашел на жезле. При этом совершенно не представлял, что делаю. Скрипку в футляре я снял со спины, чтобы избежать тесноты, но расположил ее перед собой, так что неудобно стало ногам. Как учила меня Ренеттиа, я записал на страничке блокнота ряд чисел, извлеченных из жезла, но что делать дальше, толком не знал.

Увидев выражение моего лица, Ренеттиа остановила машину и забрала блокнот. Мы стояли под ярким солнцем.

– Что делать с цифрами? – спросил я. – Что они значат?

Ренеттиа рассматривала листок. Муж с женой позади молчали. Когда машина не двигалась, температура в салоне быстро росла. Ренеттиа нахмурилась, проверила жезл, вновь перевела взгляд на мои записи. Потом вернула блокнот.

– Ладно, – сказала она.

– Что это значит?

– Значит, ладно. Ты закончил.

– Но что я закончил?

– Вычисления верные.

Она завела двигатель и принялась разворачивать автомобиль, чтобы ехать обратно к гавани.