Мы - силы - Вадим Еловенко

– Давно я у тебя?

– С того дня, как ты сбежал, – с мягкой улыбкой ответила она.

Алексей вздрогнул. Она и это знала. А если не только она?

– Это давно было?

– С полмесяца уже… – кивнула девушка.

– Меня ищут?

– Именно тебя – нет. Но ищут… Тех, кто в город проник, – сказала она. – Тебе еще чаю налить? Катя нальёт, если хочешь.

Алексей взглянул в кружку и, отхлебнув, покачал головой. Девочка возле огня делала вид, что не слышит разговора.

– Вы меня не сдали… – утвердительно сказал он.

Девушка пожала плечами и ничего не ответила.

– Но как же вы меня кормили? – недоумевал он.

– В каком смысле?

– Ну, карточки… они же ограничивают… Вы от себя, значит, отрывали, – ему стало еще больше стыдно.

А девушка только улыбнулась и сказала ему на ухо:

– Антон и Ханин имеют право выхода за город. Им двойные пайки полагаются. Да моя одна. Так что у нас было пять паек на четверых. Кое-что меняли. Например, тушенку на молоко. Тебе молоко нужно было, чтобы кашу варить. На воде оно, сам понимаешь, не то. Ну, лекарства иногда доставали. А так… Ханин много чего контрабандой протащил. Он очень с тобой хочет поговорить, и я его сегодня обрадую. Ты не бойся, он хороший человек. Он старший лейтенант. Военно-морской офицер. Он сюда роту курсантов дотащил, считай, на своих плечах. И только одного потерял… Он правда хороший.

Чуть удивленный такой теплотой к нему совершенно незнакомых людей Алексей спросил:

– Кто он?.. Ну, кем он работает? Охранник? Раз выходит за пределы города?

Девушка, казалось, слегка обиделась.

– Ни Антон, ни Ханин не охранники. А Ханин вообще на них неровно дышит. Он командир поискового отряда. Да его весь город знает! Они же… поисковики. Они город кормят! Как ты его не знаешь?

– Я долго здесь не был, а до этого… не до того было. А Антон? Он тоже поисковик?

– Нет. Он не поисковик. Хотя иногда он именно в их роли выступает. Он раньше метеорологом был. А сейчас всем понемногу занимается. Он и карты составляет, и план отвода вод и укрепления дамб. Он электричество делает для всего города. Это же именно он генератор починил в управе и запустил его…

…Генератор…

…Стрельба… вспышки в окнах здания управы… Все здание темно, и только площадь освещена. А по площади бегут… многие лежат. Все стреляют. И те в управе, и наши…

– Надо вырубить этот чертов генератор! – Мялов из-за бетонного блока кричал ему, Алексею. – Или расстрелять лампы! Давайте бегом! Мы же как на ладони. Скоро к ним подкрепление с окраины подойдет!..

…Побежал, побежал, побежал… Взрыв, скамейка, кровь… Свет, яркий свет. Свет, выжигающий мозг… Генератор…

Алексей очнулся и понял, что пропустил многое из того, что говорила Она. Переспрашивать не стал. Некрасиво это.

– Ты изменилась, – сказал он, перебивая с улыбкой, девушку.

Она усмехнулась и сказала горько:

– Ты бы тоже изменился… если бы прошел то, что я прошла. Но сейчас у меня все хорошо. Даже несмотря на все вокруг, я довольна. Мне чуть-чуть для счастья не хватает.

– Чего? – спросил, улыбаясь, он.

– Водопровода с горячей водой, – сказала она и засмеялась.

Он тоже засмеялся. Если бы ему для счастья не хватало бы только этого! Хотя что ему было надо для счастья, он не знал. В тот момент ему казалось, что он и так счастлив.

– Ты знаешь, я о тебе часто вспоминал, – сказал он, продолжая улыбаться. – И когда из Питера выбрался… и потом. Мне казалось даже, если бы я остался тогда, несмотря на то что ты меня выгнать все норовила, многого не произошло бы.

Девушка, улыбаясь сама себе грустно, покивала.

– Да, – согласилась она. – И у меня… Но тогда бы я Антона не встретила.

– Ты его любишь?

– Да, – уверенно сказала девушка. – И я ему очень благодарна к тому же. Он меня из такого… вытащил. Помог забыть все.

– Хорошо… – кивнул Алексей.

– Что хорошего? – вздохнула она и попросила девочку налить еще чаю Алексею. Когда тот отпил, она сказала с грустью: – Мне Питер так часто снится.

– А мне мама… – сказал Алексей.

Девушка, помня историю молодого человека, промолчала. Грусть наполнила их и не покидала души, несмотря на солнечный день.

Посидев с полчаса, они поднялись и под руку прошлись по двору. Алексей без помощи девушки не сделал бы и шагу самостоятельно. Она всеми силами поддерживала его, помогая делать шаг за шагом. В конце концов они чуть не завалились возле подъезда. Странно, но эта общая неуклюжесть развеселила их. Девочка возле огня смотрела серьезным взглядом на мающихся и балующихся дурью взрослых.

Назим в своем пятнистом комбинезоне выглядел более чем нелепо. Ханин уже не раз ему говорил, чтобы нашел себе по размеру. Сам тощий, мелкий, а таскает такую хламиду. Назим отмахивается и только говорит, что он в ней внушительнее выглядит. Вот и сейчас сидит, точно курица нахохленная. Водит прутиком по земле и что-то говорит далеко уже не детским голосом. Сзади него его ребята. Кто-то курит, кто-то так сидит, Назима слушает. Бойцы Ханина на правах хозяев в охранении по периметру «поляны сходов».

– …Вот здесь не пройдете, даже не думайте. Я тоже хотел, но сунулся, и чуть не засосало. Глина размокла, в болото превратилось все там. И по этому болоту только на лыжах и пройдешь. Вот здесь пройдете, только осторожнее надо быть. Вот тут деревушка, в ней старички-лесовички добрые живут. Нам в спину дробью засадили. Ну, мы ясно, связываться не стали, ушли.

– И правильно, – сказал Ханин, запоминая карту.

– Так что осторожнее.

– Я поговорю с ними, когда проходить буду, – заверил Назима Ханин.

– Как хотите, командир…

Ханин уже давно не был его командиром, но поправлять бывшего курсанта не стал. Хорошо хоть господином старшим лейтенантом не называют.

– А здесь? – спросил Ханин, тоже прутиком указывая на точку на рисунке.

Назим хмыкнул:

– А здесь наши с вами старые знакомцы ползают. Не суйтесь севернее. Их поисковики взводами ползают, на транспорте, и все вооружены до зубов. Видал я у них и гранатометы, и многое другое.

– Нам бы хоть один транспорт.

– Да этого дерьма кругом навалом, – зло взмахнул руками Назим.

– Топливо… – заметил Ханин.

– И это найти можно. Сами ж знаете. Тока ведь опять пригоним, а у нас господин мэр машинки-то и отберет.