Пробуждение - Егор Аянский

последовательность психоделических картинок продолжала напрямую транслироваться в его мозг и остановить ее было попросту невозможно.

А затем спящий конструкт актировался…

Яков Натанович брел по портальной пещере, словно зомби. Голова полностью очистилась от повседневного хаоса мыслей и теперь его вело вперед лишь задание, которое диктовал ментальный червь:

Отключить аварийный генератор! По возможности избегать встреч с менталистами.

В какой-то момент перед ним возник бронированный люк с электронным замком. Ученый отсканировал сетчатку единственного глаза, терпеливо дождался, пока откроются створки и двинулся дальше. Расположенные под потолком тоннеля камеры опознали его, как своего и не подали сигнала тревоги.

Эдельштейн беспрепятственно преодолел полукилометровый коридор и наконец-то вышел в основное здание. Здесь он немного постоял, размышляя, как ему лучше поступить, а затем направился к лестнице.

Примерно через пять минут он оказался возле серебристой двери технического помещения, где находился аварийный генератор. Последний не мог долго обеспечивать энергией всю базу, а потому на нем были завязаны лишь жизненно важные системы и узлы безопасности. Включалось устройство автоматически, во время перебоев с электроэнергией.

И вот здесь его ждал неприятный сюрприз в виде вооруженного часового.

— Вы, случаем, не заблудились? — участливо поинтересовался тот.

Яков Натанович замер, обрабатывая поступившую в мозг информацию. Нужно было найти способ ликвидировать препятствие, не поднимая шума, и при этом самому остаться в живых.

— Внеплановая проверка руководства. Распишитесь в ведомости, — он вытащил из кармана ручку-шприц с парализующим ядом.

— А где сама ведомость? — произнес охранник, машинально протянув руку к предложенному предмету.

Ответа на этот вопрос он не получил. Острый металлический кончик коснулся его запястья, а уже через секунду тело парня задергалось в коротких судорогах. Ученый помог ему мягко опуститься на пол и затащил внутрь помещения.

Теперь нужно было отключить аварийный генератор. Эдельштейн внимательно изучил схему питания, после чего перевел тумблеры в нижнее положение и извлек все имеющиеся предохранители. Червь довольно шевельнулся в сознании, отдавая очередную команду:

Подать сигнал об успешном выполнении задания! По возможности избегать встречи с менталистами.

Получив новый приказ, Эдельштейн вернулся в коридор и начал подниматься наверх. Выбраться с подземного объекта можно было двумя способами: через центральный КПП, либо же на стареньком запасном лифте.

Первый выход охранялся дежурным нарядом и потому сразу был забракован. Среди их состава почти гарантированно мог попасться психокинетик.

Второй контролировался одним-единственным постовым, а значит шансы, что он окажется менталистом были на порядок ниже. Так что Яков Натанович выбрал этот вариант.

Окрестности секретной базы Структуры. В это же самое время.

— Твою мать! Кто из вас догадался поставить портальный маяк на болоте?

— П-простите, Ваше Высочество, — проблеял худощавый мужчина в камуфляже. — Здесь везде такая почва. Дикая п-природа, все-таки…

— Ладно, проехали, — Демидов-младший брезгливо поморщился, разглядывая покрытые липкой грязью дорогие ботинки. — Где командир с докладом?

— С-секунду… — встречающий снял с пояса рацию и быстро затараторил. — Второй, второй — это южный пост. Как слышите?

— Говори, — донесся ответ.

— Прибыл Его Высочество. Желает узнать обстановку.

— Сейчас буду.

Виталий одобрительно кивнул напуганному бойцу и облокотился на ствол высокой сосны. По большому счету это была его первая операция вне городских стен, а потому он сильно волновался, несмотря на сопровождение отряда спецназа Тайной полиции.

Масла в огонь подливало отсутствие деда, на которого парень привык полагаться в критические моменты. Старик утром слег с приступом ревматизма и не смог принять участие в захвате.

С другой стороны, именно такие жесткие условия могли показать, кто есть кто на самом деле. И сегодня мечта принца доказать свою полную самостоятельность, как никогда близка была стать явью.

— Здравия желаю, товарищ капитан! — раздалось за спиной.

Виталий вздрогнул, узнав манеру разговора полковника Буторина. Единственный человек в Тайной полиции, который отказывался называть его «Высочеством». По уставу он действительно имел право выбрать форму обращения по званию, и это жутко бесило юного начальника розыска, поскольку прямо указывало на серьезное отставание в части боевого опыта.

А еще этот грубый мужлан был любимчиком деда…

В свою очередь матерый вояка тоже не питал особого уважения к юному выскочке. Он считал, что принц слишком рано занял свой пост и не обладает необходимым набором качеств для руководства целым направлением в такой серьезной организации, как Тайная полиция.

И все же, несмотря на обоюдную неприязнь, прямо сейчас Демидов-младший был рад присутствию этого человека. Буторин слыл превосходным тактиком и являлся опытнейшим командиром. Именно ему сегодня предстояло руководить штурмовой группой, и именно от его решений зависел конечный успех операции.

— Здравия желаю, Алексей Игоревич, — выдержав длительную паузу, обернулся Виталий. — Доложите обстановку.

— Обстановку? А что именно вы подразумеваете под таким широким словом, товарищ капитан? Хотите узнать температуру на улице? Скорость ветра? А может атмосферное давление?

Принц стиснул зубы, но выдержал подколку:

— Спасибо за подробный лингвистический разбор моей фразы, но я имел ввиду ваш план действий в предстоящей операции.

— А-а-а, — с понимающим видом кивнул полковник. — Точность формулировок наше все, не правда ли?

Он окинул взглядом палаточный городок, заметил небольшой походный столик и указал на него Демидову:

— Пройдемте.

— Значит так, — Алексей Игоревич расстелил на деревянной поверхности карту местности и начал водить по ней карандашом. — По вашей команде мы отрубим электричество и одновременно откроем восемь крупных порталов по всему периметру. Через них сюда войдут уже включенные передвижные излучатели и…

— Восемь? — перебил его принц. — Зачем так много? Вы представляете объем потраченной фали на их транспортировку! Да каждая из этих машин весит не меньше четырех тонн!

— Восемь таких устройств позволят нам точечно блокировать отдельные участки местности узкими плотными лучами. Во время захвата могут возникнуть ситуации, когда нам нужно будет изолировать отдельные области и оставить нейтральные участки для маневров наших бойцов. К тому же мы не имеем подробных чертежей базы, а значит не можем быть до конца уверены, что охватим все доступное подземное пространство. Вы знаете, какова максимальная глубина объекта?

— Точно неизвестно, но думаю где-то метров четыреста…

— Ну вот видите, товарищ капитан? Не будь у нас ограничений по фали, я бы их сюда целую дюжину загнал.

— Ладно, понял, — кивнул Виталий. — Восемь будет в самый раз. Дальше?

— А дальше все зависит от того, сможет ли ваш хваленый шпион обесточить базу изнутри, — развел руками полковник. — Мои ребята обкатанные, свое