Дроны не лгут - Алексей Снегирёв

Она сначала всхлипывала, а потом попросила: «Дай автомат!». Я был готов ей отдать всё, что угодно, хоть рельсотрон, хоть ядерную боеголовку, если бы она у меня была, лишь бы не рыдала.

Заноза прижала к груди моего «Соколова», который на её фоне был огромным, и заявила:

– Пойду этих тварей валить!

С трудом из путанных объяснений я уловил, что Затор забрал мое жилье для себя, так как в апартаментах командира базы он жить не хотел и считал их только кабинетом. К несчастью, когда он ворвался в мою квартиру, там оказались Заноза с Училкой. Капитан попытался изнасиловать Занозу, но ту спасла Училка, отбросив урода с девушки. Заноза успела убежать, а вот Училке преградила путь Альбина, любовница Затора, которая позвала подручных сержантов. Училка вырваться не смогла и сейчас оставалась в плену. Что там с ней делали, Заноза не знала, но всю ночь пыталась починить автомат, чтобы силой отбить Училку у насильников.

Что за чёрт, Караганда?! Командира прислали хуже здешнего контингента – конченый отморозок. А главное – какая наглость изнасиловать девушку благородного! Он реально полагает, что бессмертный? Скорее всего, Затор – умственно больной, а такие особенно опасны. Так как непредсказуемы. Эх, Консул, не получится у меня выполнить твою просьбу… Я так старался, но новая власть на базе сама нарывается – лезет башкой в петлю.

– Остаешься здесь! – заявил я Занозе с нажимом. – Ты мне только мешаться под ногами будешь. Я сейчас приведу сюда Училку. Поняла?

– Поняла, – кивнула она, глядя на меня благодарными глазами. – Автомат не отдам!

– Хорошо, – я показал, как снимать с предохранителя, – стреляй только одиночными. Этого будет достаточно. Тут бронебойки прошивают любую броню. Второй выстрел не нужен. Поняла?

– Поняла, – твердо ответила она.

Я её поцеловал и пошел за Училкой. Все-таки Стас – дебил, зря я на него ставку сделал, всё просрать двум квадам обычных наглых беспредельщиков – это надо постараться! Лишь бы уроды не убили Училку, а от остального вылечим.

Я быстрым шагом преодолел расстояние до основного жилого корпуса базы, нагло прошел мимо поста охраны, зло кинув на ходу:

– Твари, есть ко мне вопросы?

Сержанты молча проводили меня тревожными взглядами, держась за свои автоматы, и на оскорбление никак не отреагировали. Очевидно, балимцы уже выходили из здания, и они понимали, что начинается что-то нехорошее. Лезть на рожон уже не смели.

Я добрался до своей квартиры и забарабанил в дверь.

– Кто там? Пошел вон, собака! – ответил мне из-за двери писклявый женский голос.

– Это моя квартира, – я сказал громко, чтобы было слышно с той стороны.

– Пошел вон! Затор тебя сгноит, собака! – опять ответила дамочка.

Ну, ладно. Я достал плазменный нож и срезал петли. Толкнул дверь, и она завалилась внутрь. Крашеная блондинка в нелепом кружевном пеньюаре отскочила от проёма и смотрела на меня испуганными глазами.

– Ну и где Затор? – рыкнул я на неё, и она шарахнулась в сторону. Командира базы в квартире не оказалось. Я шагнул в свою спальню, которую, видимо, забрал себе капитан, так как везде валялась его одежда, и сразу увидел Училку. Она спала на полу, прикованная наручниками к батарее. Пьянущая в хлам.

Я её осмотрел, блузка разорвана и задрана к рукам, но лиф на месте, я приподнял ей юбку, трусы тоже на месте. Попытался разбудить, но она лыка не вязала. Разрубил ножом наручники, аккуратно срезал браслеты с запястий. Когда её воздетые к батарее руки упали вниз, то увидел посиневшие локтевые сгибы со следами уколов, девушке ставили какие-то препараты, она, очевидно, упиралась, и уроды истыкали ей все руки в попытках попасть в вену. Синяки получились знатные.

Я огляделся и нашел в углу разные ампулы и шприцы, все сграбастал и сунул в карман разгрузки. Взвалил Училку на плечо и пошел на выход. По дороге увидел в одной из комнат ящики с нашей водкой. Ба, нашлась пропажа!

На выходе меня поджидали баба капитана и незнакомый сержант, скорее всего, из числа его людей.

– Это он вломился в мою квартиру! – заорала дамочка и указала на меня вояке.

Я дошел до них и уперся взглядом в бойца, увидел его шеврон парамедика и логично предположил, что он может быть причастен к нынешнему состоянию Училки.

– Ты ставил уколы военнослужащей?!

– Ну я и что? – сержант навел на меня ствол автомата.

– Господин.

– Что господин? – переспросил он с наглой улыбочкой.

– Ты должен говорить: «Ну я и что, господин?».

Его реакции на свои слова я ждать не стал. Плазменный нож взлетел из моей руки вверх и отрубил ему голову. Тело завалилось на блондинку, и ей в лицо хлестануло кровью из шейной артерии. Она заверещала. Его голова упала мне прямо в руку, я автоматически передал её даме капитана, буркнув: «Подарок для Затора» – и пошел прочь из здания. Сам я тоже испачкался в крови, да и Училку чуть задело кровавым фонтаном.

Сержанты на выходе попытались меня остановить, но плазменный нож, зависший у одного из них перед носом, быстро угомонил их внезапное желание поработать.

– Куда ты её тащишь? – спросил один из сержантов.

– Господин к вопросу добавь, я – баронет, – я перевел нож к его зрачку, – или сейчас глаз вырежу.

– Куда вы её тащите, господин? – медленно, почти по слогам, произнес сержант, замерев от близости смертельного оружия.

– На судмедэкспертизу. Проверить. Она могла быть изнасилована и обколота наркотой. Передай Затору, что его жизнь напрямую зависит от результатов этой экспертизы.

Выходя из здания, я не сводил с сержантов глаз: я-то в броне, а вот Училка – нет, и если шмальнут из автомата, то могут зацепить. Пришлось двигаться боком, я не хотел неожиданностей.

Всё! Я в своем праве. И под присягой, и под гипнодолом дам показания, что сержант признался в преступлении, навел оружие на офицера в ситуации, когда угрозы его жизни не наблюдалось. Плюс к этому еще и не проявил должного уважения к аристократическому статусу. Любой суд мне это убийство простит. Так что Консул пока может мною гордиться. Но всё изменится, если будущее расследование покажет состав преступления, поэтому лучше