Волков-блюз - Эльдар Фаритович Сафин

лифтам повезли куда-то, потом сволокли с каталки как куклу, стащили платье.

– Белье не снимай, если документы не привезут, платье обратно наденем и выкинем на улицу, – глухим, словно бы пропитым голосом говорил кто-то сзади. – Штаны тоже не надо, только рубаху пока.

Потом ее положили на каталку и притянули к ней в плечах, на поясе и над коленями. Дальше отвезли в полутемную комнату и оставили там.

Некоторое время ничего не происходило, а потом Айранэ начала приходить в себя. Вернулись чувства – и первым был страх, а потом поверх наложилась ярость. Эти твари использовали ее! Она отказалась, а они не слушали!

Словно она рабыня из старинных немых фильмов!

Айранэ твердо знала, что, когда отсюда выберется, она им всем устроит такое, что никому мало не покажется. И Славику, и Володиевичу, и мужу – за то, что довел ситуацию до вот этого вот всего!

Она попробовала шевельнуть руками – нормально, слегка двигаются. Нужно было просто дождаться, когда пройдет час. Документы, конечно же, не привезут, – а значит, ей вернут платье и выставят на улицу.

Айранэ глубоко вздохнула и вдруг призналась себе: она не будет ждать этот час.

Она нащупала сквозь ткань больничной одежды металлический предмет, спрятанный за боковиной трусов. Затем понемногу, по сантиметру, начала подтягивать длинную рубашку вверх. Затем вывернула край трусов, нашарила приклеенный на скотч – как сказал врач? Скарификатор?

Постаралась вспомнить, как его держать, – но, не имея возможности увидеть, все равно ошиблась и порезалась, когда вынимала из-под скотча.

Потом обнаружилось, что «перерезать ремни» отнюдь не так просто, как это, видимо, представлял безымянный Володиевич: при всем старании это заняло у Айранэ не менее пяти минут на каждый ремень.

Первый – который у пояса. Второй – по плечам. Пока занималась вторым, уронила лезвие, запаниковала, но оно упало на каталку, а не вниз. Нашла, допилила.

Потом уже села и сидя дорезала третий ремень.

Огляделась: это была не палата, а кладовка. Вдоль стен – стеллажи с какими-то мешками, емкостями, ящиками.

Под потолком – небольшое окно, из которого в комнату проникало немного света.

Айранэ встала, размяла затекшие ноги, затем покачнулась – она все еще ощущала слабость, не выздоровела полностью после отравления. Куда, куда она лезет? А как мог Володиевич дать согласие на такое, он ведь доктор, он же не имеет права, или у мужчин нет клятвы, требующей беречь жизнь пациентов?

Дверь была закрыта, но рядом нашлась кнопка, нажав которую Айранэ открыла ее. Выглянула; снаружи оказался длинный коридор, с одной стороны – окна, высокие, в женский рост, с другой – редкие двери с картинками. На ближайших были заяц, мышь, волк.

На каждой на уровне головы зарешеченное окошко; заглянув внутрь палаты с мышью, Айранэ обнаружила там, в глубине, усердно отжимающуюся мускулистую тетку из низших с изуродованным шрамом лицом.

За мгновение до того, как тетка подняла на нее глаза, Айранэ отпрянула. Это точно был не тот взгляд, которому стоило давать себя обнаружить.

Вдалеке послышались шаги, пришлось быстро вернуться на склад и спрятаться между ящиков: ложиться на каталку не имело смысла, срезанные ремни выдали бы ее с головой.

Можно было попробовать доказать, что она не больна, пришла в себя, но к чему это приведет, Айранэ не знала и рисковать – без крайней нужды – не собиралась.

Звук шагов, к счастью, уже удалялся – не быстро, но уверенно, целенаправленно. Судя по всему, тетка в палаты не заглядывала и двигалась по коридору дальше.

Айранэ выскользнула из комнаты – в десятке шагов перед ней шла низшая в форме младшей сестры самообороны, с длинной угрожающего вида дубинкой на поясе. На голове у нее были наушники, и тетка чуть покачивалась в такт музыке.

А на плече, чуть ниже сержантской нашивки, из небольшого карманчика торчал пластиковый ключ-пропуск.

Вряд ли это был докторский ключ, но, с другой стороны, искать доктора Айранэ точно не собиралась. Она догнала тетку, попробовала достать пропуск – с первого раза не вышло, он слишком плотно сидел в кармашке, и пальцы соскользнули.

Второй раз дернула резче – и пропуск оказался у нее в руках.

Тетка встала, – видимо, движение оказалось достаточным, чтобы отвлечь ее от музыки. Айранэ замерла позади нее.

Тетка, не снимая наушников, медленно, всем телом начала поворачиваться – Айранэ сдвигалась вместе с ней. Но, не закончив поворота, тетка покачала головой, развернулась обратно и пошла прочь.

Айранэ выглянула в окно и мысленно застонала. Это был один из верхних этажей тринадцатиэтажного здания ЦБ! Она даже вспомнила, как ее, совсем мелкую, из Ржева возили сюда, в столицу, чтобы на третьем этаже, в детской хирургии, разрезать сросшиеся два пальца на ноге.

Окно, под которым шиповник? Сирень? Айранэ поняла, что не помнит. Она, вообще-то, не собиралась сюда лезть; когда Слава Витиевич рассказывал свой план, он должен был хотя бы повторить!

Внизу выстроились какие-то деревья, совершенно одинаковые, среди них выделялась алыми гроздьями только рябина.

«Оно», – поняла Айранэ.

Внезапно звук шагов вдалеке смолк. Пришло осознание: охранница сейчас попробует выйти, поймет, что пропуска нет, и вернется!

Подбежав к нужному окну, Айранэ обнаружила, что у него нет механизма для открытия.

– Как вы так готовитесь, а? – пробормотала она.

А потом увидела, что на откосе слева выделяется небольшая площадка – такая, к которой обычно прикладываются ключ-карты.

Она приложила свой – в окне что-то щелкнуло.

И тут же луч света попал ей прямо в глаз. Айранэ прищурилась и увидела – в паре кварталов, на пятом или шестом этаже офисного здания, ей сигналят из окна зеркальцем.

Она махнула – мол, давайте сюда.

В следующий момент на стекла снаружи наступили два громадных – размера сорок шестого, не меньше – ботинка, в стекло уперлась присоска, и створка тут же открылась наружу.

Айранэ едва успела отодвинуться в сторону, как мимо нее в больничный коридор залетели четверо мужчин, низших, затянутых в темно-зеленый камуфляж, нелепый на фоне светлых больничных стен, с ног до головы.

Последний бросил на пол какую-то коробку, схватил Айранэ за талию, отклоняя голову – мол, держись за шею.

И она вцепилась в него, скрючившись, потому что мужчина, как и большинство низших, был меньше ее на две головы.

Он расстегнул одну из строп своего снаряжения, бесцеремонно обмотал талию Айранэ, потом совсем уж нагло продел кусок стропы между ее ног, задирая рубашку, и закрепил его на поясе. Затем карабином сцепил свое снаряжение с ее импровизированными «трусами» из строп.

В следующий момент он вместе с