Космотехнолухи. Том 1 - Ольга Громыко

К Станиславу с обеих сторон, ловко оттеснив киборга, подсели две очаровательные альфианочки и стали наперебой расспрашивать гостя о человеческих обычаях, причем незаметно углубились в такие дебри, что капитан предпочел бы шебские. Дэн, зараза, не только не вмешивался, а слушал с тем же, если не с большим интересом. Капитан попытался перевести тему, задав вопрос об альфианских исследованиях на Хавааре, но уже через пять минут горько об этом пожалел. Девицы оказались биологами и принялись так упоенно вещать про «ценопопуляции», «фитогенные поля», «контагиозное распределение» и «трансбиотические взаимовлияния», что у Станислава появилось жуткое ощущение, будто Полина раздвоилась и мутировала.

Следующая попытка вырваться из очаровательного капкана оказалась удачнее:

— Может, у алькуявцев есть запасной спутник? Мы могли бы помочь вам с его установкой и калибровкой на орбите.

Чай, как Станислав и думал, оказался препаршивый, но капитан из вежливости сделал несколько глотков. Аппетит, впрочем, эта горькая черная гадость действительно крепила: ее хотелось срочно чем-то заесть.

— Большое спасибо за предложение, но в данный момент спутника нет и, надеюсь, он не скоро появится, — загадочно ответил Дуус и тоже без энтузиазма отхлебнул из своего бокала. Видать, низкомолекулярная пища успела осточертеть альфианам хуже горькой редьки или, как выразилась бы команда «Сигурэ», яиц бирюзовых клуш.

— А как же вы без него?

— Ничего страшного, самое важное вы нам уже привезли. Наши исследования подходят к концу, через два месяца за нами прилетит корабль компании. Он несколько раз тут бывал, найдет базу и без спутника.

Капитан покосился на девиц, которым не терпелось снова заграбастать его внимание, и поспешил развить тему:

— Интересно, зачем он вообще кому-то понадобился? Ради алькуявской технологии связи? Но ведь тот, кто ее сдублирует, фактически распишется в краже!

— Видите ли… — Дуус пощекотал себе грудь в знак смущения. — Признаваться в этом крайне неприятно, но… За время контакта с алькуявцами каждая раса хоть по разу… мм… позаимствовала их спутник и убедилась, что воспроизвести его невозможно. В основе устройства лежит сложная паутинная структура, формирующаяся вокруг нейронной сети алькуявца в течение всей его жизни. Скелет его мозга, если можно так выразиться. Когда алькуявец умирает, его мягкие ткани быстро разлагаются, а «скелет» крайне осторожно очищают, консервируют и встраивают в прибор. Поэтому алькуявский спутник фактически… как там на интерлингве… саркофаг. Каждый из них уникален, и аль-связь с ним может установить только его потомок, в данном случае — Первый Главный.

— Ого, — уважительно сказал Станислав. — Тогда понятно, почему он такой сердитый.

— Разве? — удивился Дуус. — По-моему, Первый Главный был преисполнен скорби и непривычно общителен. Он явно нуждался в дружеском утешении, но у алькуявцев это не принято.

— Я бы вообще не назвал их болтунами, — не сдержавшись, заметил Станислав.

— Да, наши соседи не слишком разговорчивы, — согласился альфианин. — Однако они наверняка высоко оценили ваш забавный визит, который хоть ненадолго развеял их печаль.

— Забавный? — уязвленно переспросил капитан.

— Конечно, вы же сели на их… — Дуус снова замешкался, подбирая нужное слово, — место для игр молодняка.

— Детская площадка?

— Песочница, — услужливо подсказал Дэн более емкое слово.

— Верно! — Альфианин с благодарностью глянул на киборга.

— Но мы не видели в поселке ни одного ребенка, — удивился Станислав, — в смысле маленького доношенного алькуявца.

— Они появятся только через несколько лет, когда колония разрастется и окрепнет. Но многолапые любят шалить и резвиться даже больше мозговитых, причем всю жизнь.

— Так «песочница» сделана специально для них?

Дуус кивнул и неуверенно, сомневаясь, насколько вопрос тактичен, уточнил:

— Получается, многолапые что-то вроде ваших киборгов? Вы ведь тоже специально порождаете неполноценных особей для выполнения тяжелой физической работы?

Капитан замешкался, и Дэн спокойно ответил за него:

— Да. Только для нас не делают песочниц.

Дуус надолго задумался, «смакуя» коктейль, и виновато признался:

— Боюсь, мне этого не понять.

— Мне уже тоже, — искренне сказал Станислав.