Книга Азраила - Эмбер Николь

знала, что эта сцена навсегда останется в моей памяти. Вместе с осознанием ко мне пришло разочарование.

Чертов Лиам.

– Пожалуйста, не останавливайся, – простонала женщина.

Последовал грубый ответ, от которого меня едва не стошнило.

Я умерла, и это мое наказание. Это хуже, чем Ясулин. Я вскинула руки и отвернулась, чтобы не видеть очередной толчок его бедер. Не знаю, как я оказалась в воспоминаниях Лиама. Это невозможно, если только не…

Я замерла. Осознание происходящего молниеносно пронзило мой разум. Я в чертовом «кровном» сне! Я отчаянно мотала головой, закрыв глаза руками.

– Нет, нет, нет, нет…

Я опустила руки, глядя на шрам на своей ладони. Небольшой тонкий след пересекал ее наискосок, и я знала, что у Лиама был точно такой же. Но если бы это было причиной, я бы попала в его память раньше, тем более что я вздремнула во время поездки в конвое. Что, если он покормил меня? Моя грудь сжалась. Неужели я была так близка к смерти? Он накормил меня, чтобы я осталась в живых?

– Ты идиот! – я пнула кровать, на которой Лиам и эта загадочная женщина, кем бы она ни была, меняли позицию. – Зачем ты так поступил? – прошептала я, выдавливая слова.

Это был недостаток нашего вида. Если я выпивала слишком много крови или съедала кого-то, фрагменты их воспоминаний просачивались в мои собственные. Я не могла контролировать «кровные» сны и ненавидела образы и эмоции, которые их сопровождали. Именно поэтому, среди прочего, я старалась не пить кровь. К счастью, сны длились недолго, и, судя по звукам, доносившимся из постели, я была почти уверена, что все скоро закончится.

Я огляделась, задаваясь вопросом, почему это воспоминание было для него таким важным. Я понимаю, что он мужчина, но обычно воспоминания в «кровных» снах были чем-то, что сильно влияло на их обладателя. В основном все то, что я видела, было действиями или чувствами такой эмоциональной силы, что они становились частью личности. Может быть, причина в этой загадочной женщине? Была ли она давно потерянной любовью, или, может быть, бывшей женой? Но у Лиама на руке не было знака Ритуала Дисин, а значит, он не был женат.

Я почувствовала, как моя грудь сжимается при мысли о том, что Лиам вступает в брак, но прежде, чем я успела осознать эту эмоцию, двери позади меня распахнулись, и в комнату вошел высокий мужчина. Я знала этого человека. Его длинные заплетенные волосы были украшены яркими драгоценностями. Я уже привыкла к светящимся линиям, тянущимся вдоль его рук и шеи, и к глазам, сияющим голубым пламенем. Так выглядели все члены Лиги. На Логане было нечто, напоминающее одновременно тунику и боевые доспехи. Одна сторона его груди была обнажена.

– Самкиэль! Прошу прощения, но твой отец скоро будет здесь, – сказал Логан, закрывая двери и шагая сквозь меня, словно я была призраком.

Он отбросил в сторону прозрачные занавески вокруг кровати, и женщина ахнула, возмущенная таким бесцеремонным вторжением.

Я оторвала взгляд от Лиама, когда до меня дошли слова Логана. Сюда направлялся отец Лиама. Я знала, что нахожусь в «кровном» сне, но мысль о том, что я увижу его своими глазами, наполняла меня беспокойством. Каден рассказывал истории о том, какими могущественными и жестокими были боги. Одно прикосновение могло превратить живое существо в пыль, а их гнев мог заставить дрожать сами звезды. Их оружие обладало большей силой, чем солнце, и больше всего они мечтали направить его против нас.

– Ты должен был отвлечь его, Нефри, – сказал Лиам хриплым голосом.

Итак, Нефри – настоящее имя Логана.

Лиам слез с кровати, обернув вокруг бедер простыню, что не помешало нам с Логаном хорошенько рассмотреть все его достоинства. Почему я не удивлена, что и там у него не было недостатков? Почему нельзя было сделать «его» маленьким, а не полноценной третьей ногой?

Я открыто рассматривала его, решив, что грех не воспользоваться случаем. Лиам был великолепен, и все же в «кровном» сне он был другим. Он не был тем Лиамом, которого я знала. Он казался более счастливым и менее раздражительным, но все таким же дерзким и самоуверенным. Лиам из Раширима был моложе и беззаботнее, в его ауре чувствовалось высокомерие.

В отличие от момента, когда я впервые его встретила, сейчас его идеальные скулы оттеняла лишь небольшая щетина – не было и намека на ту ужасную длинную бороду. Его темные волосы тяжелыми волнами струились по сильным плечам. Он буквально излучал здоровье, молодость и жизненную силу. Его глаза серебрились, как расплавленная ртуть, и каждый раз, когда он двигался, их сияние бросало отблески на его кожу. Казалось, его необъятная сила искала выхода на волю. Теперь я понимала, почему я всякий раз так явственно чувствовала его присутствие. Он был не просто могущественным. Он сам был силой.

Лиам сделал шаг к Логану, не отрывая взгляд от двери.

– Сколько времени осталось до его прихода?

Может, дело в том, что у меня уже месяц не было секса, но голый Лиам был чертовым произведением искусства. Я бы никогда в жизни в этом не созналась, но, глядя на него полуголого, я чувствовала, как у меня текут слюнки, сжимается сердце и напрягаются соски. Было бы глупо отрицать мою физическую реакцию, но это ничего не меняло. Он по-прежнему оставался ублюдком.

– Я сделал все, что мог. Я даже заставил нимф сыграть небольшое представление, – сказал Логан, указывая на закрытую дверь позади него.

Лиам похлопал своего друга по плечу, направился к столу и налил в кубок какой-то золотой напиток.

– Я пропустил очередную церемонию награждения, так что он наверняка будет в дурном настроении.

– Еще одна церемония, Самкиэль? – спросила женщина все еще хриплым от удовольствия голосом.

Она спустила ноги с кровати и встала. Мягкий свет золотил ее бледную кожу, и она излучала совершенную женскую красоту. Ее великолепные длинные светлые волосы струились по плечам и спине, а ниспадающие вперед локоны едва скрывали мягкую выпуклость ее груди. Я была свидетельницей их дикой любовной игры, но ни одна сияющая прядь не растрепалась и не пострадала.

Я вскинула руки и воскликнула:

– Вы, должно быть, шутите. Неужели тут все идеальны?

Стало только хуже, когда она повернулась и грациозно направилась к стулу, приподняв длинное вышитое платье. Каждое ее движение было воплощением поэзии, мягкий струящийся свет ласкал ее тонкие женственные изгибы. Светящиеся линии, украшающие ее изящное тело, совпадали с линиями Логана. Удивительно, что она была Небожительницей – в ней было все, чем должна была обладать богиня, сногсшибательная с головы до ног.

– Здравствуй, Имоджин. Выглядишь восхитительно, как и всегда, – сказал Логан, подмигивая ей.

– Спасибо, но восхитительно я выглядела примерно час назад. Самкиэль позаботился о том, чтобы это