Реликт - Василий Головачёв

и ничего с этим поделать нельзя. Мать всегда будет переживать за сына.

В тот же день он встретился с Дивием на птицеферме: старейшина общины осматривал недавно построенный комплекс и беседовал с директором фермы. Влад поздоровался с обоими, выслушал доклад директора о запуске комплекса на полную мощность. Задавать лишних вопросов не стал, поскольку Дивий наверняка задал их раньше.

Они прошлись по ферме, вернулись к воротам. Директор выжидательно посмотрел на Велича, но тот сказал только одно слово: «Хорошо», – и директор удалился.

– Есть новости? – спросил Дивий.

– Нет, – коротко ответил Влад.

Ясен не отвечал на мысленные вызовы уже три дня, и это обстоятельство наполняло душу смутой и тревогой. Хотя Влад чувствовал, что сын жив.

– Он жив, – кивнул Дивий. – Я тоже чую это. Ясен – продукт завершения формирования человеческого разума, возможно даже, зачинатель новой расы, идущей вслед за файверами. Из него должен вырасти объединитель и оператор, каким когда-то был ты.

– Мои возможности скромнее. Он должен пойти дальше.

– Пойдёт. Надо ждать.

– В том-то всё и дело, что времени уже нет ждать. Началась системная деформация и деструктуризация пространства резервации, и она не остановится. Вода превращается в кристаллический студень, землетрясы случаются всё чаще…

Словно в ответ на слова Велича земля под ногами вздрогнула, породив низкий стонущий гул.

В курятниках фермы закудахтали куры.

Из открытых ворот ближайшего курятника выбежал петух, ошалело заметался. За ним бросились две девушки-работницы в белых халатах.

Влад понаблюдал за их попытками усмирить горластую птицу, включил мысль-волю.

Петух повернул к мужчинам, остановился напротив старосты, поклонился несколько раз. Во всяком случае, выглядело это так.

Девушки догнали крикуна, схватили на руки, понесли обратно в курятник.

Дивий оценивающе посмотрел на собеседника.

– Не наигрался в детстве?

Влад еле заметно усмехнулся.

– Извини, не удержался. Ты прав, от петуха до космоса дистанция огромного размера.

– Не такая уж и большая, но лучше не демонстрировать свои возможности всуе. Китайскую делегацию ты будешь встречать?

– Кто же ещё?

– Я присоединюсь после церемонии. Ты куда сейчас?

– Я здесь случайно, тебя увидел и завернул. Еду в Судосток.

– На верфь?

– Гонец принёс весть, что верфь готова к сдаче. Да только боюсь, корабли строить нам уже не придётся. Кстати, не понимаю, ведь мы тоже на три четверти состоим из воды, почему же кровь не кристаллизуется?

– Если бы она кристаллизовалась, мы бы с тобой уже не разговаривали, – хмыкнул Дивий. – Кровь людская – не водица, её плотность выше, да и не стоит её считать просто раствором гемоглобина. Кровь – живое существо.

Они пошли к воротам фермы.

Какое-то невидимое облачко набежало на Расий, притушив его блеск.

Влад поднял голову, но облачка не увидел, да и Расий готов был укатиться за Пределы. И всё же тень беспокойства на душе осталась.

– Сквозняк? – поднял брови Дивий, останавливаясь. – Тебе не кажется?

– Ты подсоединился? – недоверчиво спросил Влад.

Он имел в виду присоединение к полю Сил.

Старик покачал головой.

– Магия мне ещё недоступна.

– Но мы уже слышим что-то.

– Знать бы – что.

С околицы посёлка, на краю которого располагалась птицеферма, послышались крики.

Мужчины переглянулись, поспешили выйти за ворота загона, где стояли их кони и ждали сопровождающие воины.

По улице селения мчалась двухколёсная машина – мотоцикл, какими пользовались геяне, управляемая водителем в сверкающем, как расплавленный металл, костюме. На голове у него красовался такой же сверкающий вычурный шлем.

Снова у Влада возникло чувство сквозняка: будто спину лизнул холодный неприятный ветерок.

Мотоциклист лихо затормозил в десяти шагах от дебрян, так, что брызнула струя песка и пыли из-под колёс. Снял шлем, тряхнул роскошными светлыми, почти белыми волосами.

Это была молодая женщина, очень красивая, с чувственными пунцовыми губами и румянцем на щеках. У неё были широкие скулы, длинные чёрные брови вразлёт и неожиданно вишнёвые, почти чёрные глаза.

Несколько мгновений она рассматривала руководителей Дебрянской общины, не обращая внимания на молодых дружинников, перевела взгляд на Влада, угадав в нём старшего по должности.

– Добрый день! – сказала она по-русски, но с отчётливым гортанным акцентом.

– Добрый, – поклонились мужчины.

– Я ищу Влада Велича.

Дивий покосился на спутника.

– Кто ты, путешественница? Случаем, не посланец ли Горана?

– Горана? – Брови незнакомки поднялись.

– Ты не геянка?

– О-о… нет-нет, я родилась в другом месте. Влад Велич – ты. – Она небрежно указала на Влада. – Мой покровитель хотел бы побеседовать с тобой.

– На предмет? – осведомился Влад.

– Он это скажет при встрече.

– Ты не сказала, кто ты и кто твой покровитель.

– Меня зовут Имморта, остальное тебе скажут в обители моего покровителя.

– Разве твой покровитель не едет за тобой?

– Нет, тебе придётся поехать со мной.

Влад и Дивий обменялись