Легенды города 2000 - Оксана Усова

несомненно, был гениальным человеком и, как и все гении, бесповоротно чокнутым. Иначе как объяснить то, что даже с помощью Гефеста мы плутали около часа, потому что карта совсем не совпадала с действительностью?

Что здесь давно никто не жил, было заметно: в отличие от обжитых залов Фортов Сердец, здесь все стены покрывали потеки копоти и склизкой зеленой плесени, а под ногами хрустели косточки мелких животных.

– Здесь не только птица поселится, но и на чарожора наткнуться недалеко, – Полуночница раздула огоньки поярче. – У меня глаз сейчас вытечет от напряжения.

– Когда-то тут все же были и люди, – Антон пнул серый глиняный черепок, и тот с грохотом ударился об пол передо мной, разлетаясь на еще несколько кусков.

– Без лишнего шума не обойтись? – прошипел я, борясь с желанием запустить светляк ему прямо в лицо. Лампочка, которую я забрал у пьяницы, до сих пор лежала у меня в кармане и слабо загудела в знак одобрения.

– Если бы нас хотели попытаться сожрать, то что-нибудь уже случилось бы, – Михайлов зевнул. Нарочно меня выводит, это точно.

С потолка посыпалась затхлая пыль вперемешку с кусочками кладки и щебня. Полуночница обернулась, и с ее губ сорвалось наречие. Над нашими головами будто раскрылся невидимый купол – во всяком случае, на голову и одежду не попало ничего. Потолок мелко-мелко дрожал, и пришлось прекратить движение.

Когда тряска закончилась, Полуночница сделала нам знак рукой, чтобы мы не двигались, и скрылась за углом, на ходу вытаскивая из ножен на левом бедре кинжал с изогнутым лезвием. В правой руке она уже держала пистолет.

– Не нравится мне, что Полуночница пошла вперед совсем одна, – сказала Юля, пригибаясь. – Осторожно, тут балка очень низко.

– Она опытнее нас, – заметил Антон, – и всего на пару поворотов впереди, если что случится, то…

Окончить фразу он не успел, потому что его прервали звуки выстрелов. Один, другой, третий – Полуночница успела выпустить пять пуль к тому времени, как мы подоспели. Далее засияла раскатистая вспышка, и шаровая молния выбила фонтан мелких каменных осколков. Мы дружно закашлялись.

Она зажимала свободной рукой бок и напряженно вглядывалась в коридор, параллельный тому, которым пришли мы сами.

– У меня в сумке аптечка, – не опуская пистолета, сказала Полуночница. – Я в нее попасть смогла всего лишь раз! Зато всадила в бок кинжал… Перевяжите меня кто-нибудь, и дальше пойдем.

Юля отвела ее руку в сторону. Серую футболку словно ножницами распороли, такой же ровной была и рана.

– Я постою на стреме, – сказал Антон, поднимая свой пистолет повыше. – Люмен, если увидишь что-то подозрительное, бей не раздумывая.

– Есть, командир, – с сарказмом отозвался я, притягивая к себе светляки поближе.

В общем, ничего больше в тот день не произошло. Рана в боку оказалась серьезнее, чем хотела показать Полуночница, и кровь никак не желала останавливаться. Под когтями у монстра вполне могла оказаться какая-нибудь инфекция, и мы спешно вернулись домой.

Больница жаров ничем не отличалась от множества подобных клиник на поверхности – несколько диванов, круглые столики и глянцевые журналы. Улыбчивый парень с ресепшн попросил нас немного подождать и набрал на телефоне несколько цифр.

– Тут человек кровью истекает, а мы должны рыбок рассматривать? – раздраженно прошипела Юля, постучав ногтями по стеклу массивного аквариума, который целиком занимал одну из стен. По поводу рыбок красноволосая была неправа: в аквариуме не было ничего, за исключением песка, камешков и воды.

– Это не для рыбок, – все с той же улыбкой проговорил парень, положив трубку. – Там могут подождать те наши пациенты, которые не могут долго находиться без влаги. Госпожа Полуночница, вас ожидает врач.

– Вам придется пока заняться делом без меня, – сказала она, прежде чем закрылись двери за ней и ресепшионистом, который все пытался поддержать ее под локоть. – Но в катакомбы без меня не лезть.

– Смотрите, – Антон внезапно подошел к плазменному телевизору, который был вмонтирован напротив диванов, и прибавил на пульте звук.

– Двое неизвестных в венецианских масках снова терроризируют город, – сообщал с экрана диктор в строгом черном костюме. – За сегодняшнюю ночь были ограблены три банка в районе центра и Первой речки. Камеры наружного наблюдения успели зафиксировать грабителей, но из-за масок личности установить невозможно. Просим граждан быть бдительнее и не ходить по городу в темное время суток в одиночестве. Если вы обладаете какой-либо информацией о местонахождении и личностях данных людей, позвоните по телефону…

– Я нашла в базе адреса людей, которые зачищали гнездо в прошлый раз, – Юля ловко вытащила листы из принтера. – Двое получили перевод по работе в Солсбери, а третья значится пропавшей без вести с марта этого года.

– Готов поспорить, нужно копать именно в этом направлении, – я взял в руки документы и пробежал их глазами. – У пропавшей диплом зоолога. Спорим, она захотела исследовать «птичку», тайком забрала одно яйцо, а та вылупилась голодной?

– Хорошая версия, – заметил Антон. – Вот только эта сирин начала убивать несколько месяцев назад. Если яйцо уцелело с того инцидента, то общий язык они найти смогли.

– К слову об общем языке, – девушка обвела цветным маркером строчку на листе. – Пропавшую звали Алконост. До своего исчезновения она управляла нашим Паноптикумом, и благодаря ее эмпатическому дару монстрообразные жители Фортов, – ох и ловко же она подобрала определение магическому зверинцу! – всегда были спокойны и не мешали друг другу.

Я на мгновение прикрыл глаза, пытаясь сосредоточиться:

– Алконост числится пропавшей без вести уже около четырех месяцев. Это много.

– Нужно навестить ее сестру, – Юля набросила на плечи куртку. – У нее могли остаться какие-то записи. Если Алконост и правда ухаживала за птицей столько лет, значит, исследования должны существовать.

– И где мы найдем ее сестру? – я сделал то, о чем давно мечтал, и снял с крючка ключи от машины Полуночницы.

– Она работает в клинической лаборатории на Первой речке, – ответила Юля. – В лаборатории «Хирон», которая принадлежит Блут.

Владивосток – тесный город, а когда дело касается общих знакомых, он становится еще тесней. Порой невозможно познакомиться с девушкой, не выяснив, что ты когда-то гонял мяч во дворе с братом ее бывшего.

К тесноте Владивостока потустороннего мне, пожалуй, еще предстояло привыкнуть. Из-за видения об устройстве мира я чувствовал себя неуютно в потоке машин на Океанском проспекте и то и дело искал глазами дерево с часами из видения. Нужная нам лаборатория находилась в здании над дорогой, по адресу Океанский проспект, 135. Мы припарковались вдоль железного забора и по ступенькам поднялись в здание.

– Студия загара «Альбедо» в соседнюю дверь, им что, дали скидку на аренду? – Антон указал на вывеску. – Ну и