Стремление к Хаосу I - Чес Цин

— Спасибо. — прошептал Карот. — Я просто хотел, чтобы меня признали. Раньше надо мной издевались, но теперь ненавидят, а ненавидеть можно только равного. Как минимум равного.

— Я прослежу, чтобы вас наградили. Возможно, вам даже поставят памятник.

— Представляю их кислые мины, и внутри сразу становится тепло. — Далая блаженно прикрыла глаза.

— Как вы познакомились? — спросил Карот.

— В ресторане. — ответила Далая, и сердце тут же пропустило удар.

— В космопорте. — одновременно с ней ответил Фел.

— В ресторане космопорта. — протараторила девушка. — Когда я узнала, что ты обманул меня… В общем, я собиралась вернуться на Дамарак. В космопорте я случайно помогла господину с одним делом, и, в благодарность, он предложил мне поучаствовать в освещении расследования.

— Выходит, это было только вчера? — спросил Карот. — Мне почему-то показалось, что вы хорошо друг друга знаете.

Сердце съежилось от укола жалости. Карот не заслужил того, что сделала Далая. Это было только первое свидание, их не связывали и до сих пор не связывают никакие обязательства, но девушка манипулировала им ради своей выгоды, давала ложную надежду. Обычное поведение для ее ремесла, но обычное — не значит правильное.

Пускай в последствии оказалось, что Карот следил за ней, вывернул наизнанку и вывалил перед всей Системой ее прошлое, но теперь, несмотря на то, что от воспоминаний кровь все еще закипала, Далая лучше понимала Карота. Понимание причин меняет отношение к поступкам.

Да и чем она лучше? В ресторане Далая просто хотела унизить Карота. Отомстить за скуку. Какое ребячество!

— Вы хороший человек, господин. — сказал Карот. — Лучше других… таких, как вы.

Фел кисло улыбнулся ему в ответ, и принялся снова соскребать грязь со щеки и разглаживать накидку.

— Вот мы и на месте. — Карот вошел в маленький оазис у самого окна. — Располагайтесь, где удобно.

— Тесновато. — заметила Далая. Внутри стояло всего два стула и стол, но даже вдвоем пришлось бы сидеть впритирку друг к другу.

— Гости ко мне захаживают нечасто. Вот и ты вчера убежала.

— Главное, что я вернулась.

Просачиваясь сквозь реечные стены, Аэрден оставлял на приятной шероховатой поверхности стола оранжевые полосы. Далая забралась на столешницу и облокотилась на пробивающийся через центр ствол дерева. Стулья оставила Кароту и Фелу: пускай лапают друг друга, а не ее.

— Подключитесь к сети. Я вас авторизую. — сказал Карот.

— У меня… сломались линзы. — замялась Далая. — После космопорта они перестали выводить картинку.

— С линзами всегда так. — улыбнулся Фел. — То рвутся, то теряются.

— Поэтому и нужно переходить на импланты! Они не ломаются, их сложно потерять. Ха-ха! А вы, господин?

— Думаю, пока не стоит оставлять следы. Нужно успеть узнать как можно больше.

— Но как же…

— Можете вывести картинку на столешницу? — спросил Фел.

— Протокол запрещает это, господин. Кто-то может подсмотреть.

— Я прослежу, чтобы никто не вошел. Тогда Далая сможет сесть на стул. В любом случае, ей придется убрать свои прекрасные ноги с экрана.

— Ты не будешь смотреть? — удивилась Далая, аккуратно соскользнув на пол.

— Пока нет. Только ты знаешь, что нужно искать. А я, чтобы никого не подставить, передам найденное тобой начальству.

Фел вышел наружу и спиной облокотился на реечную стену, безразлично уставившись в окно. Странное поведение, но Далая не стала задавать лишних вопросов. Каждое дополнительное слово отдаляло от желанных ответов.

Карот провел пальцами по предплечью, и столешница окрасилась в одно из полотен Дюро. Поразительное помешательство. Оторвав глаза от экрана, Далая покачала головой, но промолчала. В ближайший оазис заскочила девушка с двумя стаканами краспа, в черном коротком платье с Дюро на спине. Впервые в жизни Далая почувствовала, что перестала понимать моду и уже никогда не сможет за ней угнаться.

На экране появилось семь кругов с нечитаемыми идентификаторами вместо названий, в каждом тикал таймер, отсчитывающий разное время.

— Те самые узлы? — спросила Далая. — Ни капли не сомневалась, что их именно семь. Система повернута на этой цифре.

— Дала, пожалуйста, не задавай вопросов!.. — прошептал Карот. — Если не будешь осторожной, тебя просто убьют.

— В таком случае, как тебе удалось выжить?

— На этот раз он говорит правду. — не оборачиваясь, бросил Феликс. — То, что ты видишь, и есть Оракул.

Далая снова посмотрела на столешницу. Над семью одинаковыми кругами появился еще один, большой, с отдельным таймером и шкалой, заполненной на девяносто два процента.

— И где это все находится…

— Дала! — взвизгнул Карот. — Впрочем, я все равно не знаю. Никто не знает.

— Как такое возможно?

— Ну хватит! — Карот строго посмотрел на Далаю. Впервые его взгляд был таким решительным. — Что мы ищем?

— Давай начнем… с недавних выборов на Дамараке. — задумчиво пробормотала девушка.

— И как это связано с госпожой Тассин? — спросил Фел, все так же демонстративно глядя в окно.

— Это нам и предстоит выяснить.

— Уверена? — уточнил Карот. — Ближайшая синхронизация через семь минут, следующую за ней придется ждать час.

— Ты можешь искать только во время синхронизации?

— Ну сколько можно?! — прошипел Карот. — Я вообще не могу ничего искать. Я могу задать пару вопросов и надеяться, что ответ будет достаточно коротким, чтобы успеть проскочить за мгновение, пока будет открыто нано-окно. Если ответ не устроит — придется ждать час.

— Ого! — присвистнула Далая. — Сколько же месяцев ты копался в моем прошлом?

— Вы жутко терпеливый человек, мистер Аэртан. Я бы даже сказал: “Жутковато”.

— Я… Прости, я… — Карот покраснел, но краснота уже не так бросалась в глаза, как раньше, будто за последние часы кожа приобрела иммунитет.

— Можешь не отвечать. — буркнула Далая. — Узнай еще про последние выборы на Ханвароне.

— Ты хоть представляешь, какой объем данных подходит под эти критерии?.. Данные с сенсоров каждого участника и каждого избирателя за весь период предвыборной кампании!

— Меня особенно интересует реакция Мавара Лодии на победу. И, что важнее, его связь с Эмелерденом Маццей, предвыборная компания Маццы, возможная связь Маццы с Тассин…

— Черт, Дала! Ты просишь невозможного! Осталось две минуты.