Хроники ада - Константин Кривчиков

– Мне тоже. Они шли на моей лодке. А она денег стоит.

Мирза снова задумался. Он стоял, наклонив голову, и поглаживал пальцами приклад. Пальцы у него были толстые и длинные – натуральные сосиски.

– Сдается мне, мужики, что вы меня дурите. Наверное, я все-таки прострелю этому шайтану колено.

И тут случилось то, к чему Варнаков был готов меньше всего.

– Мы не дурим тебя, Мирза, – сказал Стеблов. – Это правда. Равиль действительно говорил, что главный ориентир – водонапорная башня. К ней и надо идти.

«Эх, Михалыч, – подумал Колян. – И ты обосрался со страху. Каждый трясется за свою шкуру». «А ты не трясешься? Жить надоело? Так, может, тогда и вправду послать все на хер?» – тут же откликнулся, словно поджидал момент, внутренний голос. Но Варнакову было не до него.

– Ты смотри, – сказал Мирза. – И мент заговорил, елы-моталы.

– Какой я мент? – заискивающе произнес Стеблов. – Пару недель водителем в ППС проработал. Жить же надо на что-то? Детей малых кормить?

А вот Нагаев продолжал молчать. Но Мирзе, похоже, надоела вся эта волокита.

– Ладно, – сказал он. – Так и быть, дойдем до водонапорной башни. Там, к слову, хороший «студень» образовался. Если что, подвесим всех на крюки. Тогда и посмотрим, кто из вас Зоя Космодемьянская, а кто Павлик Морозов. Это даже хорошо, что к станции вернемся… Так, даю инструкцию. Сейчас встанете в цепочку и…

– Мирза, – попросил Лукич, – развязали бы вы мне руки. И Равилю тоже.

– Еще чего, елы-моталы! Чтобы ты потом драпанул вместе с приятелем?

– Нет, ты меня не так понял. Сам подумай, куда мне бежать? Вы же меня все равно достанете, верно? Если хотите, я впереди пойду, проводником.

– А он дело базарит, – вмешался Антип. – Сталкер он крутой. Таких уже и не осталось. Пусть топает вместо «отмычки». А если «подорвется» – туда ему и дорога.

– Ну предположим, – сказал Мирза. – А Равиля зачем развязывать?

– А вы его на руках хотите тащить? – отозвался Лукич. – Он же еле ползет. Так хоть на костыль опирается.

– А что у него?

– Колено сильно рассечено.

Мирза вынул из карманчика на жилете коробочку с леденцами и засыпал, прямо из коробки, несколько конфет в рот.

– Дай мне, – попросил Антип.

– Что, на сладкое пробило? Перебьешься… – Мирза поправил на голове тюбетейку и посмотрел на часы. Несмотря на внешность туповатого амбала, информацию он схватывал хорошо, а решения принимал быстро. – Вот видишь, Равиль, все один к одному. На горбу тебя никто таскать не собирается. Поэтому до Цветка надо добраться сегодня – пока ты совсем не охромел. Решай, пока дойдем до башни. Оттуда твоих корешей отведут на базу, ну а с тобой… Понимаешь, что будет с тобой?

– Понимаю. Я подумаю, – сказал Нагаев.

– Время пошло, елы-моталы, – скомандовал Мирза. – Матрос, развяжи ему руки, пусть хромает. Только зацепи ему веревку за ремень и привяжи к сыну. Вот к этому, длинному. Пусть шагают рядом. А ты шагаешь следом и глаз не спускаешь. Понял?

– Понял, – сказал коренастый бандит. Он и в самом деле был одет в матросский тельник без рукавов.

– Затем Лукичу руки развяжешь. Выполняй, елы-моталы. А ты, Лукич, учти. Я сразу за тобой пойду. Вздумаешь сдернуть от нас – враз очко прострелю.

Август 2016 г. Суббота

Новосибирская Зона Посещения

Дергач опустошил вторую банку тушенки и решил уже было взяться за третью, но его остановил удивленный голос Купера:

– Ты чего? Из блокадного Ленинграда?

– Продвинутый ты парень, – сказал Дергач. – Небось и о Сталинграде слышал?

– Слышал. Только на карте так и не смог найти. Зачем жрать столько?

– Не знаю. Жор какой-то напал.

– Это у тебя с испуга. Организму стресс пережить надо. Но тебе уже хватит. А то в хомяка превратишься.

Они перекусывали прямо у башни, спрятавшись от палящего солнца в тени. Правда, тень была ненормальная и падала в противоположную сторону от той, куда следовало бы падать. Но это в данный момент никого не волновало. Главное, что от солнца укрывает. Что значит неправильная тень по сравнению с «гадюкой»? Семечки.

Когда Дергач пришел в себя, а Куперу даже пришлось поставить ему укол, то «гадюка» уже исчезла на другой стороне железной дороге. Исчезла так же внезапно, как и появилась. Тогда они и решили по-походному перекусить. Тем более что на Илью напал невообразимый жор. Купер согласился с тем, что подкрепиться не помешает. Пока есть время. К тому моменту самый срочный вопрос – об эвакуации раненого «спеца», отпал сам собой: «гадюка», ринувшись за убегающим Дергачом, заглотила несчастного парня мимоходом. Возможно, даже и не заметив.

– Уговорил, – сказал Илья, обтирая лезвие ножа о галету. – Надеюсь, что ужин не заставит себя ждать.

– Ужин-то, может, и не заставит. А вот где твоя группа?

– Не знаю. По-хорошему от берега до башни можно дойти часа за четыре. Но я не знаю, в какое время они высадились на берег и когда двинулись в дорогу.

– Твой человек тебе разве не позвонил?

– Нет. Он должен был позвонить утром, но так и не сделал этого. А в семь мы уже сели в вертолет. Но у него могли быть проблемы со связью, это мы обговаривали вчера.

– За ним следят?

– Не то чтобы следят, но ушей вокруг много.

– Ясно. Что же, остается ждать. Вот сейчас мы и проверим, не переел ли ты тушенки.

– В каком смысле?

Купер встал с земли и показал пальцем на верх башни.

– Вон там самое лучшее место для ожидания «клиентов». Залезем на верхний ярус и будем контролировать из окон весь радиус движения. Хотя южное направление нам, в принципе, ни к чему. Со стороны Маяка они вряд ли объявятся.

– Подожди. – Дергач тоже встал и с опаской посмотрел на башню. – Но ведь там же «ведьмин студень». Как мы наверх поднимемся?

– Через окно на втором этаже. Закинем трос с «кошкой», зацепимся и доберемся по стене до окна. А дальше по круговой лестнице на верхнюю площадку. Там отличный обзор и неплохой сектор обстрела. Я заберусь первым, потом подтащим рюкзаки. Ну а потом уже ты. Высоты, надеюсь, не боишься?

– Не дождешься, – сказал Илья. – Если я теперь чего и боюсь, так это щекотки.

Они просидели в башне больше часа, прежде чем, наконец, заметили в бинокли группу людей. Правда, группа двигалась не с той стороны, с которой ожидали, – не от берега Бердского залива, находящегося на северо-востоке, а практически с севера. И было в группе не пять человек, как предполагал Дергач, а одиннадцать. Поэтому сначала решили, что это какие-то другие люди. Но, когда группа, продвигавшаяся по северо-западной окраине Сельской, приблизилась, Илья узнал в бинокль знакомое лицо и, присвистнув, сказал: