Паранормы. Контрольный вирус в голову - Василий Головачев

– Совсем недолго, только решим одну задачку.

Министр кивнул и сел не на своё обычное место по правую руку от президента, а с краю стола, ближе к двери. Козодоев занял стул рядом. Впрочем, возбуждённый их появлением Хусруллин не обратил на это внимания.

– Господа… э-э, товарищи, начинаем.

Клипса смарта в ухе Хусруллина издала покашливание: так был настроен вызов мобильного.

– Слушаю, – недовольно сказал президент, понизив голос.

– Анатолий Павлович, – послышался в ухе голос пресс-секретаря Навкина, – передок спрашивает, можно ли пропустить к вам двух посетителей?

– К-какой передок? – не сразу сообразил Хусруллин, ещё не усвоивший всех чисто президентских обиходных словечек.

– Передок – пост главного входа в здание Сената.

– Что за бред?! Нашли время! После совещания! Разберись и доложи!

Голос Навкина пропал.

– Сегодня у нас один вопрос… – И снова президент не договорил, потому что дверь распахнулась и в зал вошли трое: Навкин, тощий, вечно потный, с растрёпанными волосами, и люди, о которых он говорил, молодой человек лет двадцати шести с открытым приятным лицом, и женщина чуть постарше, невероятно красивая, хотя и чересчур строгая на вид.

За ними бесшумно ворвался в зал отряд спецназа в боевых спецкостюмах в количестве шести бойцов.

– Вы кто… – начал президент и осекся, поняв, кто стоит перед ним.

Гости шагнули к столу, один слева, другая справа.

Вытаращив глаза, президент вскинул руку с браслетом зомбера. Глаза его стали чёрными, словно обуглились.

– Не надо, – покачала головой женщина. – Привет, ассасин. Надеюсь, ты хорошо осведомлён о своей родословной?

– Ты… о чём?!

– Как вас там окрестили, на Голдхоуле? Отрицающие жизнь?

– Пренебрегающие жизнью… – автоматически ответил президент, не осознавая, что говорит. – Откуда вам это известно?! Кто вы?!

Жанна повернула голову к спутнику.

– Говори.

– Я посланец Баадена бин Салаха, верховного жреца Великого Кагала Соединённых Штатов Абсолюта, эмиссара Вседержителя. – Нестор кивнул на Жанну. – Твоя порода, Хус Рул Лиин, вне закона уже два десятка тысячелетий, сроку давности эта история не подлежит, и я уполномочен передать тебя и твоих подельников Истинному Суду Кагала!

– Чёрта с два! – прошипел президент, вскакивая и направляя на Нестора циферблат часов, под которые был замаскирован психотронный генератор. – Сдохни! Охрана – взять их!

Вскочили и сидевшие за столом участники совещания, напоминая испуганную стаю ворон. К ним тотчас же метнулись альфовцы, отнимая у всех мобильные телефоны. За столом остались сидеть только Козодоев и министр обороны.

Но, вопреки ожиданиям Хусруллина, импульс зомбера не произвёл на гостей никакого впечатления. Сколько он судорожно ни тыкал пальцем в браслет, ни молодой человек, ни его спутница, не застыли столбами и не потеряли сознания.

– Охрана! – блеющим голосом повторил президент.

Однако никто из личной охраны президента в зале не появился. Альфовцы в «сотниках» застыли за шеренгами стульев, направив на присутствующих стволы пистолетов-пулемётов.

Наступила тишина.

Где-то за стенами сенатского дворца вякнула сирена и замолкла, отражая общее состояние шока в главной властной цитадели России.

– Не имеете права… – заикнулся бледный вспотевший президент, опуская руку с браслетом и опираясь двумя руками на столешницу.

– Имеем! – поднялся с места министр обороны. – Именем Российской Федерации вы арестованы!

– Подождите, Виталий Романович, – сказала Жанна. – С этим не надо торопиться. Сознание президента в настоящий момент оккупировала личность вице-президента правительства Хусруллина, который на самом деле является Смотрящим, то есть эмиссаром известного и вам «Комитета 300». Мы освободим Анатолия Павловича от неё, и он сможет продолжить руководить государством.

Министр повернулся к директору ФСБ.

Козодоев тоже встал, кивнул.

– Она права, Виталий Романович, не стоит торопиться. Общественность не знает, что происходит в Кремле, знают только эти люди, волею случая перешедшие на сторону наших врагов. Их тоже можно перезагрузить без ущерба для существующего порядка вещей. Пусть этот финал заседания Совбеза так и останется в этих стенах. Мои парни прошерстят всех выявленных пособников Хусруллина, и мы обойдёмся без революций, майданов и кровопролития. Россия жила, живёт и будет жить вопреки всем подлым расчётам предателей. Не придётся поднимать на баррикады ни армию, ни народ.

– Как он смог, – министр глянул на президента, пожевал губами, – каким образом Хусруллину удалось запрограммировать Анатолия Павловича?

Козодоев кивнул кому-то.

К президенту бесшумно подошёл спецназовец, умело снял у него с руки, не обращая внимания на сопротивление, браслет псевдочасов, обыскал карманы, обнаружил ещё один пенальчик, напоминающий мобильный смарт, а также вижн-очки, подал директору.

Козодоев обеими руками взвесил всё это богатство.

– Американцы существенно опередили нас с разработкой пси-техники, которая действительно работает и опасна. Однако они не учли главный наш козырь – людей. Вот эти ребята, – Иван Егорович кивнул на Нестора и Жанну, – оказались сильнее во всех смыслах. И так будет всегда.

– Хорошо поработали, – согласился министр. – Ну а с ним что?

Все посмотрели на осевшего на стул президента.

– Мы выселим из его головы психовирусного квартиранта, – сказала Жанна, – и отнесём на родину, где его будет судить нынешняя власть системы Голдхоула. О ней речь ещё впереди. Потом очистим авгиевы конюшни правительства и администрации от явных и тайных врагов, не боясь, что кто-то из них всадит, образно говоря, нож в спину.

– Взрыв мозга! – покачал головой Виталий Романович, изобразив слабую улыбку. – Никогда не верил в сказки фантастов об инопланетянах. Но жизнь вносит коррективы. Моя помощь нужна?

– Уже нет, – отказался Козодоев. – Я надеялся, что мы обойдёмся без армейского десанта, и оказался прав. Спасибо, что поверили, Виталий Романович!

– Третий, отбой «Грому»! – проговорил министр, ни к кому особенно не обращаясь, что означало – он всё время был на связи со спецназом ГРУ. – В таком случае, если я не нужен…

– Пока нужны. Процедура депрограммирования не займёт много времени, мы проверим, не остались ли следы пси-воздействия у Анатолия Павловича, и вы уедете.

– Хорошо.

– Ты отвезёшь его? – повернулась к Нестору Жанна. – Или я?

– Лучше вместе, – с улыбкой ответил он.

– Товарищи, мы на несколько минут покинем эту планету, – с преувеличенной серьёзностью сказала Жанна, – и будем вне связи. Просим не волноваться и дождаться нашего возвращения.