Гелий-3 - Ярослав Гжендович

Норберт поднес к губам бокал и сделал два больших глотка, затем достал из пачки сигарету и закурил. Он ничего не чувствовал. Совершенно ничего — наверняка из-за тех пластырей. Он представил себе два дня душевных терзаний и бесцельное хождение по комнате бессонными ночами.

— Берусь, — объявил он.

Стельмах протянул ему руку.

— Я Шаман, — сообщил он. — Просто Шаман. Не «господин Шаман», и уж тем более не «президент» или что-то в этом роде.

— А почему Шаман?

— Когда я был молод, люди считали, будто я способен делать невероятные вещи.

Норберту предстояло не свидание, а лишь деловая встреча, но он все равно ощущал приятное волнение. Ему не часто доводилось встречаться с женщинами такого класса — по его личной тайной классификации, как минимум восемь из десяти. Стройная длинноволосая брюнетка с узким, чуть выдающимся носом, волевым подбородком и миндалевидными, невероятно голубыми глазами — так можно было бы описать миллионы женщин, но сочетание всех этих черт показалось ему настолько идеально подходящим для него самого, что у него в буквальном смысле перехватило дыхание. Казалось, будто он всегда ее знал. В первое мгновение он даже не вполне понял, что она ему говорит и о чем. Дело не в том, что ее везде признали бы эталоном красоты, — просто казалось, будто ее специально вырастили в точности по образцу, который он носил где-то в себе, сам того не зная.

Впечатление было столь сильным, что ему вдруг захотелось прилечь где-нибудь в тени. Прежде он не припоминал у себя подобной реакции. Что это — последствия психологической травмы? Побочные эффекты лекарств?

Лишь когда она ушла, до него с трудом дошло, что она пригласила его в одиннадцать часов в клубный зал у веранды. Чтобы «решить формальности». И еще она сказала, что она помощница Шамана, ее зовут Николета и она полька.

Поборов желание снова принять душ и переодеться, поскольку, если честно, особо было не во что, он в конце концов явился в клуб на час раньше. Зал был совершенно пуст, а когда ровно в одиннадцать вошла Николета, девушка за стойкой покинула свое рабочее место и закрыла за собой дверь на ключ.

Держа в руках дорогую на вид папку, Николета села напротив, сперва поставив на столик кофе, и улыбнулась, показав белые зубы в обрамлении чувственных губ. На ней было свободное белое платье из сурового льна и полотняные туфельки. Мелькнула изящная, словно спроектированная в аэродинамической трубе, лодыжка. Норберт понял, что если сейчас пойдут какие-то переговоры, то он пропал — он готов был согласиться на работу в обмен на право написать ей стишок или что-нибудь в этом роде. Нужно было взять себя в руки, и немедленно.

— Я всего лишь курьер, — объявила она, — но сейчас ты почувствуешь себя так, словно встретил одновременно Деда Мороза, пасхального кролика и Зубную фею. Сегодня у тебя самый богатый день рождения в жизни. Начнем с этого…

Она достала из папки лист е-бумаги и придвинула к Норберту. Тот активировал его, коснувшись пальцем, и документ сообщил, что содержит пятнадцать страниц текста.

— Это данные, которые ты должен запомнить. Вбить себе в голову так, чтобы они снились тебе по ночам. Тебя зовут Норман Рольски, и ты становишься гражданином Сент-Люсии — карибского острова в архипелаге Подветренных островов, части Малых Антильских. Приятный климат, рифы, море, джунгли, иногда бывают циклоны. Ты живешь в пригороде Вье-Форта, на юге. В хорошую погоду можешь увидеть из окна Сент-Винсент. Поздравляю, Боже, храни короля. Как сам увидишь, биометрия остается практически без изменений. Тебе придется вызубрить историю собственной жизни, сведения о новом доме, номера медицинской страховки, ПИН-коды к кредитным картам, пароли и логины. Не так уж мало.

— Сент-Люсия?! Карибы?!

— Ты и впрямь счастливчик.

— Но насколько это легенда? У меня там дом или что?

— Там снято от имени фирмы бунгало, в котором находится твое рабочее жилье. Ты получишь карту от дверей и сможешь там поселиться. Вот только в ближайшее время тебе предстоит служебная командировка, так что вряд ли у тебя найдется для этого время. Гражданство полностью подлинное, паспорт и прочие бумаги тоже. Сегодня придет человек и тебя сфотографирует, документы будут готовы через пару дней. Нам также нужны коды доступа в твое прежнее облако. Специалистам придется сфабриковать тебе какое-то прошлое в Сети. Бывают проверки, или МегаНет как-то реагирует на подозрительную личность.

— Карибы?!

— Там тоже живут люди, — она пожала плечами.

— Вы будете заходить в мое облако, и вас не засекут?

— Не преувеличивай! Можно подумать, ты какой-нибудь Абу Хамза. Впрочем, им нравится считать, будто они контролируют все и вся. Они любят то и дело кричать: «Спасите, волки!» А с тех пор, как появилось понятие «нового терроризма», словно того, что есть, им было мало, у них наверняка миллиарды подозреваемых, а их искусственный интеллект задыхается от данных. Официально ты в это число не попал, до тебя хотела добраться какая-то местная клика. А у них есть все основания полагать, что ты попросту исчез из Сети. Наверняка для контроля науськали на тебя каких-нибудь ботов-поисковиков, в порядке рутинной проверки, но не более того, и уж точно не в глобальном масштабе. Пока ты не начнешь логиниться по-старому и здороваться со знакомыми, ничего не случится. А наш человек сумеет туда войти и выйти, не задев никаких звоночков. Ему нужно лишь немного твоих старых фото, в том числе для обработки. Часть этих вопросов решит наш фотограф, так что готовься к фотосессии. А теперь бери стилус и подпиши декларацию о гражданстве, документы о смене имени, бумаги на паспорт, социальную страховку. Начиная с этого пункта подписываешься новыми именем и фамилией. Не испорти, это легальный правительственный документ, однажды поставленную подпись уже не стереть. Сперва возьми планшет и напиши сто раз «Норман Рольски». Привыкни. Ладно, будем считать, что этого разговора не было. Приветствую, господин Норман. Теперь займемся твоим контрактом на должность полевого пиар-консультанта фирмы «СильверСэндс Компани».

— Так называется фирма Шамана?

— Так называется одна из многих фирм Шамана. «СильверСэндс» занимается операцией, в которой ты будешь принимать участие. Сперва расписка…

Она подвинула ему очередной блестящий полимерный листок, содержавший в себе целую пачку документов. Расписка обязывала его хранить в полной тайне переданные ему конфиденциальные, секретные, совершенно секретные и особой важности сведения. Длинный перечень последствий нарушения данного обязательства не содержал никаких физических угроз, лишь перечислял возможные юридические последствия, от которых у Франца Кафки начались бы кошмары и нервный срыв.

Норберт подписал — словно продавая дьяволу душу. Он даже слегка потянул носом, но от помощницы Шамана пахло вовсе не серой, а лишь цветами бугенвиллеи с легким оттенком мускуса. Из серебристых глубин е-бумаги выплывали очередные страницы, словно выныривая из-под поверхности освещенной луной воды.