Подлунный квест - Денис Кащеев

Мы же направились в указанном гидом направлении — и, обогнув возвышенность, внезапно увидели знакомые черные шинели кадетов-федоровцев. Столпившихся у деревянной арки, за которой, судя по всему, находился лаз внутрь пригорка.

— Наши! — обрадованно воскликнул я.

— Тоётоми с ними? Не вижу… — пробормотала Златка, ускоряя шаг.

Я припустил за ней.

«Господина Ясухару здесь нет», — сообщила между тем Оши.

— А где он?

«Пока его не нахожу…»

Тем временем нас тоже заметили.

— Иванка? — удивленно шагнула нам навстречу княжна Виктория Орлова. — Молодой князь? Мария? Какими судьбами?!

— Да вот, путешествуем… — буркнул я, торопливо оглядывая «ясухаровцев». Стояло их тут всего девять — отсутствовали не только Тоётоми, но и еще двое. Кого именно не было, помимо японца — я сходу не сообразил.

— Красиво жить не запретишь! — хмыкнула Виктория.

— Где Тоётоми? — спросила у нее Златка.

— Еще там, внутри, — опередив с ответом княжну, бросил из скопления «ясухаровцев» Юдин. И добавил с усмешкой: — Со своей прелестной китаяночкой!

— Что еще за китаяночкой? — царевна замерла, раскрыв рот — и вопрос этот задал я.

— Да крутится вокруг него одна местная, еще с Великой Стены, — слегка скривившись, пояснила мне Орлова. — Ничего такого! — тут же повернулась она к Златке. — Если ей от Ясухару что-то и надо, сам он — кремень! Но открыто послать не может: неудобно же…

— Все ясно, — кивнула болгарка. — Это то самое! — выговорила царевна, оглянувшись на нас с Машей — и стремглав бросилась к арке входа.

— Что — то самое? — непонимающе спросила княжна.

Хороший, блин, вопрос! Та китаянка должна похитить Ясухару? Или о чем вообще речь?!

«Да, наверняка это та, что его околдовала», — долетела до меня беззвучная реплика Златки.

— Эй, сударыня, вы куда? — крикнула тем временем в спину болгарке Яна Зайцева. — Они просят без сопровождающих внутрь не спускаться! Молодой князь!.. — это уже предназначалось мне: я со всех ног рванул вслед за «Ивановой». — Стойте, здесь у них с этим строго!..

Но ни я, ни Златка, ни Машка, также метнувшаяся к входу в музей, ее, понятно, уже не слушали.

Сразу за аркой начинались высокие каменные ступени, ведущие вниз, в темноту — пришлось по-быстрому зарядить ночное зрение. Скоро лестница перешла в неширокий прямой коридор, в котором так и мчавшаяся первой царевна едва не столкнулась с неспешно направлявшимися к выходу Инной Змаевич, еще одним «ясухаровцем» — неким Максимовым — и каким-то толстопузым китайцем. Довольно важным — аж «серой сколопендрой».

— Что-то забыли внизу, сударыня? — проворно отшатнувшись к стене, поинтересовался по-русски тот. — Прошу вас перейти на шаг, здесь не положено… — эти свои слова он растерянно произнес уже провожая Златку взглядом. — Кто вы вообще такие? — воскликнул толстяк, когда с ним поравнялся я. — Вы не из моей группы!

— Руссо туристо! — бросил я на бегу, уже через плечо — нужно же было что-то ответить!

Коридор резко свернул, и мы вылетели в огромный зал, сплошь изрытый параллельными траншеями в рост человека глубиной. Было их тут не менее дюжины. И в каждой плечом к плечу выстроились угрюмые глиняные воины, коричнево-серые, но со следами облезшей краски тут и там — по четыре в ряд, длинными, кажущимися бесконечными колоннами. Но не они привлекли наше внимание: на насыпи между двух центральных траншей стояли и о чем-то негромко беседовали Ясухару и анонсированная Юдиным китаянка — девица лет двадцати в укороченном сером халате, накинутой поверх него на плечи пушистой шубейке и круглой шапочке, из-под которой выбивались непослушные черные локоны.

Скромный халат, безыскусная шапочка — точно такие демонстрировал нам майор Кутепов, рассказывая о китайских триадах!

— Тоётоми! — крикнула болгарка, почему-то переходя с бега на шаг.

— Зл… Иванка? — недоуменно вскинул голову японец. Губы его будто сами собой растянулись в широкой улыбке. — Ты тут откуда?

— Сударыня, вам сюда нельзя! — словно на контрасте с кадетом помрачнев лицом, заявила по-русски китаянка — и сделала шаг навстречу нам, встав между Златкой и Ясухару.

— Почему нельзя? — еще сильнее удивился Тоётоми.

Вместо ответа японцу «Иванова» без всяких рассусоливаний ударила китаянку магией. Но та оказалась к нападению готова — выставила щит.

Как раз нагнав царевну, я скрестил пальцы — готовясь прикрыть от контратаки и себя, и Златку, но китаянка нас удивила: и не подумав отстреливаться, она вдруг дикой серной сиганула в сторону, перебежав прямо по головам глиняных воинов через траншею — и бросилась наутек.

И все? Так просто?

— Что происходит?! — отчаянно всплеснул руками Ясухару.

— Сейчас… Все объясню… — «Иванова» кинулась к нему — и вдруг упала на ровном месте, растянувшись по весь рост: один из глиняных истуканов, миг назад недвижимый, внезапно вскинул руку и подсек болгарке ноги.

— Это големы! — воскликнула позади меня Муравьева. — Терракотовая армия — големы!

В общем: нет. Не все и не просто. Ох, совсем не просто: выпрыгнув из траншеи, другой некстати «оживший» солдат Терракотовой армии занес над распластавшейся Златкой глиняный сапог, намереваясь, как видно, безжалостно девушку растоптать.

Хорошенько вложившись, я ударил магией — и снес истукану башку. Того, однако, это не слишком смутило: безголовый вояка как стоял, так и продолжал стоять, а стопа его как опускалась на принцессу, так и…

Позади голема сверкнул Огненный меч, и громилу рассекло надвое. Верхняя половина полетела в правую траншею, нижняя, которую Ясухару успел пнуть ногой в бедро, отталкивая от Златки — в левую. Обе — на головы других уже зашевелившихся глиняных воинов.

— Поклонская же рассказывала: у азиатских големов пергамент не во рту! Голову ему рубать бесполезно! — с упреком бросил мне японец.

— Куда же их бить? — на автомате спросил я.

— Лучше всего — в район точки тандэн, что на три пальца ниже пупа! — менторским тоном поведал Тоётоми, отворачиваясь и перерубая пополам еще одного глиняного громилу.

Тем временем Златка как-то отбилась от первого из «оживших» големов и, прихрамывая, поспешила к японцу.

— Постарайтесь нас прикрыть — мне нужно несколько минут! — на ходу обернулась она к нам с Машей. — Тоётоми, смотри мне в глаза! — потребовала она затем у Ясухару.

— Объясни, в чем дело! — нахмурился тот, одну за другой отсекая пылающей катаной тянущиеся к ним с царевной со всех сторон глиняные руки.

— Не могу! Просто поверь и сделай, как я говорю! И не отвлекайся — иначе ничего не получится! — недовольно стукнула она его ладонью по руке с мечом. — Всех так или иначе не перебить — быстренько закончим и свалим!