Фронтир. Том II. Диверсант - Александр Вайс

согласилась вторая. — Предлагаю, обсудить дела. И пока мы даже поможем отвести от вас подозрения.

— Что же… Руми, отпусти пленную.

Дроид без вопросов выпустил явно ещё одну девушку в лёгком скафе и винтовку. Под шлемом оказалась… ещё одна похожая девушка. Живая, но в нокауте.

— Ты хочешь работать с этими корпоратсткими гончими? — тихо спросила Анна.

— Ну… они хотят исправиться. А ещё или так, или нас сдадут. Нас им кидать бесполезно — это против их целей.

— Ну-ну. Хотя вдруг у них ещё один клон на корабле.

Как оказалось, нас слышали, хотя мы стояли казалось бы далеко от помогавших третьей сестре.

— Мы тройняшки. И нам лучше уйти с улицы.

На Банши мы их, конечно, не пригласили. Однако зашли в мастерскую проснувшегося инженера, который явно расслабился, когда понял, что всё мирно. Мы остановились в его комнате для отдыха клиентов.

— Ваш дроид повредил мне скаф, — пожаловалась очнувшаяся. — Чёрт возьми, угораздило же его подпустить к себе! Как мы его проглядели⁈

— Я его заранее оставила охранять периметр, — улыбнулась Анна. — Вижу, двигательная система работает хорошо?

— Уровень мощности девяносто процентов от нормальной для данной платформы, — отреагировал дроид, на которого она посмотрела.

Нормально, учитывая, что он далеко не идеально новый!

Тройняшки представились: Лиса, Эмма и Сара Хоторн.

— И вы — экипаж небольшого корабля наёмников? — уточнил Борис, стоявший у дальней стенки, держа на плече рельсу, на которую девушки с беспокойством косились. — Три сестры?

— Инцест — дело семейное, — тихо сказал пришедший Шериф. Троица Хоторн подавилась от возмущения, Борис сдерживал смешок, замаскировав его под кашель, а вот мы с Анной просто открыто захохотали.

— Что вы себе позволяете? — сухо спросила Эмма. — Давайте лучше перейдём к делу. Мы окажем помощь вам в обмен на то, что замолвите за нас слово. И всё же — кто ты?

— Полковник МОГ в отставке, — сказал я, изрядно воодушевив тройняшек. — И вообще… хм… вы и правда, можете помочь многим из ВКС отступить.

Контакт налаживался, однако пришлось позвонить Бишопу и предупредить. Он особого энтузиазма не испытывал.

— Они же работают на корпоратов и очень давно! Им нельзя доверять! Это вообще не по плану! Одна ошибка и всё сорвётся!

— У нас нет выбора. К тому же они смогут прикрыть вас на взлёте и даже отмазать от кораблей, вне зоны связи. А после того, что мы устроим, и у них выбора не будет.

— Если сочтут, что план проваливается и есть лазейка — дадут заднюю.

— Значит, сделай так, чтобы дать заднюю не могли с самого начала. Это же отличный дополнительный актив для нас!

— Тц… повезло же вам замаскироваться под их знакомых. Хорошо, давайте поговорим.

Пересказ генерального плана атаки, угона корабля и эвакуации близняшкам не то чтобы очень понравился, но они всё же согласились. Они смогут говорить, что сами вели войну под прикрытием и закончили её крупной атакой и спасением людей из сопротивления. Они рассказали, что не одобряют действия Парадиза.

Однако выделенное в плане место им не пришлось по душе.

— Обманом сблизиться с промышленным узлом и атаковать системы обороны? Это слишком опасно! — воскликнула, кажется, Лиса: различать мне их не удавалось.

— Потому что пути назад не будет, — с экрана улыбнулся Бишоп, уверенный в защищённости канала. — Но ведь ваши намерения серьёзны. Ваш истребитель лишь класса М, орудий планетарной батареи он избежит легче всех. Кстати, у меня вопрос, зачем вы приземлились в тех горах?

— Наш корабль орионский, производства Хоксворта. На него здесь трудно найти детали. Мы прилетели сюда обслуживаться, и человек с барахолки сказал, что там недавно разбился ещё один из Хоксворта из-за сбоя двигателей и его пока не утилизировали. Мы получили разрешение самостоятельно вытащить детали.

Размер «М» или «малый», у них истребитель дальнего радиуса, причём не тяжёлый, как то же Северное Сияние, а именно обычный. Вдвое меньше нас по тоннажу. Системы топливозаборников нет, РСТ относительно слабый, трюм никакой, чисто под запасы еды и боеприпасов. Должно быть, мой Авангард занял бы в нём всё место, если бы вообще влез. В туманность Орла их должно быть привёз тяжёлый корабль, и увезёт тоже только он.

— Ещё мы можем сделать вид, что не видели друг друга… — предложила Эмма. — Это рискованно.

— Зато мы улетим на фрегате, — возразила ей Сара, та которая была снайпером. — Ну и какую-то награду дать могут! Или что-то попутно поимеем с него.

— Если выживаем! — воскликнула Лиса. — Мы наверное сможем сбежать, но придётся или залечь на дно, пока не закончится война, или лететь сдаваться самостоятельно.

— Ну, мы же примерно представляли, к кому идём. Это лучше, чем на буксире с тем Эклипсом. Эрик, а вы можете, если что, сменить идентификатор?

— Само собой, но нужно его откуда-то вытащить, — кивнул я.

— Мы демонтировали маяк того разбившегося корабля. Но если просто подключим к своим системам, он же обнулится. Но ты можешь сохранить его.

Система опознавания — не просто автономный блок с антенной. Эта штука связана с главным компьютером и всеми корабельными системами. Сильное изменение конфигурации переводит маяк в режим «нужна повторная регистрация». Хотя её-то любой док без проблем подтвердит. Это практически базовое право любого приличного дока — вносить глубокие изменения в корабль, не аннулируя регистрацию, а вот перенос устройства на другой его полностью сотрёт.

Они хотят поставить дублирующую систему и переключать маяки. Включать одновременно их нельзя, но в целом…

— Погоди, нет! — воскликнула Эмма. — Ты хоть помнишь его название?

— Неужели тебя остановит эта глупость? Какая разница? Будь серьёзнее!

— А как он называется? — поинтересовался любопытный Шериф. — У нас вот Банши стал Принцессой.

— Сюрстрёмминг… — буркнула Лиса.

— Оригинально! А разбившийся как?

Я никогда не видел таких яростных взглядов, направленных на Бэна. Это его новый личный рекорд.

— А что это такое? — шепнула мне Анна.

— В душе не чаю. Шериф?

Внезапно, ответил как всегда самый эрудированный Борис.

— Это тухлая земная селёдка. Ну, то есть — квашенная. Отличается невероятно сильным неприятным запахом. Насколько знаю, запросто может стошнить только от него.

— Именно! — с улыбкой кивнул Шериф. — Это консерва, которую строжайше запрещено даже проносить на корабль или станцию