Сага о Черном Ангеле - Борис Успенский

Он с гордо поднятой головой пошел к выходу из бара.

Делать нечего, пришлось встать и идти за ним, благо тренировочный зал оказался совсем рядом. Из чувства любопытства с ними пошел еще один человек, Мацуро – напарник крупногабаритного охранника.

– Ну, держись! – выдавил Кид, встав на «борцовский» ковер.

Он набросился на Гривина сразу, молотя массивными руками и ногами. Эта машина для убийства могла сломать кого угодно, но далеко не всякого. Он так ни разу и не попал по цели. А когда, запыхавшись, чуть снизил темп, капитан в отставке легонько ударил его в шею. Ноги Кида подкосились, и он в беспамятстве рухнул на мягкое покрытие арены. Эвели взвизгнула.

– Ах ты, гад! – увидев падение напарника, Мацуро выхватил шоковый пистолет, но выстрелить не успел.

Оружие непонятным образом вылетело из руки, а удар коленом под зад заставил отлететь на несколько метров его недавнего обладателя.

– Ну, мы до тебя доберемся! – простонал он сквозь зубы, однако не решаясь на какой-либо серьезный поступок.

– Да пошли вы, пока еще раз не отшлепал! – злости на них у Александра не было, разве что безразличие. – Эвели, ты со мной?

Она заколебалась, бросая взгляды то в одну сторону, то в другую. Такого исхода она никак не ожидала.

Александр махнул рукой и пошел один, считая, что времени на будущее общение будет предостаточно.

Настроение из-за драки испортилось. Грустно было так начинать практику.

Немного посидев в баре, выпив сухого вина, Гривин отправился к себе в каюту. По визору при всем изобилии программ ни одна не подходила под настроение, и экран пришлось выключить и попытаться заснуть.

* * *

Неожиданно среди ночи в дверь постучали. Непонятно, почему постучали, а не нажали кнопку вызова? Но на это полусонный Гривин не обратил внимания, когда вставал с кровати. Экран обзора тоже не включил, поскольку это занимает время, а вот именно времени у медиков порой не хватает при срочном вызове.

Створка едва успела отъехать в сторону, как в помещение ворвались четыре гориллоподобных туши. Остатки сна слетели моментально. Кида Александр узнал сразу. Его ни с кем не перепутаешь, даже спросонья. Чувства растерянности не было. Конечно, бравада лихих операций осталась далеко позади, но даже воспоминания о прошлом не защитят от боевого бластера. Одно неосторожное движение – и дырка размером с футбольный мяч вряд ли украсит грудь ветерана спецподразделений.

– Именем закона ты арестован! Руки вверх! Лицом к стене! Или я открываю огонь! – крикнул человек в форме лейтенанта службы безопасности.

Все-таки разумнее будет смириться.

Возможно, этот лейтенант действительно дурак, а им, как известно, закон не писан.

А вот выступать против представителя закона не слишком-то хорошо.

«Да, Гривс, у тебя просто феноменальный талант притягивать к себе неприятности».

– Пожалуйста! – Гривин поднял руки и отошел к стене. – Только объясните, по какому праву вы врываетесь ко мне посреди ночи? Угрожаете каким-то арестом?

– Скотина! – кинулся с кулаками Кид. – Это ты убил, гад, моего напарника Мацуро!

– Кого? – вот уж неожиданность.

– Не притворяйся! – вопил Кид, брызгая слюной. – Еще и голову отрезал, негодяй и мразь!

– Не понимаю, о чем речь, господин офицер. Похоже, этот обвинитель просто спятил! – пожал плечами практикант, обращаясь к лейтенанту, видя, что с Кидом общаться бесполезно.

– У вас была ссора с охранниками Кидом и Мацуро. И после этого, где-то с час назад, в подсобном помещении тренировочного зала обнаружили обезглавленное тело Мацуро. Что вы можете сказать в свое оправдание?

– Я его не убивал. Зачем мне это нужно?

– Ссора с последующей дракой – достаточный повод. Представим, вы случайно встретились вновь, опять драка и как следствие – убийство! А голову вы отрезали в состоянии аффекта.

– Или для пополнения коллекции! – угрюмо усмехнулся подозреваемый в циничном убийстве. – Зачем же все-таки мне могло это понадобиться?

– Да потому что ты – садист-маньяк, извращенец! – прошипел Кид.

– Господин лейтенант, прошу оградить меня от оскорблений этого истерика! Я могу обвинить его в убийстве с не меньшим основанием!

– Что-о-о?! – взревел Кид, замахиваясь потрескивающей голубовато-зеленым светом дубинкой. – Убью, сволочь!

Никто даже не понял, не успел понять, не должен был понять, почему вдруг Кид опрокинулся на лейтенанта, а боевой бластер перекочевал из рук офицера службы безопасности в руки «преступника». У всех четверых визитеров разом пересохло во рту, они оглядывались в ожидании смертоносного залпа.

– Вот что, джентльмены! Мне надоели ваши угрозы и бессмысленные обвинения! Пойдемте, прогуляемся к капитану корабля, пожелаем ему доброй ночи, и там попытаемся во всем разобраться! Господин лейтенант, вы же офицер! Постройте это стадо, и пусть строевым церемониальным шагом идут к каюте господина Шмелева.

Странный цирковой номер разворачивался в пустынном коридоре лайнера. Охранники вместе с Кидом тянули ногу, как на параде. Зрелище было не для слабонервных зрителей, а инструктор по строевой подготовке из Академии Канопуса точно бы получил инфаркт от смеха, если бы не выпил сразу грамм двести водки перед этим или, в крайнем случае, сразу после этого. Это было шоу, достойное стать в один ряд с выступлением клоунов-эксцентриков или стриптизом из программы местного ресторана. За этой процессией вышагивал злой и полусонный тип в плавках с боевым бластером в одной руке и электрошоковой дубинкой в другой.

Капитан лайнера мирно почивал и далеко не сразу ответил на вызов. Впрочем, об экстренной ситуации Шмелева уже поставили в известность, поскольку он открыл дверь, будучи в форме и даже гладко выбрит, разве что глаза были явно не выспавшиеся. Зрелище было оценено по достоинству, аплодисментами.

– Гривин! Прекратите этот обезьяний цирк! Кид, свободен! Убирайся со своими лоботрясами. Александр, вы же будущий врач, интеллигенция, элита! Отдайте начальнику охраны его инструмент, да и лейтенанту вернуть бластер не помешало бы, а то люди на работе все же. Господин Славчек и Гривин, ко мне в кабинет, а остальные работать, а то я еще не так ходить заставлю!

Кид удрученно махнул рукой, что-то сказал своим подчиненным и вся компания, словно свора побитых псов, направилась в ближайший бар.

– Присаживайтесь, господа! Думаю, что по чашечке крепкого кофе нам не повредит. Кофейник на столе, чашки там же. Эх, лейтенант! Нашли, к кому приставать! Этот медик не один десяток таких, как вы, «вылечить» сможет! Обвинения в его адрес я снимаю!

Лейтенант нервно покашливал: за последние двадцать минут он успел арестовать, попасть сам в плен и вновь оказаться на свободе. Понятное дело, что даром для психики это не прошло.