Экзотеррика - Василий Головачев

Курт хихикнул.

– Хорошего дня, геноссе!

Стало тихо.

Оба «пыльных дракона» устроили нечто вроде массового старта лыжников: во все стороны полетели пыльные «пиявки» и «когти», явно нацеленные на поиски противника.

– Один «Задиристый» не справится, – неуверенно сказал Андрей.

Словно дождавшись его слов, одно из пыльных щупалец настигло не вовремя проявившийся в пространстве «Калибр», окутало его мерцающим слоем.

– Капитан?! – воскликнули оба пилота, поворачивая головы к ложементу Бугрова.

Ответить он не успел, да и не нужно было. Потому что компьютер модуля подчинялся вбитой в память программе.

Миг – и не стало ни «Калибра», ни пыльного щупальца!

Это сработала коллапс-мина модуля, прозванная создателями «нихилем».

– Так бы со всеми «драконами»! – проворчал Андрей. – Вот бы Мурексу с Куртом подсунуть!

– А как вам новость, что пыль – это Вестник?! – подхватил Альберт. – Вот же повезло парням на «Великолепном»! Кстати, капитан, не лучше ли направить к океану спецгруппу? Андрей прав, без нас «Задиристый» с этими Вестниками обречён. Пусть он и вытащит Дарислава из Опухоли.

Бугров и сам подумал о том же, всё ещё переживая гибель корвета «Смелый». Но принять правильное решение не мог, колебался, мучился, прикидывая степень риска для первого и второго вариантов. И мучился бы ещё долго, если бы не внезапная помощь.

В посту управления снова заговорили динамики бортовой рации:

– Капитан, не вижу вас, вы где?

Бугров переждал секундный шум.

– Кто говорит?!

– Капитан Маккена, крейсер «Ра», – ответили ему.

Без особых сюрпризов группе удалось пройти аж до зала управления подводным сооружением. Люки сами распахивались перед землянами, стоило только оказаться в поле зрения их камер. А живых обитателей Опухоли космолётчики не встретили. Попались лишь скелеты в странных капсулах да следы боя в коридорах, представлявшие собой обломки каких-то боевых машин и конструкций крепления коридоров.

– Видно, дрались тут по-серьёзному, – сказал Голубев, осматривая обломки, похожие на крокодильи лапы. – Причём совсем недавно.

– Если по-серьёзному, то где трупы? – хмыкнул Савкин.

– Унесли.

– Кто кого? И куда?

– Обследуем все коридоры… – Дарислав не договорил.

Из глубин древнего подводного сооружения послышался шум, напоминающий гвалт толпы, лошадиный топот и треск выстрелов.

– Вот и ответ! – сказал Савкин.

– К бою! – отреагировал Дарислав. – В кинжал!

Это означало, что группа разворачивается в боевой порядок с учётом внезапно возникших угроз и формирует «кинжал» – особое построение, гарантирующее ответ на любую опасность.

Впереди, на острие «кинжала», помчался робот-защитник Дарислава. За ним он сам. Затем следовала Диана со своим защитником, Боярский в паре со своим, Голубев и Савкин в роли рукояти «кинжала» и последними – «терминаторы» бойцов, прикрывающие тыл отряда.

Миновали коридор с пробитыми взрывами полом и потолком. Свернули в развороченный люк отсека, по идее ведущего к источнику шума. И нарвались на зависшую в отсеке «пыльную змею», явно ждавшую земной десант.

Бой был коротким.

«Терминаторы» и сам Дарислав открыли огонь из «универсалов», выбирая плазменные струи, и «змея» из наноботов толщиной с бочонок пива «Крымское» и длиной в шесть-семь метров, сгорела, не успев применить своё психотронное оружие.

Проскочили ещё два отсека, выбрались в коридор, прислушиваясь к нарастающему шуму. Обнаружили пролом в стене, запустили робота и увидели через его видеокамеры зал, освещённый вспышками выстрелов.

Зал скорее всего представлял собой транспортный терминал, так как был заставлен громадами разнообразных машин, а стреляли оборонявшиеся по мелькавшим тут и там механизмам со специфической внешностью.

Впрочем, не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять: отбиваются от неких преследователей люди в костюмах с силовой защитой, а их противником является стадо невысоких, чуть выше колен, киберов, формой объединивших летучих мышей и гигантских насекомых.

Дарислав включил инфраоптику, разглядывая ближайшую «мышь», с когтистых заострённых плеч которой срывались неяркие зеленоватые молнии. В принципе ничего нового он не увидел. Земные конструкторы боевых модулей и роботов тоже использовали данную природой живым существам геометрию. Лишь мысль, что эти «летучие мыши-насекомые» вполне могли иметь форму создателей, заставила майора усмехнуться.

Мысленно пожалев о том, что у них нет с собой РЭБ-шумовиков, он махнул рукой, направляя отряд вперёд, и первым ворвался в зал, открывая огонь плазменными «пулями».

Спутники рассыпались вдоль стен зала, также начиная стрельбу, кто плазмой, кто лазерными лучами. Плазменные «пули» – сгустки пламени, напоминающие крупные жёлуди, – в данном случае оказались эффективнее, проникая внутрь ажурных тел «насекомо-мышей» и поджигая какие-то горючие органы. Лазерными же лучами приходилось бить несколько раз по одному и тому же киберу, потому что попадание луча не гарантировало его уничтожение.

Однако внезапная атака из десятка стволов (начала стрелять и Диана, оказавшаяся неробкого десятка) не произвела на «мыше-насекомых» особого впечатления. Страх не был заложен в основы их программного обеспечения, и лишь программа самосохранения, превратившаяся в «механический инстинкт», заставила стадо атакующих отвлечься на удар в спину.

Они начали разворачиваться и отстреливаться, применяя практически те же лазеры и плазмеры, что и земляне, но оборонявшиеся тут же усилили огонь со своей стороны, и через пять минут боя была уничтожена последняя «супермышь».

Ещё с минуту космолётчики выискивали в зале и в коридорах оставшихся в живых киберов, потом отключили силовые плащи, делавшие людей невидимками, и с возгласами радости начали хлопать друг друга по плечам и обниматься.

– Я знал, что ты примчишься на помощь! – обнял брата Дамир. – Было такое предчувствие! Бен, знакомьтесь, мой брат Дарислав.

– Терехов, – сказал Терехов, перекладывая из руки в руку какой-то необычной формы излучатель, протянул высвободившуюся руку.

– Наслышан, – сказал Дарислав, пожимая протянутую руку, кивнул на излучатель. – Что-то новенькое?

– Местное производство, – усмехнулся Терехов. – Стреляет каким-то полем, от которого наноботы дохнут мгновенно, как от яда.

– Что у вас творится?

– Тут такое творится! – взорвался Дамир. – Рассказать кому – примут за сумасшедшего!

– Тогда молчи, чтобы не приняли, – рассмеялся Дарислав.