Кризис Империи - Дэвид Аллен Дрейк

Перед барельефом находилась плита из черного камня, которую поддерживали бронзовые фигурки: тринадцать бородатых старцев, закутанных в хламиды. Полониус Диндыма использовал эту плиту как свой рабочий стол. Туэйт знал, что внутри плита была пустой и в ней находилось множество сложного оборудования: ПИР — имитатор боя, компьютер системы космического слежения, планшеты тактических голограмм, курсовой куб пространственного контроля — и все это для того, чтобы отслеживать каких-то четыре жалких эсминца и бомбардировщик, который никогда не покинет пределы системы, кроме как на буксире.

«Ну, ну, — укоризненно сказал себе Туэйт. — Соблюдай приличия. Окажи старику почет и уважение».

— А, Террел! — Диндыма приподнялся с кресла, чтобы поприветствовать гостя.

— Генерал! Как замечательно, что вы нашли время принять меня, несмотря на прискорбно короткое уведомление с моей стороны.

— Благодарю, — вежливо кивнул пожилой генерал. — Всегда готов оказать любезность собрату по оружию.

— Спасибо. Больше чем любезность — на этот раз.

— У вас ко мне есть какая-то просьба?

— О нет. Я пришел поблагодарить вас за быстрый отклик.

— В отношении?..

— А! Этот кабинет имеет защиту от подслушивающих устройств, не так ли? Даже самых близких помощников и адъютантов время от времени следует подозревать в шпионаже. Все эти колонны и укромные уголки, — Туэйт обвел рукой огромный кабинет, — должно быть, напичканы микрофонами?

— Мы осматриваем и проверяем их ежедневно. — Генерал набрал в грудь воздуха и громко чихнул. — Не волнуйтесь насчет своих секретов. Давайте, выкладывайте их!

— Да, разумеется. Я насчет ваших приготовлений по оказанию помощи Космическому флоту в его защите против нашего общего противника.

— Ну конечно, никаких проблем в отношении «общего противника», вы сказали? Кто бы это мог быть?

Туэйт опустил голову и посмотрел на генерала исподлобья.

— Вы ведь получили секретные приказы от ее превосходительства, правда?

— Гм, разумеется. Могу заверить вас — мы получили самые теплые… Секретные приказы? Да, но… Гм… Нет. Никаких секретных приказов.

— А! — Туэйт притворился, что смущен, прикрыл глаза рукой, опять открыл и улыбнулся: — Должен сказать, я восхищен вашей выдержкой, генерал, и вашей верностью канонам секретности. Вы показали мне, что значит быть преданным своему долгу.

— Вы слишком добры ко мне, Террел. Я уверен, здесь какая-то ужасная путаница. Как результат появления нового главы администрации во Дворце. Скажите мне, если бы я получил такие приказы, знал бы я тогда этого «нашего общего противника»?

— Разумеется, сэр. Вы бы просто кипели энтузиазмом.

— Кипел? Да! — Генерал почти что захлопал от радости в ладоши. — Ну а теперь — предположим, что произошло недоразумение из-за этих штатских в администрации… Не могли бы вы немного просветить меня относительно этого противника?

— Конечно. Это военный объект.

— Ага! Военный. Как раз по нашей части. Укрепленный?

— Кое-кто может сказать, что да.

— Его можно подавить тактическими силами?

— Вполне.

— Есть ли у объекта название?

— Есть.

— Можно его узнать?

— Хайкен Мару.

— Хайкен… Нет-нет, это невозможно! Ее финансовая и торговая деятельность является основой экономики Скопления.

— Так же как ее гнусное предательство может разрушить это Скопление, — парировал Туэйт.

— Я уверен, губернатор показала бы каким-нибудь спосо…

— Губернатору в эти непростые времена приходится действовать в определенных рамках.

— Конечно, конечно. Хайкен Мару, говорите? Да-а, никогда бы не подумал. У вас, разумеется, есть доказательства?

— Десять кораблей уничтожены или повреждены во время массированной атаки. Все признаки указывают, что Хайкен Мару несет за это ответственность. Мы даже захватили пленных.

— Пленных?

— Они оказались очень разговорчивы.

— Гм, да… Наша помощь, капитан первого ранга, в данных обстоятельствах будет сравнительно невелика. У нас есть четыре порядком изношенных эсминца и один планетарный бомбардировщик, чьи возможности далеки от желаемых…

— При нынешнем кризисе каждый род войск служит в меру своих возможностей, генерал. Мы должны использовать все возможности до конца даже тогда, когда нам остается только капитулировать перед превосходящими силами противника.

— Да?.. Хорошо сказано, капитан первого ранга! Без гипердвигателя, однако, наша «Брошь Шарлотты» будет просто неподвижной целью на орбите. Менее эффективна, чем даже ваша база Джемини — прошу прощения за печальную ссылку, но такова правда.

Туэйт мрачно кивнул.

— Так что вы сами видите… — Генерал хлопнул себя ладонями по коленям.

— На этот раз объект не более подвижен, чем «Брошь», сэр.

— А? Нечто вроде линии Мажино, этот ваш укрепленный объект?

— Наподобие.

— И под контролем Хайкен Мару?

— Именно.

— Существует только один подобный объект во всем Скоплении, который соответствует описанию. Наверняка губернатор не предлагает…

— Не в открытую. Пока нет.

— Она даст добро, когда это потребуется? — Генерал пожевал губами.

— Меня заверили в этом.

— Тогда я займусь подготовкой соответствующего плана действий. Во имя нашей взаимной обороны.

— Превосходно, генерал.

Туэйт достаточно разбирался в политике, чтобы не давить дальше. Он быстро встал, поклонился и направился к выходу.

— Одну секунду, капитан первого ранга! — окликнул его Диндыма. — Что, если нам придется встретиться с превосходящими силами? Капитуляция, даже на почетных условиях, не предусмотрена Уставом вооруженных сил Скопления.

— Что ж, генерал, — ответил Туэйт, остановившись всего лишь в трех метрах от двери, за которой его задница будет в безопасности. — В таком случае мы все воспользуемся привилегией не дожить до пенсии. Честь имею, сэр!

— Попробуй еще раз.

Пэтти Фиркин просунула руки в игровые перчатки-манипуляторы, присоединенные к имитатору боя, и начала собирать наземные силы. В голографическом пространстве, которое контролировал ПИР, видны были стены и башни крепости. Когда-то ее форма повторяла естественные очертания береговой линии острова, появившегося в результате обмеления внутреннего моря Палаццо, но теперь крепость представляла собой сплошь прямые линии и установленную под углом, для рикошета снарядов, броню. Многоугольные бастионы и высокие сторожевые башни, навесные бойницы и выступы стен заходили далеко в воду, и от этого береговая линия походила на зубастую пасть. Батавия сплошь состояла из стальных башен и редутов.