Море ржавчины - Кристофер Роберт Каргилл

– И далеко они отсюда? – поинтересовался король.

– Несколько минут, – сказал франкенбот.

– Я их вижу! – закричал бот с другой башни. – Движутся прямо сюда!

Чеширский король с суровым видом ткнул в меня пальцем.

– Это все из-за тебя! Ты их сюда привела!

– Нет, – возразила я. – Это ты нас сюда привел. Мы хотели только уйти отсюда как можно дальше.

– Из-за тебя мы все погибнем, гребаный Помощник!

– Ты сам навлек на себя погибель. И на нас… Ваше величество.

Боты разбежались по позициям, заряжали пушки, включали плазменные излучатели, ныряли к стопкам сложенных шин, где были оборудованы места для стрелков. Король налетел на одного из караульных, вырвал из его рук винтовку и бросил ее мне.

– Живи, как мы, либо умри, как мы. У тебя только два варианта.

– Я выберу первый, – ответила я, проверяя заряд и открывая затвор.

Четыре транспортника. То есть восемьдесят ячеек, плюс поддержка дронов с воздуха. Мне трудно будет выжить. Но теперь нужно заботиться и о Ребекке. Я посмотрела на Герберта, Дока и Купца.

Как мы из этого выкарабкаемся?

Десантные корабли летели близко к земле, вдоль горизонта, чтобы труднее было в них попасть. Когда они приблизились, три свернули и выпустили дронов, скорее всего, намереваясь напасть с четырех сторон. Бежать было некуда.

Со стены грохнула пушка.

– Не стрелять! – рявкнул Чеширский король с башни. – Они еще слишком далеко! Перезарядите и ждите моего сигнала!

От выстрела Купец очнулся из транса и ошарашенно огляделся.

– Что за…

– Ячейки, – сказал Герберт. – Идут прямо сюда.

– Сколько я был в отключке?

– Порядочно, – ответила я.

– И почему вы меня из нее не вывели?

– Приказ короля. Он счастлив, что мы поджариваемся.

– И как мы отсюда выберемся? – спросил Герберт.

Мы разом посмотрели на курильщика. Я покачала головой.

– Там слишком много ячеек, и они пришли за Ребеккой. Мы и на милю не отъедем, как они нас догонят. Лучше всего остаться здесь, использовать местных как прикрытие.

Герберт сдернул с курильщика свой излучатель и повесил его на плечо.

– Ты знаешь, что мы здесь умрем.

– Теперь мы все в любом случае умираем. Здесь, там – какая разница? Но если мы умрем, то хотя бы покажем сволочам, на что способны.

Бот на танковых гусеницах вместо ног прикатил на середину площади, его мотор ревел, гусеницы лязгали. Он тащил здоровенную красную тачку с оружием и боеприпасами. К нему стекались боты со всех концов, хватали пистолеты, винтовки, хлопушки, магазины и патронташи. К тому времени, как туда подошли Купец и Второй, тачка была почти пуста. Купец вытащил российскую дальнобойную снайперскую винтовку, похожую на ту, из которой подстрелил меня, если не той же марки. Он беспечно схватил пару обойм и с улыбкой осмотрел оружие.

– Подойдет, – сказал он. – Отлично подойдет.

Второй покопался в оставшемся оружии и остановился на мини-излучателе – похожем на дробовик оружии, выплевывающем плазму, но только меньшего размера, чем обычная модель. Но когда Второй его вытащил, Герберт взял его за руку и покачал головой.

– Ты должен остаться с Ребеккой, – сказал Герберт.

– Я должен драться вместе с вами, – возразил Второй.

– Это не твоя задача.

– Если она умрет, все это было впустую.

– Если она умрет, ты нужен нам живым, чтобы все это было не впустую.

– Я же не могу просто наблюдать.

– Можешь и будешь. Это твоя задача. А драться – моя.

Второй кивнул и бросил оружие обратно в тачку.

– А кроме того, – сказал Герберт, – ты даже не знаешь, как пользоваться этой штуковиной.

– Целиться и нажимать на спуск.

– Этого недостаточно. – Герберт повернулся к Ребекке: – Укройся в той хижине. Не выходи, пока кто-нибудь из нас за тобой не придет.

– А если никто не придет? – спросила Ребекка.

– Если никто не придет, это значит, что ты уже мертва.

– Или вы.

– Ребекка, – сказал Герберт. – Я точно знаю одно – я не умру, пока все не закончится. Я умру последним.

Ребекка кивнула, а потом вместе со Вторым молча ушла в желтую хижину у ворот. Герберт указал на ступеньки, ведущие на стену.

– Купец, займи позицию вон там. Оттуда ты сможешь снимать цели как снаружи, так и внутри. Неженка, а ты становись напротив него. Устроим перекрестный огонь, чтобы расчистить путь для курильщика, как только уберем достаточно ячеек. Док, тебе нужно оружие.

Док покачал головой, его красный глаз вспыхнул.

– Нет. Я никогда не убивал и не собираюсь начинать.

– Как это никогда не убивал? Это не обсуждается.

– Кто-то же должен вас поддерживать. – Он подошел к тачке и вытащил несколько обойм. – Боеприпасы и снаряжение. И оживлять вас, если понадобится. Я не убийца. И скорее всего, ужасно стреляю. Если я здесь умру, то пусть хотя бы умру достойно.

Герберт раздумывал над этим не больше секунды.

– Значит, боеприпасы и снаряжение, – сказал он. – Всем удачной охоты.

Потом он рванул по ступеням в стене на собственную позицию.

– Огонь! – проревел король.

Грохнули пушки, зашипели излучатели, небо заполыхало, когда разом выпалили два десятка орудий. Я побежала на позицию, по пути схватив два куска листового металла для прикрытия. Забравшись наверх, я скрылась в углу с хорошим обзором восточного направления, установила листы металла в нечто вроде коробки и нацелила винтовку на ближайший десантный корабль.

Он был длинным и широким, как транспортные вертолеты двадцать первого столетия, но только без лопастей, по его бокам торчали сопла вертикального взлета, а выкрашен в цвета пустыни, лишь рядом с соплами бока почернели. Он мотался туда-сюда, и шары раскаленной плазмы пролетали мимо, всего в нескольких дюймах, а под ним взрывались снаряды из пушек.

На другой стороне площади поднял и установил винтовку Купец, медленно покачиваясь, как от легкого ветерка. Он спустил курок, и в паузе между завываниями пушек щелкнул выстрел.

Передний левый двигатель корабля взорвался, и транспортник завалился набок, но потом три оставшихся двигателя вернули ему равновесие. Он опустился метров на шесть, а потом снова поднялся, но попал прямо под огонь.

Плазма прорезала корпус, как нож мягкое масло, расплавив броню. А двигатели довершили дело – каждый потащил корабль в своем направлении и разорвал его пополам.