Эмпатия - Антонина Гилева

Комиссия долго изучала ЧП и в итоге так и не пришла к единому выводу о причинах произошедшего. В двигателе обнаружили нескольких переломанных соколов, удивительно, неужели отвалилось покрытие и птицы влетели на высоте в механизм? Как если бы средневековые крестьяне вилами остановили танк из двадцать первого века. Анахронизм. Всё это выглядело так парадоксально, что расследование аварии в итоге прикрыли.

У Алекса были переломы, ушибы, травмы внутренних органов. Но серьёзней всего пострадала голова. Видимо, ударился сильно: открытая травма, атрофия тканей. Медики сшили артерии и даже вмонтировали новые искусственные, но Алекс так и не очнулся.

Ольга открыла термос с кофе. Налила себе в крышку-чашку, подвинула кресло поближе к койке.

– Привет, любимый, – с нежностью поздоровалась она. – Ты слышишь меня? Шеф передавал тебе привет. Кристя сварил кофе, сказал, тот самый рецепт, на котором ты настаивал. Горьковато, честно говоря, но со сливками и сахаром пить можно.

Ольга сама до конца не понимала природу своих чувств к Алексу. С одной стороны, он редкий мерзавец. С другой – если бы он не включил ей э-ролик с юной проституткой-воительницей, гнила бы она сейчас заживо в услужении у Марка. Ольга умела ждать. Она была уверена, что рано или поздно Алекс очнётся. Живучий, гад. Во-первых, она соскучилась. Во-вторых, он ей задолжал.

В палату влетел с букетом красных роз Коля. Ойкнул, когда увидел посетительницу, остановился, поздоровался. Пацан к ней даже привык. Ольга не моргнув глазом соврала, что она близкий друг папы. Других посетителей у него всё равно не было. Мальчик чмокнул отца в щёку, положил цветы на столик, схватил вазу с пожухшим букетом и понёсся менять воду.

Ольга пила кофе и смотрела на Алекса, изображая максимальную нежность, на которую только была способна. Она знала, что за стеклом, которое разделяет коридор и палату, стоит бывшая супруга Холодова, ныне Балтенко. Её не пускали внутрь, только до двери – сопроводить сына пациента. Ольга как будто случайно перевела взгляд на стекло – да, Марина торчала за ним и пялилась на них двоих.

Эффектная, конечно, штучка, как с картин старых мастеров. В этот раз на Марине был ярко-малиновый облегающий комбинезон с глубоким декольте. И огромное – от подбородка до ключиц – колье-кольчуга из чернёного серебра. Худая она какая-то стала, заметила Ольга. И синяки от недосыпа под глазами появились. Устала, наверно, деньги мужа тратить.

Алекс, проснись. Алекс, ты нам нужен! Алекс, Андрей меня вчера ночью чуть не придушил!

Москва, 2018–2023