Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

с легкой усмешкой, явно намекая, что у «невестки» за душой нет ничего, кроме коробки с ватрушками.

— Горячие источники! — напомнила герцогиня, бросая на соперницу мстительный взгляд. — Должность при дворе!

— Хм… — Лизавета загадочно усмехнулась и поманила Эйфа к себе.

— Как вам это? — сказала она, когда рыжик приблизился, и похлопала ведро, которое он все это время держал в руках.

Ведро, завернутое в пеструю ткань, до сих пор не привлекало внимания только потому, что Эйф наложил отвод глаз.

— Что это? — хищно прищурилась матушка.

— Ах, простите мою невоспитанность. Забыла представить: мой личный портальный артефакт.

* * *

В зале повисло молчание. Первой отмерла герцогиня Леборн:

— Не может этого быть! Все портальные артефакты привязаны к башням!

— Эйф, продемонстрируй, — нежно улыбнулась рыжику Лизавета. — Только недалеко, в пределах зала.

Дракон приосанился, вышел вперед, положил ладони поверх рук своей «невесты» и уточнил:

— Моя госпожа, вы разрешаете перенос?

— Разрешаю!

Миг — и они вдвоем стоят на другом конце зала. Еще миг — и вернулись на место, вызвав у присутствующих потрясенные вздохи.

— Невероятно! — загудели мужья герцогини.

Они сбились в кучу и вытягивали шеи, пытаясь получше рассмотреть редчайший артефакт.

— Это еще ничего не значит! — топнула ножкой Ализерия. — Зачем кому-то личный портал, если есть Башни?

Мать Эйфа молча разглядывала ведро в руках сына, пока, наконец, не поинтересовалась:

— Ты готова передать его в качестве выкупа за моего мальчика?

Улыбка Лизаветы стала еще шире:

— Не совсем.

— То есть?

— Я останусь единственной владелицей артефакта, но вы, как моя свекровь, — тут она сделала акцент на слове «моя», — сможете пользоваться им в любое удобное для вас время.

— Это не может считаться выкупом, — Милария покачала головой. — Выкуп это то, что передается в полное владение семьи жениха и остается там, даже если помолвка расторгнута.

А вот об этом Эйф не сказал!

Лиза бросила на него гневный взгляд, наткнулась на скорбную моську и тут же взяла себя в руки. Держать хорошую мину при плохой игре ее еще прошлая жизнь научила.

— В моем мире тоже есть традиционный выкуп за жениха, — она включила смекалку. — Мальчики, несите подарок!

31

Оборотень и тролль тотчас внесли огромную коробку, которая скромно дожидалась в углу, водрузили ее на столик, открыли и отошли в сторону, позволяя всем присутствующим любоваться на необычное лакомство.

— Это новинка кондитерской Энейма, — выдохнул Эйф, благоговейно закатывая глаза, — еще никто не видел и не пробовал эту сладость! Патент регистрируется прямо сейчас! И владелец патента — моя госпожа!

Драконицы зашевелились. Милария подошла ближе, не скрывая своего любопытства. А вот герцогиня надула губы и сделала вид, что ей все равно, хотя нет-нет — и бросала взгляд на коробку.

Лиза правильно поняла: долгоживущих драконов трудно удивить чем-либо, но к новинкам они относятся с большим интересом.

— Как это вкушать? — немного резко спросила маменька Эйфрила.

Лиза быстро нашлась:

— Отрезать ломтик сверху до низу, положить на десертное блюдце, есть используя десертную вилку или ложечку, — улыбнулась она. — Лучше всего запивать чаем.

По приказу Миларии, слуги тут же внесли стол, сервированный к чаю. Лизу усадили между Инмаром и Эйфом, по левую руку от хозяйки, герцогиню — по правую, между ее первым и вторым мужем. Остальные мужчины сели по старшинству. Только Ыргыну пришлось стоять за креслом Лизаветы.

Такое положение устраивало всех, кроме Лизы. Ализерия оказалась сидящей как раз напротив нее, и не спускала с Эйфрила жадного взгляда.

— Похоже, она просто так не сдастся, — шепнул Инмар, наклоняясь к уху Лизаветы.

— Угу, — выдохнула та одними губами.

И в самом деле, герцогиня попыталась вернуться к теме продажи рыжика. Но была остановлена единственной фразой хозяйки дома:

— Не сейчас, Ализерия! Я должна это попробовать! Не прощу себе, если не узнаю вкус чего-то нового раньше всех в столице!

Лиза скрыла победную улыбку, но все же решила добить соперницу, пока та пребывала в растерянности:

— Как сказал Эйф, это не только новое лакомство, но и выгодная сделка с самой модной кондитерской в столице. Можно ли считать ее достаточным выкупом за вашего сына, госпожа Милария?

Мать Эйфа уже занесла нож над тортом и хищно осмотрела фронт работ.

— Я не нуждаюсь в деньгах, милочка, — облизнулась она, делая первый надрез, — но если этот торт мне понравится, то обещаю подумать.

* * *

Чаепитие прошло прекрасно. Этому способствовали ромовая пропитка и «три капельки» вишневого ликера, без которого алая драконица не мыслила трапезы.

Разомлевшая и подобревшая, Милария уже не так враждебно смотрела на нежданную невестку. А может, подействовало и то, что сам Эйфрил ужом вился вокруг маменьки, желая ей угодить.

— Мальчик мой, — она похлопала его по щеке, — ты уже совсем взрослый, но тебя еще учить и учить.

Она перевела взгляд на Лизу, потом осмотрела Инмара. Оборотень не притронулся к торту, но переложил свой кусок «супруге», что не укрылось от внимательного взгляда драконицы.

— Твой первый муж хорошо воспитан, — признала она. — Ухаживает за тобой, как подобает в его положении. Но на мой вкус, проявляет слишком много инициативы. Тебе не кажется, что в гнезде это лишнее?

«Драконицы заправляют гнездом, драконы — всем, что находится вне гнезда», — промелькнуло в голове иномирянки.

Но ведь Инмар не дракон! Он не обязан подчиняться их глупым правилам. И вообще, сколько можно говорить о присутствующих в третьем лице?

Не сдержавшись, Лиза надавила каблуком на ногу оборотню. Мол, давай уже, покажи, что ты мужчина, а не бессловесное приложение!

— Моя госпожа, — Инмар не дрогнул лицом, хотя наступила Лизавета от души, — желаете фруктов?

Он взял тарелку, наполненную ломтиками сочных фруктов, и вдруг неловко подался вперед. Тарелка опасно заплясала в его руках и выскользнула. Ее содержимое подпрыгнуло в воздух и в одно мгновение оказалось на платье герцогини.

За столом воцарилась звенящая тишина. Инмар потрясенно застыл, не зная, что делать. Лиза в растерянности закусила губу, уже подыскивая слова извинения, Эйф побледнел, его матушка выразительно приподняла левую бровь, остальные драконы притихли.

И тут прозвучал визг герцогини:

— Невероятно! Мое платье! Да это же афранский муар! Требую наказания! Публичного!

Она подпрыгнула, в ужасе разглядывая безобразные пятна фруктового сока на бежевой ткани.

— Простите неловкость моего мужа, — голос Лизы звучал тихо, но твердо, — я компенсирую вам стоимость платья. Но никаких наказаний не будет. Тем более публичных.

— Что?! — Ализерия бросила на нее ненавидящий взгляд. — Да кем ты себя возомнила, девчонка?! Милария! Сделай уже что-нибудь!

Но матушка Эйфа, похоже, не торопилась вмешиваться в этот обмен любезностями. Наоборот, откинулась на спинку кресла и